Король-поэт
Шрифт:
Рианна не удержалась:
— Она? Кто она?
— Сим… знает всякое. Порой сломанный разум восприимчив. В трещины проникает правда, — Элиссан был потрясен. — Я знаю, о чем он говорит, потому что она приходила ко мне. Когда я сплю, я вижу поразительную женщину в белом. Она мерцает, как лед, как и описал Шут. Глаза как голубые кристаллы. Она смотрит на меня и улыбается. Словно знает.
— Знает?
Элиссан смотрел на нее, она не узнавала его глаза.
— Кто я, — сказал он. — Первый король-поэт в памяти живых. Что ее мир, Иной мир, и наш будет связан, когда меня коронуют. Это радость.
Рианна
— Я думала, тебе снилась я, — сказала она.
Он вдруг выглядел грозно. Он сильно сжал ее руку. Она хотела сказать ему, что было больно, но его взгляд остановил ее.
— Ты настоящая и тут. И сильная, — сказал он. — Ты должна удерживать меня в этом мире.
* * *
Тот вечер в тронном зале был другим. Присутствие Марлена повлияло на это, юный фрейлины окружили его. Они сели на стулья вокруг него со своей вышивкой. Он рассказывал о своих путешествиях с Дариеном Элдемуром.
— Он выглядел лучше меня, — сказал Марлен, окинув женщин взглядом. — Он вам понравился бы, — он рассказывал о хмуром торговце, которого нужно было развеселить песней. Мужчина услышал, что Дариен и Марлен были парой певцов-комиков, бросил им вызов доказать это за мешок серебра. Обычно юные поэты побеждали, но им приходилось использовать весь репертуар, чтобы они успели ощутить уверенность, отчаяние и почти панику. А им успех принесла импровизация — осел, протекающая миска и веретено. Рианна не знала, насколько это было правдой.
Закончилась история, как обычно, соблазнением дочери торговца одним из юношей, Марлен не уточнил, кем, будто это было не важно.
— Хорошо, что я замужем не за поэтом, — сказала Рианна из угла.
— Это обидно, — отметил Элиссан Диар. Он был в хорошем настроении. Он и Этерелл Лир играли на табле.
— Твой муж не лучший пример, да? — сказал Сендара. — Раз молчит о тебе.
— Тише, дитя, — сказал Элиссан Диар, Рианна даже не успела подумать об ответе. Она сказала это, чтобы привлечь его интерес, но не подумала о его дочери.
Сендара вскочила, отбрасывая свою вышивку. Никто не успел ничего сказать ей, а она пошла прочь из зала. Рианна, ощущая долю вины, встала, чтобы пойти за ней.
— Нет… останься, — приказал Элиссан. — Она должна научиться не говорить так с тобой. Иди сюда, Рианна. Этерелл сегодня скучный.
— И я не такой милый, — улыбнулся Этерелл.
Она придвинула стул к Элиссану Диару. Он взял ее за руку.
— Посмотри на доску. Смотри, что он считает хорошей игрой.
— Он смеет выигрывать у короля? — Рианна изобразила тревогу.
— Ага, — сказал Этерелл Лир. — Он побеждает, потому что лучше в этом. Я не так много времени провел в тавернах, как король.
— Точно, — Элиссан махнул слуге. — Принеси леди Альтерре бокал этого. Тебе нужно это выпить. Я хочу видеть цвет на твоих губах.
Женщины сгрудились вокруг Марлена сильнее, словно его присутствие было бальзамом для них. Одна посмела опустить ладонь на его плечо.
Горячая атмосфера в замке забавляла бы в других обстоятельствах, Марлен Хамбрелэй боролся с попытками нескольких привлекательных женщин сблизиться с ним.
Рианна сидела, и за руку ее держал мужчина, который казнил невинных жителей, изгнал ее мужа… и это ее не радовало.
Из облака шелка и
ароматов Марлен сказал:— Милорд Лир, я слышал, вы хороши в охоте.
— Неплох, — Этерелл расслабился в кресле. — А иногда мне даже это нравится.
— Как насчет спора? — сказал Марлен. — Чтобы оживить рутину. Спорим, что через три дня я собью больше добычи, чем вы.
Элиссан Диар вмешался:
— И где пройдет охота, милорд?
— А тут нет земель? — невинно сказал Марлен. Рианна прищурилась. Конечно, Марлен знал ответ. Он знал этот замок лучше многих.
— Тут нет. В лесу есть королевская резиденция, — сказал Элиссан. — В дне пути на юг.
— Вы там охотились?
— Я — нет, — сказал король. Он не злился, но стал задумчивым. — Идея неплохая, Марлен Хамбрелэй. И время хорошее. Как только ударит мороз, проехать не удастся.
— А вы так можете? — сказала Рианна. — Так быстро собраться в путь?
Он сжал ее руку.
— Рианна, я король. Это я точно могу.
* * *
— Что ты затеял? — осведомилась Рианна, когда встретилась с Марленом в саду. — Я знаю, что затеял. Тебе нужно рассказывать о планах. Я поняла не сразу.
— И все хорошо вышло, — он сделал голос мягче. — «А вы так можете?».
Она ущипнула его руку.
— Молчи.
— После этого он должен был доказать, что он — король. Особенно тебе. Что ты с ним сделала, Рианна Гелван?
— Не уходи от темы. Что ты затеял?
Он вздохнул.
— Ничего сложного. Я подумал, что смена места… изоляция короля от обычного окружения… может упростить получение того, что нам нужно. Мне не нужно говорить тебе больше. Я не хочу тебя вовлекать.
— Это глупо, — сказала она. — Я близка к нему. Я нужна тебе.
— Ты близка к нему, — сказал Марлен. — Тебя первую и заподозрят.
* * *
Следующий день был приготовлениями. Рианне приказали собрать вещи. До этого она надеялась, что ее не возьмут. Элиссан Диар решил оставить почти весь двор в замке. Он брал только близкий круг.
Но Рианна знала, что ее возьмут. Король в этом путешествии хотел ее забрать, если не больше всего, то это входило в список целей. Она старалась не думать о том, что ее ждало, пока собирала вещи в маленький сундук. Они будут там лишь несколько дней. Нужно было еще выполнить много работы. Элиссан Диар не собирался уходить от своего долга… и в другой ситуации это ее восхитило бы.
Она села на пятки, прижимая сложенные вещи к груди, склонилась над открытым сундуком. Рианна вспомнила прошлую ночь. Как было решено, что они уедут, король повеселел. Он был и до этого веселым, но от внезапного решения отправиться на королевскую охоту пришел в восторг. Ей показалось, что он с трудом сдерживал радость. Он продолжит пить и болтать с мужчинами, но она видела перемену.
Ему нравилось быть королем. Он представлял себя рождённым для этого. Она это уже знала. Она видела это даже в зале, где они сидели и болтали, украшали зал гобелены с охотой. Лорды и леди на лошадях с мечами или летящими соколами. Одна из благородных традиций королей. И теперь Элиссан Диар впервые с восхождения на трон будет участвовать в этом. Он вот-вот начнет творить историю, которую потом увековечат в картинах и песнях. Она смотрела на его румяное лицо и думала, что он и сам мог затевать такое.