Ключ от радуги
Шрифт:
— Какой бонус, за что?
— Брательник, сам же говоришь, ситуация была безнадежная. А мы в тебя поверили. Кто, если не мы?! И конфиденциальность опять же, вот зачем широкой общественности знать, что ты владеешь трансмутацией и на досуге занимаешься финансовыми диверсиями? А мы, получается, соучастники. Так что, думаю с тебя еще крон двадцать, и мы в расчете.
— Вот вымогательница, забирай! Когда же ты подавишься?
— Не беспокойся, еще не скоро, — Мара облизнулась и еще два столбика монет исчезли в ненасытной утробе.
— Одрик, она все из тебя вытрясла?
— Нет, праздники отгулять нам хватит.
— А потом.
— Придумаю что-нибудь. Пару кристаллов продам, у меня в мастерской
— Слушай, — включился Калларинг, — нам в страже надо амулеты и накопители зарядить перед холодным сезоном. Изготовление тебе поручать не положено, ты не на службе, а вот зарядку…. Ты сможешь?
— А это сколько угодно, в любое время дня и ночи, под завязку. Но только не сегодня, у нас сегодня Стерг. — Торкана что-то шепнула ему на ухо, — И вот Кани подсказала, что не завтра,… давайте на Лафригора, восстановление платежного баланса на моем счете как раз ему в угоду.
Сегодня замечательное праздничное утро, молодежь собирается в храм самого веселого бога и дальше развлекаться. Мы с полковником тоже будем отдыхать, но наш отдых уже не песни и пляски, а тишина и покой. Нет, тело мое еще не прочь гульнуть, но душа просит надежности и комфорта. Интересно, что это, просто осенняя ипохондрия или период гнездования начинается?
Мы проводили Одрика и Кани до крыльца. Совершенно не походящая у нее обувка для каравачской осени, и Одрик на руках перенес ее через все лужи. На варге было только одно седло, но второго и не требовалось, Одрик посадил девушку к себе на колени, и она прижалась к нему, как прижимаются друг к другу снежинки ледника на вершине Матнарша.
— Как изменилась Кани, почему-то она позволяет собой командовать, — говорю я, глядя в след удаляющейся парочке.
— Вот именно, что позволяет. И он будет командовать ровно на столько, насколько она ему позволит. А как она смотрят друг на друга, счастливые…,- вздыхает полковник, — Надо будет подумать о подарке…
— Каком еще «подарке»? Кому? Ты и так уже кое-кому сделал внушительный подарок!
— Ты тоже кое-кого облагодетельствовала. И мы, кажется, договорились, что не вспоминаем об этом. А подарок ребяткам на свадьбу, мне с пустыми руками являться как-то несолидно.
— Они тебе объявили, а мне ни слова не сказали!!
— Нет, что ты. Но разве по ним не видно? Думаю, это вопрос ближайшего времени. По каравачской традиции жених должен сначала пойти на поклон к родителям невесты, спросить, угоден ли он. Ведь это не просто объединение людей, это объединение Родов. Но родителей у них нет, и они оба изгои. Тут еще вопрос финансовый, свадьбу он будет оплачивать только сам, от нее никаких денег не возьмет, уж я его знаю. И я спорю на бутылку рома, что он еще не раз прибегнет к трансмутации. Ты намекни ему, как бы невзначай, если он этим будет заниматься вне каравачских владений, то у Тайной стражи не будет никаких оснований обвинять его в финансовых махинациях. И пусть лучше лепит великосоюзные монеты, там такая неразбериха начинается, что им уже ничего не повредит. А сейчас пойдем к эльфийской модистке, и ты выберешь рисунок для гардин в нашей спальне.
— Хозяйка, ты это… сегодня гардины выбирать будешь, я тебе в этом не советчица. Я погулять хочу.
— Гуляй, тут целая усадьба, заблудиться можно.
— Да не хочу я здесь блудить, да и не с кем… нет тут никого, — посопела и добавила, — и ничего.
— А чего это, видимо, пиво?
— Ну-у…, - и расплывается бесподобная французско-бульдожья улыбка.
— Ты опять будешь Одрика на бабло разводить?
— Хозяйка, он же все может, ему только захотеть. Может он пиво из воды трансмутирует?
— Только не агитируй его воду обращать
в вино, этого еще не хватало!— А что, полезное умение, — встрял в наш диалог полковник.
— Еще один! Мара, уматывай отсюда, наслушаешься всякого, а у тебя и так фантазия богаче некуда.
Черненькая собачка закрутилась на месте волчком, превращаясь в плотный шарик черного тумана, который со звонким хлопком исчез.
Тело Зверочеловека спало, а нутрии него происходили странные и ни на что не похожие процессы, и когда тело проснулось, внутри него оказалось не двое, а одно существо. Человек и Зверь полностью слились, объединив способности к магии человека и полную не восприимчивость к ней Зверя. Холодная расчетливость со способностью строить далеко идущие интриги человека, впитала в себя звериные инстинкты и жажду убивать. Желание властвовать подпитало собой мечты о продолжении себя в потомках, а способности к трансформации тела объединились со знаниями.
То что встало с кровати в доме Великого Магистра можно было бы назвать идеальным правителем, если бы одна мысль, о том, что оно будет править страной, не вызывало бы СТРАХ.
Утром дня бога ветра — Стерга, тело, свернувшееся клубочком, в удобном коконе из одеял, на кровати в доме Великого Магистра, зашевелилось и проснулось. Зверь и человек, еще не единая личность, то уже скорее больной с расщеплением сознания, с удивлением огляделся по сторонам.
Звериная половинка была поражена ЦВЕТОМ, вокруг все было цветное и пестрое, кроваво-красный полог кровати, сине-зеленый ковер на полу и кажущиеся оранжевыми, в свете заходящего Андао, занавески. А человеческая половинка поразилась силе и множеству плавающих вокруг запахов и ароматов, ковер на полу пах шерстью и пылью, от камина пахло углем, а откуда-то снизу долетал вкусный аромат, чуть протухшего мяса. Зверочеловек встал, потянулся и пошел на этот манящий его аромат.
Запах шел из подвала, дальняя его часть была щедро залита кровью, а на полу валялись вполне приличные куски мяса. Зверочеловек уже протянул руку к первому попавшемуся куску.
— Стой. Не стоит есть перед охотой, к тому же не свежее… — Возмутилась зверина половина.
— Я хочу есть. И чего добру пропадать… тут еще много. — Возразила человеческая половинка, но руку все же убрала.
— Мы потратили много сил на лечение и нам сейчас нужна свежая кровь и свежее мясо. А это уже почти протухло…
Зверочеловек еще принюхался, да, в запахе мяса уже вовсю ощущался аромат гниения.
— А это куда девать? Нельзя это так оставить… — Задумчиво констатировала человеческая половинка.
— А раньше ты куда трупы девал? Ну, те головы, что я подбрасывал?
— Сжигал в камине…
— Вот и в этот раз сожжем.
Зверочеловек решительно отправился наверх, откопал в кладовке старое покрывало и спустился с ним обратно в подвал. А потом он долго и планомерно наводил в подвале своего логова порядок. Складывал в покрывало и утаскивал наверх в кухню куски человеческих тел, смывал, где водой, а где и огнем кровавые подреки, и добавлял печному огню магического жара, но все равно дело продвигалось плохо.
Человеческая составляющая зверя не хотела тратить драгоценную магию на уничтожение тел, проще спихнуть в канализацию, но звериная часть настояла на своем, улики надо уничтожить без следов. Без магии спалить человеческое тело в простой кухонной печке почти невозможно, да и дров понадобится много, а еще из тела натечет жир и загадит всю печь, а сажа от сгорания может забить трубу. Поэтому, как бы не возражал человек, но пришлось потратить магию. Тел было много и к концу процесса уничтожения улик, магии почти не осталось, а на кухне стоял характерный запах горелого человеческого мяса. К полуночи порядок был наведен, а в животе Зверочеловека журчало от голода.