Чтение онлайн

Гвенда покачала головой в недоумении. Ей хотелось истерически смеяться.

— Хорошая книга, — снисходительно продолжал Голди Локс, как будто он был ее автором. — То же можно сказать про «Жизнь Св. Иоанна Богослова» Уэсли. Богословие — мой любимый предмет. Я был предназначен церкви.

— Пожалуйста, уходите, — пробормотала Гвенда. — Я вам очень благодарна за то, что вы появились в тот момент, но… я хочу, чтобы вы ушли.

Он ничего не ответил, только посмотрел снова в окно, потом отворил шкаф в стене. Очевидно, отель «Чаттертон» был ему знаком. В шкафу на крючке висела длинная смотанная веревка. Гвенда смутно припомнила, что, выходя, горничная сказала

что-то о приспособлении для выхода на случай пожара.

Мистер Локс снял веревку с крючка, ловко привязал один конец к ножке кровати, а другой спустил в окно. Потом с легким поклоном он вскочил на подоконник.

— Будьте любезны, пожалуйста, втянуть веревку, когда я спущусь, — сказал он. — Я отправляюсь всего лишь на балкон первого этажа. И, пожалуйста, смотайте снова веревку и спрячьте ее в шкаф. Не упоминайте о том, что вы видели меня, пожалуйста. Я буду вам премного благодарен, мисс.

Девушка почти машинально выполнила его инструкции.

Солнце светило ей прямо в лицо, когда горничная постучала в дверь. Гвенда поспешно вскочила с постели и отворила дверь.

— Я надеюсь, вы спали хорошо, мисс? — вежливо спросила горничная, проходя в ванную и отворачивая краны.

— Нет, я спала плохо.

— Вы слышали шум ночью, мисс?

Гвенда ничего не ответила.

— Я хочу сказать: вы не слышали ничьих шагов?

Ужасные вещи творились ночью в отеле, — продолжала болтливая девица. — У герцогини Липорт пропали все ее бриллианты. Какой-то отельный вор забрался в ее комнату около двух часов ночи. Полиция полагает, что он прятался в отеле. Я надеюсь, у вас ничего не пропало, мисс?

— Ничего, — сказала Гвенда, к которой вернулся голос.

Когда горничная вышла, Гвенда встала и заперла на ключ дверь. Из-под подушки она вытащила куцый револьвер, который оставил Голди Локс. Она спрятала его в чемодан.

К своему удивлению, она обнаружила, что питает большую нежность к отельным ворам.

Селби Лоу лениво, вразвалку спускался по широким низким ступеням лестницы своего клуба в Пэл-Мэл, застегивая на ходу безукоризненные желтые перчатки. Это был высокий человек, лет около тридцати, смуглый, с дерзкими карими глазами, которые при малейшем вызове раздражающе всматривались в человека, и с небольшими черными усиками. Подбородок у него был закругленный, как у женщины, и в очертаниях рта была обманчивая капризность, усугублявшая его женственность.

Молодой американец, поджидавший на противоположном тротуаре, с удовольствием хихикнул, так как элегантность Селя Лоу была неиссякаемым источником веселья для него. А в это утро Лоу был особенно наряден. Длинная визитка сидела на нем великолепно, серый замшевый жилет с белой каемкой, брюки с идеально ровной складкой, лакированные ботинки и безукоризненный цилиндр — все это было как с иголочки.

— Я думал, что ты не видишь меня, — сказал Билль Джойнер. — Боже мой! Как ты нарядился сегодня, Сель! В чем дело? Свадьба?

Селби Лоу не ответил. Вставив в глаз монокль в золотой оправе, он пошел в ногу со своим приятелем. Вдруг он заговорил:

— Аскот[Место, где раз в год летом происходят скачки, на которых бывает весь лондонский высший свет.], старина, — сказал он. — Ты еще спал, когда я вышел из дома.

Билль Джойнер изобразил удивление на своем лице.

— Я не знал, что ты играешь на скачках.

— Я и не играю. И я терпеть не могу уезжать из Лондона, но команпурский раджа Джам Сагиб сегодня в Аскоте; он

крупная фигура на северо-западной границе Индии, и я должен смотреть, чтобы ничего не пропало из его фамильных жемчугов. Он носит на себе украшений этак на миллион долларов… А вот и злосчастный мистер Тиммс.

Мистер Тиммс переходил улицу, чтобы перехватить их. Даже если бы Билль Джойнер не знал его, он угадал бы его профессию: у мистера Тиммса на лице было написано, что он полицейский инспектор.

— Слышали, Лоу? Ужас снова появился. Пытался вломиться в дом судьи Уоррена.

Напускное равнодушие мистера Лоу мгновенно испарилось.

— Когда? — быстро спросил он.

— Позавчера ночью. Судья рассказал лишь вчера вечером. Я пробовал телефонировать вам, но вас не было дома. Местная полиция устроила погоню, но безуспешно. Только следы автомобильных шин… Судя по следам вытекшего бензина, автомобиль оставался на месте довольно долго.

— Судья видел его?

Тиммс поджал губы.

— Он говорит, что да, но мне сдается, что старик был напуган и многое вообразил. Он собирался ложиться спать и был уже в пижаме. Ночь была теплая, и одно из окон спальни было отворено. Он отворил второе и выглянул в него. Была полная луна и, по его словам, было светло почти как днем. Вдруг на расстоянии какого-нибудь фута от себя он увидел это чудовище. Обнаженный по пояс, с лицом, обращенным прямо к нему, Ужас взбирался по стене, увитой плющом. Судья говорит, что он едва не лишился чувств от страха, и это звучит правдоподобно. Описание, которое он дал, сходится с другими: коротко остриженные волосы, широкое негритянское лицо, огромный рот, маленькие глазки и никакого лба. И руки!.. Судья говорит, что руки эти показались ему нечеловеческими. По размерам они больше похожи на ноги и страшно мускулистые…

Селби задумчиво теребил свои усы.

— Где живет судья Уоррен? — спросил он.

— В Таддингтон Клоз, около Уинчестера, — ответил Тиммс. — Это, в сущности, первый общественный деятель, на которого нападает это существо. Это только показывает…

— А где судья заседает — в Уинчестере?

Тиммс кивнул.

— И, как всегда, следы автомобильных шин, — задумчиво продолжал Селби, — и обязательные слова о Бонгинде. Спасибо, мистер Тиммс. Вы ведь, вероятно, приставили охрану к судье?

— Трех человек. Но я не думаю, чтобы его стали снова тревожить.

— Я тоже не думаю, — рассеянно сказал Селби, — если только… но это все так ужасно сложно, мой милый Тиммс! Мой бедный ум тщетно пытается разрешить проблему, которая, должно быть, кажется вам очень простой.

— Я бы не сказал этого, — заметил польщенный Тиммс. — Конечно, это подтверждает рассказ фермера из Истли. Истли ведь в каких-нибудь 15 милях от Уинчестера.

— Замечательно! — воскликнул с сияющим лицом Селби. — Мне бы никогда не пришло в голову это совпадение. У вас совершенно замечательный ум, Тиммс. До свидания.

Селби и Джойнер шли молча, пока глазам их не предстал огромный дом Трест Билдингс.

— Билль! — сказал вдруг Селби. — Этот неопрятный туземец, я говорю о госте судьи Уоррена, начинает действовать мне на нервы. Мне ужасно хочется поймать этого человека и мне нужен предлог. Сейчас я не могу заняться им, так как имею дело только с международными мошенниками, пропавшими миллионерами и другими субъектами, относящимися к компетенции министерства иностранных дел. Но так как я принадлежу к тем людям, которые счастливы только тогда, когда делают чью-нибудь чужую работу, то как только я отправлю в безопасное место своего раджу, я отправлюсь к судье Уоррену за сведениями.