Книга власти
Шрифт:
Однако, к 213 году до н. э. моя испанская армия, совершив несколько грандиозных побед, стала полностью теснить карфагенян прочь из Испании, и всё больше войск врага уходило на попытку удержать фронт по всему периметру, и вот уже Испания оставлена врагом. И большой ошибкой Карфагена было то, что он пытались распылить войска по всему фронту, не оказывал достойного снабжения Ганнибалу. А мой флот всеми силами блокировал снабжение войск карфагенян в Италии. Хотя если бы Карфаген смог доставить Ганнибалу достаточные резервы, тот двинулся бы на Рим, и тогда конец войне и здравствуй западная Сибирь или Дальний Восток.
На следующий год, я всё-таки собрал многочисленную армию, и попытался разбить Ганнибала ещё раз, полагая, что его силы всё же на этот раз истощены. В тяжёлом бою
Почему-то после стольких лет побед, Карфаген не верил Ганнибалу, что тот может достичь успеха в Италии, хотя ситуация там была для меня критическая. Больше половины Италии вся её северная, южная и восточная часть, за редким исключением была под контролем Ганнибала. Тем не менее, Карфаген решил окончательно выбить меня из Испании. В 211 году до н. э. мощная армия Карфагена была брошена в Испанию, а не в Италию, и после полу года боёв наголову разбила мою испанскую группировку. После чего уцелевшие Римские войска в Испании также перешли на партизанские действия. Я дал им приказ, удержать врага любой ценой, чтобы предотвратить переход подкреплений из Испании в Италию.
Меж тем, я, сформировав мощную армию, около пятидесяти тысяч человек двинулся на штурм твердыни Ганнибала Капуи, а сам Ганнибал решил совершить хитрый манёвр, и сымитировал атаку на Рим. Но я не волновался, это было ошибкой, Ганнибалу было бы правильнее пойти и разбить мои войска под Капуей, но видимо, сил на это у него уже не было. Взять Рим Ганнибалу было не по силам, и он, совершив бесполезный манёвр, ушёл на юг Италии. И сейчас, Ганнибал метался по Италии, не зная, что делать, не имея достаточно сил, чтобы взять какой-либо крупный город в осаду, а бывшие союзники постепенно отворачивались от него, я же копил силы, избегая прямых сухопутных боёв, не теряя войска по частям.
В 209 году до н. э., один из моих военачальников достиг очередного частичного успеха в Испании, не позволив Карфагену в очередной раз перебросить подкрепления Ганнибалу, на которые тот так надеялся. И Ганнибал уже более восьми лет сражался в Италии, подверг мою землю страшному разорению, но Рим начал подниматься с колен, война затянулась, и то было моим спасением. Потери были ужасны, численность населения Италии сократилась более чем вдвое, инфраструктура разрушена, ни мостов, ни дорог, ни акведуков, но мы держались.
Мы начали побеждать Ганнибала, я перекрыл его снабжение через Альпы, и к нему больше не подходили подкрепления, а мой флот из последних сил удерживал побережье, не позволяя осуществлять полноценное снабжение. А ещё у меня выросло целое поколение мальчишек, что на протяжении более восьми лет росли и слышали, как варвары теснят их родину. Они готовы были воевать и отдать жизнь и последнее за победу Рима. И сами граждане, проявляли небывалый раньше патриотизм, пустив все средства на армию и флот, чтобы удержаться любой ценой. Каждый римлянин верил, если Рим падёт, это будет последний день нашей цивилизации. И в самый тяжёлый час, когда мы снова проиграли битву в Испании, и казалось, теперь то уж ничто не удержит Рим от падения. Мой лучший генерал Сцепион в последствии прозванный Африканским. В 204 году до н. э. с чудом подготовленной резервной 30 тысячной армией высадился в Африке к западу от Карфагена. При нём было много золота, и он не жалея это золото, купил верность многих вождей Африки, создав угрозу самому Карфагену. Численность армии Сцепеона вместе с купленными войсками превысила 60 тысяч человек, и он начал стремительное наступление на Карфаген. Жители Карфагена были просто в панике, война докатилась до них. Как же так? Ещё недавно они побеждали, и казалось истощённый и обескровленный войной Рим вот-вот падёт, а тут совсем рядом с их столицей появилась огромная Римская армия. Ганнибал с частью войск
был срочно отозван из Италии, и приготовился выступить навстречу Сцепеону Африканскому.Я только этого и ждал, лучше момента не найти, Карфагенских войск в Италии осталось очень мало, и многие когда-то предавшие меня города Италии поняли свою ошибку. Я начал масштабное наступление по всей Италии, и всего за несколько месяцев полностью освободил искалеченную страну от иностранных захватчиков. Заодно призвав в римскую армию многих воинов, что раньше служили врагу. Я массово выписывал амнистии и прощал всех, кто сам по своей воле встанет под римские знамёна. Я знал, второго шанса не будет, надо срочно наладить страну и её тылы. Очень быстро вся страна была взята под контроль, а Сцепеону Африканскому стали приходить щедрые резервы, в войне неожиданно наступил сильнейший перелом. Ещё пол года назад Италия была в огне и на коленях, а теперь наша огромная армия наступала на сам Карфаген. Однако, я боялся, что как и в прошлые годы Ганнибал легко одолеет мои войска. Но не тут-то было, каждый солдат в нашей африканской армии верил, что он это последний шанс Рима, трусость просто исчезла как явление, и даже сам генерал с особой тщательностью готовил атаку.
В 202 году до н. э. в битве у реки Замы, что недалеко от Карфагена состоялось решающее сражение между огромной усиленной армией Сцепеона Африканского и крупным корпусом Ганнибала. В жесточайшей битве Сцепеон Африканский смог вырвать у врага победу, и в итоге, Карфаген, лишившись большинства своих владений, остался один напротив гигантской армии Рима, что остановилась у его ворот. Но на самом деле я, проанализировав ситуацию, пришёл к выводу, что не смогу взять штурмом огромный город при всём желании, и скоро в Карфаген с востока и из Испании могут придти подкрепления. И если я не заключу позорный для Карфагена мир, то повторится история с не взятым Римом. Тем более, моя собственная страна лежала в руинах, и в любой момент кто-то ещё мог бы попробовать напасть на меня извне. Я решил заключить мир.
По результатам мирного договора с Карфагеном, тот выплачивал Риму, то есть мне, огромную компенсацию 500 тонн золота, которую Карфаген должен был выплачивать в течение 50 лет, по 10 тонн золота в год. Неслыханная по меркам древнего мира контрибуция. При этом Карфаген терял все свои заморские владения, кроме западной Африки, не имел права иметь морской флот более 10 кораблей, и вести войны иначе как по приказу или с разрешения Рима. При этом, я словом не обмолвился о выдаче своего сына, чтобы не спугнуть птичку. Наоборот, я хотел, чтобы он остался на насиженном месте. Тем более, что теперь у него есть стимул, его собственное небольшое государство и его богатства, зато теперь мои шпионы смогут узнать где все тайные ходы, и потом, в следующий раз он от меня уже не сбежит.
А меж тем мои войска вернулись в страшно разоренную Италию победителями. И я начал зализывать раны, восстанавливать города, мосты, акведуки, торговлю и морской флот. А также необходимо было восстановить население, не только количественно, но и качественно. Потому что за годы войны резко сократилось число профессиональных ремесленников всех мастей, погибла система образования. А по результатам проведённой переписи выяснилось, что численность населения Древнего Рима за годы войны сократилась в 2,5 раза. Если накануне войны у меня было 12 миллионов подданных, то теперь только пять. И я решил стремительно всё отстроить, пойдя ранее известными мне путями, сокращения детской смертности, что сейчас была на высоте.
Только через 25 лет мирной жизни, мне удалось восстановить Рим до довоенного уровня, как по численности населения, так и по инфраструктуре, но это были годы мира, и Карфаген не всегда полностью, но исправно платил мне дань. Территория Рима значительно выросла, теперь моё влияние распространилось на всё Средиземноморье, а Рим стал величайшей империей в мире. Многие государства, что когда-то предали меня и поддержали Карфаген, жестоко поплатились за своё вероломство, я нашёл и убил каждого предателя, который запомнился мне в годы войны. В войнах я победил Македонию, ряд других мелких государств, и поставил на колени Египет.