Кор-Унтару
Шрифт:
– Дарни, тебе утерли нос, - сообщил Готрейн радостную весть.
– До такого абсурда в разговорах с тобой еще не доходило.
Дарнадей, неопределенно махнул рукой рядом с ухом, склоняя голову в шутливом знаке покорности проигравшего.
– Я не дама - вы не гархту. Я вас не обидел и не польстил вам. Вы явно настроены азартно и продолжаете паясничать, значит, я ни на эну не подобрался к сути вещей. Но. Сейчас кину последнего червяка. Если не поймаетесь - рыбалка кончится, - Готрейн, казалось, был в эти секунды трезв, как стеклышко. Позволив себе короткую и емкую паузу,
Лайлин, с любопытством и усмешкой следившая за разговором, не сдержала разочарованного вздоха. Похоже, в пьяной головушке мысли двинулись на повторный виток. Уже ведь выяснили, что нет - не человек! Сейчас Ал просто кивнет, и рыбалка кончится - в любом случае, даже если у барончика найдутся еще десять банок с "червяками". Надо было поставить вопрос иначе. Посмотрела бы она, как вампир выкручивается. Хотя, кого она обманывает?
– как бы ни был поставлен вопрос, ответ последует лишь тот, который су-волд сочтет приемлемым. Мельком глянув на Халахама, девушка прикусила щеку изнутри. Его глаза налились чернотой - или может быть, так падала тень? Тяжелый взгляд гальта был прикован к Алестару. Халахам явно не одобрял внезапное желание спутника повеселиться.
Алестар сделал глоток, отставил чашку и... рассмеялся.
Айхел, сидевший рядом, сохраняя привычное для него выражение лица - что-то вроде, как если бы на плечах он вместо головы носил наковальню - на долю секунды растерялся, недоверчиво всматриваясь в соседа. Мол, а тот ли это красноглазый демон, что вот уже который месяц бесшумно шныряет у них с дочкой за спинами и открывает рот, только чтобы сунуть туда еду, или его успели таинственным образом подменить?
Готрейн, глядя на Алестара, хохотнул раз, другой - через полминуты уже оба надрывали животы.
– А чего смеемся-то?
– поинтересовался почти-барон, смахивая слезинку.
Су-волд вздохнул, успокаиваясь, и просто объяснил:
– Шутку вспомнил, - подождав приглашающего кивка, он продолжил, - Встретил как-то раз человек девушку на мосту. Видит, что никак им не разойтись, и давай приставать, кто такова да откуда. Та в ответ - не спрашивай. Но парень тертый попался. Своего не упустит. "Назовись", - говорит. Она: "Тебе не понравится мое имя". "Есть лишь одно, которого боюсь", - храбрится. "Вот и не пытай судьбу. Потому, как знать..."
Алестар резко замолчал, и на лице его не наблюдалось ни тени веселья. Готрейна, наконец, пробрал взгляд красных глаз, и барон, сглотнув, констатировал факт:
– Не смешно.
– Вот именно, - согласился су-волд, отпивая из чашки.
– Я думаю, рыбалка окончена, милые господа, - вклинилась в наступившую заминку леди Б'Руан.
– Мы только вернулись с одной охоты. Ни к чему развязывать следующую... Рейн, я уже давно хотела выведать у вашей матушки рецепт ее знаменитого варенья. Того красненького, что вы всем предлагаете. Но она редко бывает в имении, а вы все забываете спросить.
– Неи, вы правда считаете, что маман сама готовит все эти кренделя и джемы? Вам стоит пошушукаться с Бэгом, - попробовал отмахнуться Готрейн.
Но девушка не сдавалась:
– И как я по-вашему
должна пробираться на кухню мимо котлов и печей с вертелами, разыскивая этого демона кулинарии? Фи. Найдите для такой задачи кого-нибудь другого.Готрейн метнул лукавый взгляд на закадычного своего приятеля.
– Да-арни.
– Даже не думай!
– вскинулся тот, мгновенно заводясь.
– Тихо-тихо! Я что - я ничего. Хотя, видя, как дамы жаждут сладкого, мог бы и расстараться, - мурлыкнул отпрыск барона Тенберланского, наблюдая за тем, как Лайлин мажет маковую лепешку вареньем.
Почувствовав на себе прожигающий дыры взгляд, девушка отвернулась к Теарану, протягивая булочку ему.
– Леди Лайлин, вы все время молчите. Вас не трогают темы наших разговоров?
– Молчание - злато, - сурово бухнул Айхел, укладывая кулачищи на стол.
– Что вы хотите от меня услышать?
– не выдержала Лин, оборачиваясь и глядя прямо в насмешливые карие глаза Готрейна. Она чувствовала себя совершенно по-дурацки. Весь день все только и делали, что выдирали ее из зубов барончика, подхватывая под локоток, уводя, отвечая вместо нее. Может быть, стоило поставить точку в игре "роняйте слюни на мои следы сколько угодно, я буду делать вид, что ничего не замечаю"?
– Ваш голос. Это приятно уже само по себе.
Лайлин смутилась, понимая, что не знает, как реагировать. Получив на резкий вопрос учтивый ответ, она оказалась обезоружена. Язвить и дальше было бы грубо, а мило покраснеть и взмахнуть ресничками ей претило. Это вышла бы самая отвратительная в своем лицемерии капитуляция. За короткие мгновения замешательства девушка раз и навсегда осознала, что светские беседы способны вызывать у нее мигрень не хуже изнурительной работы над больными.
– Значит ли это, что смыл сказанного мною не так важен для вас, как тембр голоса, которым я говорю?
"Это кто ляпнул? Я!?", - Лайлин похолодела, отводя взгляд. Но в глубине ее души одна вредная девчонка злорадно хихикала, довольная собой до умопомрачения.
– Отнюдь, - повел плечом Готрейн.
– Откуда такие выводы?
– Я лишь продолжила вашу мысль.
– Умеете читать мысли? Тогда ясно. К чему разговоры с такими талантами. О чем же я сейчас думаю, по-вашему?
Вряд ли Готрейн серьезно предлагал покопаться в своей голове, но Лайлин невольно перехватила взгляд Эрикира. Тот сидел пунцовый до кончиков ушей. "С чего бы это?" Девушка посмотрела на Готрейна в упор. Он ждал ответа, откинувшись на спинку кресла, и бессознательно поглаживал пальцами подлокотники. В темных глазах блуждало что-то еще более темное, тяжелое и душное. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, чем заняты в данный момент его мысли. Но Лайлин, неприятно взволнованная реакцией Эрикира, который естественно сунул нос, куда позвали, хотела увидеть сама. Так сказать, оценить, насколько все плохо. К тому же она искренне полагала, что пара эмоций и несколько слов не смутят ее. Еще бы, ведь она думала, ощущения будут похожи на те, когда она коснулась сознания Алестара. Уравновешенное любопытство, вязь образов, воспоминания...