Чтение онлайн

— О нет, — смущенно воскликнул посол, не дав Саву и рта раскрыть. — К сожалению, здание посольства совсем маленькое и гостевая комната всего одна. Да и добираться до Университета долго. Но ведь у вас есть комнаты для преподавателей?

— Есть, — ректор неохотно кивнул. — Но, может, господину Дерси будет удобнее снимать жилье в городе?

— Думаю, мне будет лучше жить при Университете, — невозмутимо заметил Миррисав. — Это позволит поскорее познакомиться с коллегами и войти в курс дела.

— Ваше право, — сдался Инапром.

Бюрократия в Фоссе процветала не меньше, чем в Лигории. Миррисав в полной мере почувствовал это на своей шкуре после того, как посол покинул его на попечении Тариса, уехав наносить еще кое-какие визиты. Новоиспеченного преподавателя потащили сначала в канцелярию,

потом опять к ректору на подпись документов, потом к коменданту преподавательского корпуса, после этого на осмотр самой комнаты и опять к ректору на подпись следующей партии документов. В общем, освободился Дерси только ближе к вечеру, изрядно измученный и нагруженный всевозможными бумагами, среди которых оказалось и направление в учебную часть факультета языкознания для составления расписания занятий. Его людей в посольстве уже не было — пока он бился с бюрократической машиной Икарского Университета, Кирив и Монти перебрались на постоялый двор, оставив его адрес у служанки. Чуть позже Миррисав намеревался снять для них комнаты в городе, ведь неизвестно, сколько им предстояло пробыть в Икаре. Король мог с равным успехом вернуть своего опального секретаря, как через месяц, так и через год.

На следующий день, забрав вещи, Сав перебрался в Университет.

Несколько дней спустя Миррисав стоял за кафедрой, философски размышляя над тем, куда и в каком качестве жизнь может забросить человека. Студенты встретили его равномерным гулом перешептываний и десятками внимательных глаз, в которых читалось любопытство и желание внимать истине познаний. Однако истина упрямо не желала открываться и самому Саву. Не привык королевский секретарь вот так вот быть у всех на виду, предпочитая всегда оставаться в тени. Да и публичные речи ему приходилось произносить не часто. Потому и сдавило сейчас грудь предательское волнение, тем более неприятное, что было неожиданным. Всего час назад новый преподаватель был похвально спокоен и собран.

Древнегопосский язык не был обязательным предметом и шел как спецкурс, поэтому просторная аудитория с небольшим наклоном, чтобы студентам было лучше видно преподавателя, была заполнена далеко не полностью. Господин Дерси весьма смутно представлял себе загруженность среднестатистического преподавателя в Икарском Университете, но свое собственное расписание считал весьма плотным. Три дня в неделю лекции по два часа, утром и после обеда. Остальные три дня — семинары, тоже по два в день. Если учесть необходимость проверять работы студентов, скучать ему здесь не придется.

Учебная часть постаралась сформировать группы по уровню знаний древнегопосского, поэтому сейчас перед Миррисавом был смешанный класс из студентов с первого по седьмой курсы (совсем уж начинающих, к его облегчению, не было). Удивительно, но желающих приобщиться к забытым письменам оказалось довольно много, причем не только с факультетов точных наук, которым древнегопосский был необходим для более полного изучения профильных предметов, но и с некоторых других направлений.

Молчание начинало уже немного давить на нервы, и лигорец решил не затягивать с представлением.

— Доброе утро, господа студенты, — несмотря на внутренне волнение, голос Миррисава уверенно разносился по аудитории. — Меня зовут Миррисав Дерси, и я буду читать вам спецкурс древнегопосского, а также вести семинары. Встречаться мы с вами будем два раза в неделю, с расписанием можете знакомиться на факультете языкознания.

Некоторые студенты поспешно записали что-то у себя в тетрадях, видимо, имя нового преподавателя.

— Древнегопосский язык, — продолжил Сав, — не настолько сложный, чтобы потребовать от вас каких-то особых способностей. Грамматика не отличается большим количеством правил, но вот написание отдельных слов может стать кошмаром любого студента. Поэтому рассчитываю на ваше внимание. А сейчас проведем перекличку, чтобы я смог познакомиться с вами.

Громкий стук в дверь прервал его слова.

— Извините, можно войти? — темноволосый парень с чересчур густыми бровями выглянул из-за небольшой группки опоздавших, которые молча топтались на пороге аудитории. Отчего-то он чувствовал

себя явно неуверенно и поэтому в его голосе отчетливо прозвучал вызов.

Сав окинул четверых вновь прибывших взглядом.

"Здравствуйте, Ваше Высочество. Как-то нерадостно вы выглядите", — задумчиво протянул он про себя, разглядывая полноватую фигуру принца, стоявшего в самом центре компании. Алуру Гирийскому было двадцать лет, но он до сих пор не избавился от какой-то детской пухлости, которой всегда отличался. Его отец, привыкший контролировать в жизни принца все, так и не смог заставить того похудеть, хотя не раз брал процесс питания наследника в свои твердые руки. Но Миррисаву было доподлинно известно, что Алур имел слабость к сладким пирожным, которыми пичкала юношу мать. А так как покои королевы принц посещал стабильно хотя бы раз в день, никакие диеты с таким постоянством справиться не могли. Королевский секретарь искренне удивлялся, как Ее Величеству удается скрывать эту маленькую тайну от мужа, тем более что тот, явно подозревая что-то, не раз неожиданно наведывался в ее покои. Но принца с пирожным во рту так ни разу и не застал.

Господин Дерси мог бы просветить своего короля о наличии небольшого колокольчика в будуаре королевы, который мелодично звенел каждый раз, когда сиятельный супруг направлялся с очередной инспекцией. Однако он слишком хорошо помнил слова отца, что с Ее Величеством лучше не связываться.

— Проходите, молодые люди. Однако прошу вас в следующий раз не опаздывать, потому что своим вторжением посреди занятия вы мне можете помешать. Лучше зайдите в перерыве, — Миррисав посмотрел на класс. — Вы уже не дети и следить за вашей посещаемостью я не собираюсь. Сами решайте, что для вас важно.

Принц с компанией проследовали на задние парты, и Сав мимоходом отметил, что Алур явно был не рад видеть королевского секретаря, хотя и не стал разводить истерику из-за несоответствующего обращения к нему подданного Лигории.

Проводя перекличку, господин Дерси мысленно сверялся со списком, который он успел составить перед отъездом. На сегодняшний день в Университете обучалось сто двадцать девять лигорцев, в этой группе было трое. Официальное представление своих отпрысков королю главы семей, заслуживших на то право, проводили только по достижении ими двадцатипятилетия, поэтому никто из этих студентов не мог знать его в лицо. По фамилии опознать его тоже вряд ли могли, потому что в столице родной страны Миррисава уважительно (а иногда и язвительно, как повезет) называли "господин секретарь". Сомневался также Сав и в том, что студенты будут упоминать его в своих письмах домой. Так что оставался вполне неплохой шанс сохранить до поры до времени свое инкогнито. Хотя, конечно, рано или поздно все выйдет наружу. Или сам принц расскажет, или еще кто узнает. Но особой беды в этом Миррисав не видел, в конце концов, ни один из лигорцев в этом университете, за исключением принца, не мог попрекнуть его в чем-либо. Он исполняет приказ короля.

Остаток занятия прошел более-менее спокойно, за исключением того, что господин Дерси время от времени ловил на себе хмурые взгляды принца и почему-то того темноволосого парня, что попросил разрешения войти. Хотя во взгляде последнего, скорее, была какая-то опаска. Сдав в конце занятия свой лист с тестом, который Миррисав предложил студентам, чтобы оценить их уровень знания языка, парень вылетел из аудитории, как будто за ним гнались тысячи демонов. Озадаченно посмотрев ему вслед, Сав продолжил собирать работы, отвечая попутно на вопросы некоторых чересчур любопытных студентов. Наконец, через пять минут все разошлись, но господин Дерси не спешил покидать аудиторию. Сидя за преподавательским столом, он неторопливо перебирал свои записи и ждал.

Дверь тихонько приоткрылась, и в класс, немного помедлив, зашел Алур Гирийский. Он сделал шаг к Миррисаву, но заговорить не спешил.

— Ваше Высочество, — Сав поднялся из-за стола и спустился с возвышенности.

Негоже подданному стоять выше своего будущего сюзерена. Господин Дерси низко поклонился и продолжил:

— Прошу простить меня за неуважительное обращение сегодня на занятии. Но здесь я присутствую в качестве вашего преподавателя и должен вести себя на людях соответственно. Таково желание Его Величества.