Контракт
Шрифт:
— Хватит! — Рявкнул, покрасневший как рак цу Вернстром. — Гаррис, я обычно доверял твоим решениям, но сейчас у меня такое ощущение, что в мой отряд попали не воины, а гребаные ваганты! Я терпел этот балаган сколько мог. Хватит с меня этой…
— Она говорит правду, господин Агуст. — Неожиданно подал голос Алдия. — Великая стена, или вал Адиана, которую мы все знаем далеко не первая. И даже не вторая. И хоть детские сказки про круг из магов-рыцарей — защитников великой цитадели, что построили вокруг разлома не более чем обыкновенная выдумка, северней топей, почти на границе разломных пустошей, действительно стоят города и замки-твердыни — цепь древних укреплений. А за тем заслоном, о котором говорит Сив есть и третья цепь крепостей. И возможно четвертая. Но
— Очень занимательно и познавательно, Алдия. Но, мне кажется, мы отвлеклись от сути. — Ледяным тоном проронил внезапно успокоившийся Август. — Смешанные это или нет, мы узнаем на месте. Если досточтимая ловчая, голос юноши наполнился ядом, права и это пикты… Что же… Думаю мы сумеем преподать им пару уроков. А если все же нас ожидают исчадья изнанки, было бы очень полезно узнать о повадках смешанных… Тебе есть, что сказать… Сив?
Над лагерем воцарилось долгая, томительная, прерываемая лишь слабым потрескиванием костерка, пауза.
— Смешанные обычно мелкие, проворчала наконец великанша. — Медленно встав, горянка отряхнула прикрывающий бедра плед, поправила стягивающий талию пояс, пригладила косы, и шагнула поближе к костру. — Мелкие, но сильные и очень быстрые. Любимое оружие — копье, а любимый удар понизу. — Легко оттеснив зашипевшего словно рассерженный кот магута в сторону, дикарка, сжала кулак будто сжимала в руке оружие, и резко выбросив его вперед, развернувшись провела ребром ладони над землей. — Обычно они целят в бедро или пах. Под щит. Колют в ступню. Кулак резко двинулся вперед и вниз. Или в лицо. Развернувшись на середине движения рука северянки змеей метнулась вверх. Любят нападать сзади. Пока несколько отвлекают тебя, связывают боем, а самый проворный уходит за спину и подсекает ноги…
— Ты совсем дурная что-ли, девка? Так любой, кто знает с какого конца за копье брать делает. Ты, новое чего расскажи. — Подал голос один из конных дружинников Августа и огладил свисающие на грудь, рыжие, словно пук раскаленной медной проволоки усы. — Или магуту, вон, рассказать дай. Он хотя бы смешной.
— А ну заткнулся, Броюмир! — Прогремел внимательно следящий за эволюциями северянки Гаррис. — А то завтра не ты на коне, а конь на тебе скакать будет!
Почесав в затылке северянка окинула взглядом лагерь и заложив большие пальцы рук за пояс принялась неторопливо покачиваться с носка на пятку.
— В ближний бой с ними вам лучше не лезть, у этих поганцев очень крепкая шкура, почти как латы вареной кожи[16]. — Голос великанши стал глухим и отстраненным. Так что легким секущим или подрезающим ударом не взять. Лучше всего либо в глаза и пасть колоть, либо рубить. С проносом, напролом. Тут конечно сподручнее будет не мечом, а топором работать. Или булавой. И сразу по башке целить. С копьем все просто и как всегда. В морду им тыкать, или просто наколоть да придавить. Они очень живучие, так что если свалил сразу добивать надо. А то прикинется мертвым, дождется момента и загонит нож в спину. А ножи у них почти всегда отравленные. Они вообще честного железа не любят. В основном используют змеиный яд. Ну или в дерьме на крайний случай оружие изваляют…
— Сказки. — Чуть слышно буркнул себе под нос Брюмир. — Брехня это все.
— Я сказала, а ты услышал. — Безразлично пожала плечами великанша.
— Еще что-нибудь? — Снисходительно проронил Август. Лицо цу Вернстрома буквально излучало скепсис. Судя по улыбкам воинов большинство людей в отряде полностью разделяли сомнения барона.
— Если в гнездо идти придется… Их лучше всего на заре или на закате брать. Сначала выследить логово, перекрыть все отнорки,
а потом идти внутрь и резать. — Немного подумав буркнула Сив. — Сон на них как покуда солнце горизонта касается нападает. Мне один… знакомый говорил что это не сон… а ступе… сутпрп… — Дикарка на миг замешкалась. — Сту-пор, вот. Они с дня на ночь… перекидываются как бы… Даже если проснуться, будут вялыми как осенние мухи. И еще в каждом выводке есть как минимум пара гренделей. И обязательно шаман.— Грендели? — Подался вперед Гаррис. — А это еще кто?
— Не все смешанные мелкие, добрый господин. И не все имеют в жилах толику только человеческой крови. — Вновь вклинился в разговор Ллейдер. — Те, которые рождены от крупного животного или с применением мерзких кровавых ритуалов, немного… отличаются. Две или даже три головы, рога, рост примерно на голову выше, чем у моей славной, но слишком болтливой, компаньонки. Говорят некоторые из них не меньше быка и намного, намного сильнее. В гарманде их называют горными королями, в Ислеве оргами, и свинотаврами а на родине моей подруги гренделями.
— Грендели. Кентавры со свиным телом. Трехрукие великаны. — Понятливо кивнул Алдия. — На бледном лице юноши расцвела загадочная улыбка. Я тебя правильно понял?
— Три руки, это редкость, как и две головы, но некоторые называют их и так, господин маг. — Снова склонился в вихляющемся поклоне Ллейдер. — На губах стрелка зазмеилась кривоватая ухмылка. Как по мне, главное не подпускать этих тварей близко. Болт в башку и все.
— А если нет арбалета? — Вновь подал голос судя по лицу с трудом сдерживающий смех рыжеусый.
— Молись своим богам, чтобы они сделали твои ноги быстрыми. — С обиженным видом буркнула Сив и отойдя от костра села на землю скрестив ноги. — Грендель ударом кулака всадника вместе с лошадью валят. И железный шлем в лепешку плющит. Никакая броня не спасет.
— Брехня. Отмахнулся усач. Не верю я во всех этих фей и единорогов. Их тысячу лет назад всех перебили.
— Дело ваше, доблестный господин. — Хитро прищурившись Ллейдер огладил ложе висящего на плече арбалета, и снова поклонился Августу. — Но как по мне, самое главное в приграничье, не снимать кольчуги даже ночью. Хоть смешанные, хоть пикты просто обожают устраивать засады. Пару залпов из луков по спящему лагерю, прекрасная шутка.
— Верно говоришь. — Буркнул Гаррис и покосился в сторону устало отвалившегося на спинку своего сиденья Августа.
Перехватив взгляд начальника своей гвардии барон чуть заметно покачал головой.
— Спасибо Ллейдер. И тебя тоже, Сив. Это было… познавательно. — Лицо молодого человека буквально излучало раздражение и презрение. — Мне остается только надеяться, что ваши клинки острее ваших языков.
Дружинники дружно захохотали. Пару кантонцев подхватило смех. Алдия чуть заметно дернул щекой и недовольно цокнув языком уставился на догорающий костер немигающим взглядом. Всем своим видом изображающий восхищение шуткой господина Ллейдер согнулся в подобострастном поклоне. Угадать эмоции дикарки было решительно невозможно. Наклонившись вперед северянка не мигая глядела в костер. На дне ярко-голубых будто предгорозовое небо глаз вспыхивали багряные всполохи.
– -
— Сив, нет!
Острый край тяжелого, покрытого рунами, топора с треском врезается в лед. Плечо сводит от острой боли, в спине что-то хрустит и щелкает. В нижней части живота, там, где из плоти торчит потемневшее от крови, обломанное древко стрелы, будто разгорается костер. Но удар все равно выходит хорошим. По скользкой, почти лишенной снега поверхности под ногами расползаются глубокие трещины.
Дзанг! Земля шатается, от поглотившего, сузившийся, до места там, где болит, мир, огня и под ноги девочки падают частые капли, парящего на морозе, застывающего на льду празднично яркими пятнами, багрянца. Руки вновь сжимаются на скользкой от крови рукояти. Еще утром казавшийся легким как пушинка топор — подарок, добродушно пошутившего, что ей следовало бы родится мальчиком, отца, кажется сейчас неподъемным. Сжатые зубы скрипят и крошатся, на губах надуваются кровавые пузыри.