Чтение онлайн

Суна потерла затекшую поясницу, и первая шагнула на ступеньки крыльца.

— Назовите меня Амарисуной. Суной Ноэйл. Я Целительница из земли Андагриэль.

***

Суна со вздохом поднялась с жесткой скамьи и подошла к окну, за которым спряталась сгустившаяся, непроницаемая холодная ночь. Перед глазами неровно дрожало пламя свечей и ее собственное, уставшее лицо — размытые отражения.

Девушка положила ладонь на мутное стекло, — стеклодувы у сельтов были на порядок хуже эльфийских — отняла и задумчиво посмотрела на оставшийся, медленно

Как все странно… Чего же ты хотела?

— Улиэнь… — звуки сложились один к одному, разбились, и Амарисуна повторила слово еще раз.

Произнесла шепотом, в странной надежде, что будет услышана и ветер вдруг отзовется, как когда-то.

В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошли.

Стекло вспыхнуло отразившимся на миг серебряным бликом. Сердце замерло и снова забилось ровно.

Позади эльфийки выросла мужская фигура, искаженная отражением.

— Ты искала меня? — услышала девушка спокойный, немного усталый голос. — Я Мориан Чилуэнь.

— Да, — Суна никак не могла заставить себя обернуться и увидеть, что за спиной стоит не тот, кого она позвала. Хотя его никак не могло там быть, а если бы чудо все-таки произошло — девушка знала, что любая фраза прозвучала бы предательски нелепо. Эльф за спиной терпеливо молчал.

— Меня зовут Амарисуна Ноэйл. Я Целительница, и мне необходимо как можно скорее добраться до Умбариэля. Мне сказали, что ты можешь провезти меня другим путем, раз главная дорога оказалась размытой. Сможешь… обеспечить мою безопасность.

— Зачем тебе туда? — услышала Суна неожиданный вопрос. — Разве в наши времена эльфы путешествуют в межсезонье без веских причин?

Девушка почувствовала, что у нее краснеют щеки.

Беседа с незнакомцами — как это всегда мучительно.

И что за типа ей порекомендовала Ларна? Суна тихонько вздохнула.

— Целительница Умбариэля тяжело больна. Я должна помочь ей или обучить нового Целителя, в случае печального исхода, — неохотно ответила эльфийка.

Отражение эльфа прислонилась спиной к двери.

— Сколько я за это получу?

"Вот что я забыла узнать у Ларны!", — спохватилась Амарисуна.

И почувствовала себя на редкость беспомощной.

— Назови цену сам. Надеюсь на твою честность.

Сзади раздался короткий, скептический смешок.

— Честность — от слова честь. Это слово не смотрится рядом со словом Изгнанник. Возвращайся домой, Амарисуна. Ты не захочешь ехать бок о бок с предателем, а больше никто не согласится провожать тебя в Умбариэль.

"Клеймо Изгнанника?!", — Суна резко обернулась. Напротив нее, в испачканных грязью штанах и рубашке с развязанным воротом стоял и горько усмехался эльф. Усмехался до тех пор, пока не увидел выражение лица девушки — тогда улыбка сползла с его губ и спряталась где-то в уголках.

Серебряный обруч на лбу, спадающие на плечи волосы. Глаза — как глубокое озеро в ненастную погоду.

У эльфийки злопамятно заныла шея.

— Ты!

Мориан пригляделся.

— Подожди, подожди. Я тебя помню, — его взгляд метнулся к ногам девушки и обратно к лицу. — Тебя Елайя еще тогда ударила, — растерянно закончил он.

Амарисуна медленно двинулась

— Ты. Пришел. В святилище. С клеймом. И за то, что я тебе помогла, ты…

— Но я тут не при чем, — перебил девушку эльф. Суна остановилась в нескольких шагах от него и уперла руки в бока.

— Елайя просто испугалась за меня и действовала не подумав. Это потом мы поняли, что ты… спасла мне жизнь.

Мориан произнес этот таким будничным тоном, словно Целительница просто принесла ему отхлебнуть колодезной водички.

— Однако теперь ты знаешь, кто я и…

— Я видела клеймо, — перебила мужчину Суна. — Я видела клеймо, но все равно помогла тебе. А потом в моей земле нашли эльфа, что был без памяти. И окровавленный меч. Странное совпадение, правда?

— Правда, — покладисто согласился Мориан. И поправил обруч на лбу. — Чего от меня хочешь, Целительница?

— Помощи, я же сказала. Правда теперь, я скорее себе руку отрублю, чем поеду куда-то с предателем и убийцей! — затрясло от злости Целительницу.

Эльф с клеймом. Сейчас, когда речь не шла о спасении жизни, и в виски не бился незнакомый голос, Амарисуна чувствовала огромную неприязнь.

Мужчина поморщился.

— Нет, чего ты на самом деле хочешь? — Он наставил на Амарисуну указательный палец, и девушка с трудом подавила желание щелкнуть зубами, как это частенько делал Вихрь, когда, так же тряся перед его мордой пальцем, Суна долго и нудно рассказывала ему о правильном единорожьем поведении с точки зрения добропорядочного эльфа.

— Я хочу знать, что ты делал в моей земле. Ты был ранен, а у того, кого чуть не сожрала Тьма, оружие было в крови. И как ты только прошел в Андагриэль? Охранная черта никогда не пропускает Изгнанников, — выпалила эльфийка.

Мориан опустил руку.

— А ты лично проверяла насчет "никогда"? — обаятельно улыбнулся он. Девушка насупилась и с ужасом услышала, как заворчал голодный желудок — громко, требовательно… неизящно.

Эльф деликатно сделал вид, что ничего не услышал.

— Тьма… умная девушка. У тебя секрет и у меня секрет, да?

— Да, — подтвердила Амарисуна с вызовом. И, не удержавшись, спросила:

— Моя наставница Ларна порекомендовала тебя. Она знает, что ты…изгнан?

Эльф коротко хохотнул.

— Добропорядочная, занудливая, правильная до оскомины Ларна? Да она сдала бы меня первому же Стражу, для повторного суда за нарушение границ.

— Тогда…

— Поверь, обмотать ладонь тряпицей и сказать, что снова неудачно поработал с селири или почистил яблоко — дело быстрое.

"Иди с ним. Не дай ему петь колыбельную в одиночестве", — толкнулся в виски голос. Целительница затрясла головой.

— Прощай, — развернулся к двери эльф. — Здесь тебе нет проводников и попутчиков. Жди, когда высохнет дорога. Хотя и по ней я бы не советовал ехать одной.

Амарисуна насупилась.

Эльф ей не нравился. Но вопреки этому, вопреки всем правилам, Закону и толкавшемуся где-то в желудке чувству острой неприязни, внутри нее рождалось ощущение, что ему можно доверять. Хуже того: ей вдруг нестерпимо захотелось броситься к нему, взять за руку и помешать уйти.