Книга Зимы
Шрифт:
Шум сражения смолк. Кьяра, почувствовав волну ласкового тепла, порезы на ее руках начали затягиваться. Оглядевшись, она увидела Арума, протянувшего руку в ее сторону. Его доспехи были покрыты царапинами и подтеками свежей крови. Скаг с рычанием погнался за убегающей серокожей воительницей, но та стала невидимой. Волк щелкнул зубами в воздухе и разочарованно заскулил, обнюхивая покрытый кровью снег. Обилие запахов заставило его потерять след. Эридан согнулся над поверженной феей, в руках его блестела черная фляга, пахнувшая магией Нижних Миров. Идиллию краткой передышки нарушили две серокожие, появившиеся за спиной у паладина. Обожженные, с перекошенными от ярости лицами, они попытались ударить его в спину, но злобный пегас ловко лягнул одну из них. Рука, сжимавшая дротик, громко хрустнула, и женщина
Эрта заставила огненную бурю погаснуть одним движением руки. От сожженного дерева и тел поднялось облачко черной гари. Эльфы и волки принялись зализывать собственные раны. Кьяра огляделась. Вокруг не было никого, царила почти полная тишина, но ей было неспокойно. Она чувствовала, что это далеко не конец.
Словно в подтверждение ее опасений, в воздухе повеяло очень сильной магией. Волосы тифлингессы встали дыбом, волна электрического покалывания прокатилась по телу. Раздались удивленные возгласы эльфов. В мгновение ока половина отряда исчезла, вместе с их волками. Эльфы вскочили от неожиданности, переглянулись между собой. Их осталось четверо. Нуар взмыла в воздух, высматривая своих сестер, секунду назад они стояли рядом. Кьяра увидела Эрту, обоих драколюдов, Эридана, распрямившегося над изувеченным трупом феи, и всех их зверей, удивленно озирающихся по сторонам.
Скрипнул продавленный тяжелыми копытами снег. Вокруг воронки, образовавшейся после огненного взрыва, устроенного Кьярой, возникли низкорослые козлоногие существа, словно выточенные из грубого серого камня. Даже волосы, топорщащиеся на их головах и загривках, казались монолитными. Один из козлоногих, раза в четыре крупнее всех прочих, поднес к губам панфлейту, и тишину разорвала короткая мелодия, в каждом звуке которой чувствовалась древняя магия. Схватившись за голову, паладин почти рухнул в снег. Арум застыл с поднятым молотом, на драконьем лице запечатлелось глуповатое выражение блаженства.
Кьяра швырнула всполох пламени. Козлоногие отпрыгнули в разные стороны, а самая крупная фея и вовсе исчезла, чтобы появиться в совершенно другом месте, далеко от девушки и Эридана. Щит яркого пламени окутал тифлингессу, разрезая темноту. Рядом с ней возникло крылатое существо, выточенное, казалось бы, из цельного куска гранита. Создание вознамерилось, схватив чародейку, сдавить в объятиях, но ударилось о стену огня. На камне появились следы черной копоти.
Закричала Нуар, небо громыхнуло, и на козлоногих посыпались крупные куски льда. Лавируя между градинами, феи рассредоточились по полю боя. Выхватив большие каменные дубины, сошлись с эльфами и их волками. Рычание, скрип железа о камень. Сами справятся, подумала Кьяра. Из головы вылетел приказ паладина сдерживать натиск прихвостней, в крови вскипел знакомый азарт. Она уже поняла, что крупная фея, скорее всего, и есть Хисрам. Не обращая внимания на каменного монстра, остервенело пытающего пробиться сквозь ее огненный щит, девушка кинула шар концентрированного пламени. Хисрам ловко сбежал из эпицентра взрыва, волна горячего воздуха лишь немного опалила шерсть на его плечах.
— Бездна тебя поглоти! — выругалась тифлингесса.
Она была почти уверена, что фею накроет, недооценила ловкость такого крупного существа. Избегая атак каменного монстра, тифлингесса снизилась над застывшим Арумом. Попытка снять с него заклинание также закончилась провалом. Магия архифей была слишком сильна.
Телепортировавшись в очередной раз, Хисрам оказался в непосредственной близости от Янтаря. Окутанный пламенем меч, призванный силами жреца, чиркнул по телу козлоногого, но не нанес глубоких ран. Отшатнувшись от висящего в воздухе оружия, козлоногий, однако, не смог избежать сияющего лезвия Эридана. Зашипели мех, кровь и рассеченная плоть. Удар пришелся на торс. Вид крови врага разгорячил паладина, и он нанес еще один мощный удар, но фея успела увернуться.
— Джак!
Половинка рога, срезанного мечом, упала в снег, оплавляя его. Вспышка, Хисрам вновь переместился на другой конец поля боя. С мстительной резкостью прозвучали звуки панфлейты, и Эридан рухнул на одно колено, сраженный волной боли.
Атмосфера
накалилась, став очень опасной. Одна из фей приблизилась к застывшему Аруму, занеся огромную дубину, но камень столкнулся с железом. Старший брат отразил атаку, выставив молот.— Только тронь, ты… — прорычал он сквозь стиснутые зубы.
Его волк тоже хищно оскалился.
Существо ловко отступило. В воздухе мелькнула смазанная серая петля. Янтарь почувствовал, что его опутала веревка, молот выпал из руки, а через мгновение удар каменной дубины пришелся в плечо, выбивая сустав. Качнувшись, драколюд зашипел от боли.
Вновь застонала панфлейта, от этого звука даже у Кьяры пошли мурашки по коже. Раздался собачий визг, два волка с сидящими верхом эльфами сорвались с места, прорвавшись сквозь кольцо фей. Оставшиеся гвардейцы заняли круговую оборону, их звери ощерились отчаянными оскалами, отражая нападения козлоногих. Горгулья вновь отвлекла Кьяру, но и эта попытка пробиться сквозь огненный щит закончилась неудачей. Краем глаза чародейка увидела, как эльфы сосредоточенно отбивались от атак. Один из их волков, взвизгнув, рухнул, и гвардеец отвлекся на звук удара. Раздался крик: Лаурефин выронил длинный меч, правая рука безвольно повисла.
— Фин! — вскрикнул второй, пытаясь заслонить товарища.
Древко, торчащее из плеча паладина, полностью окрасилось кровью. Поднявшись с колена, Эридан, вспыхнув вдруг красным, перенесся прямо к Хисраму. Появившись рядом с архифеей, он обдал ее волной огненных языков. Сияющий меч описал дугу. Сотканное из света лезвие столкнулось с выставленной вперед панфлейтой, высекая искры магии.
Янтарь попытался высвободиться из веревки, но та только сильней впилась в его доспех, сминая металл. Выбитое плечо заболело с удвоенной силой. Его волк попытался перегрызть узел. Зубы бессильно скрипнули о зачарованное волокно. Козлоногий отбросил зверя мощным ударом копыта. Что-то хрустнуло, взвизгнув, волк обмяк на снегу. Фея перехватила дубину для нового удара, но замерла, не завершив его. Объятый пламенем меч с хрустом вошел в горло козлоногого. Фея рухнула, вслед за ней упала и веревка, лишившись своей магии. Обернувшись, Янтарь увидел, как младший брат отозвал призванное магией оружие. В глазах Арума был страх. Если бы он не сбросил с себя чары…
Тем временем второй гвардеец заслонил Лаурефина от очередного удара. Воспользовавшись возможностью, хладнокровно поразил живот феи, рассекая мышцы и внутренности, а его волк вцепился в ногу другого создания. Увернувшись от удара дубиной, бросил рыжему фразу на эльфийском. Тот побелел еще сильней, покачал головой, после этого облокотился на спину товарища и перехватил меч целой рукой. Феи выжидающе замерли, а затем напали одновременно. Крикнув в бессильной злобе, гвардеец отразил удар дубины, скрещенные мечи высекли из нее мелкое каменное крошево. Лаурефин не смог остановить атаку и принял его всем телом. Потеряв равновесие, рыжий рухнул на спину. Чудовищная вмятина на доспехах не оставляла никаких надежд.
— Фин?! — вскрикнул второй, но его товарищ неподвижно лежал на земле с выражением странного спокойствия.
Гвардеец замер. Его волк прыгнул, защищая хозяина от очередного удара, кинулся на дубину, словно пытаясь растерзать ее зубами. Камень встретился с костью, даруя быструю, почти безболезненную смерть. Оставшись один, эльф растерянно сделал несколько шагов назад.
Кружась в огненном танце с каменной горгульей, уворачиваясь от ее ударов и ловко выставляя щит, Кьяра, наконец, отбросила существо. Увидев, что гвардеец остался в полном одиночестве, она попыталась, отвлечь на себя внимание фей. Выставив руки веером, призвала себе на помощь леденящий ветер. Шерсть и волосы на козлоногах превратились в ледяные полупрозрачные иглы.
— Уходи! — крикнула она эльфу.
Тот, немного помедлив, отступил, воспользовавшись замешательством врагов. Один из козлоногих ринулся следом за ним. Тифлингесса вскинула руки для нового колдовства, но формулы складывалась мучительно медленно. Темнота расцвела белой вспышкой. Из рук девушки вырвалась молния, поразила одного козлоногого, затем перекинулась на второго, третьего. Запахло паленой плотью. Пораженные феи пали оземь, но лежащего на земле эльфа было уже не спасти. Шлем свалился с головы, обнажив ярко-желтые волосы. Даенис.