Ключ Эдема
Шрифт:
– Что? Думаешь, я трус? – Прометей нервно хохотнул, – думай, что хочешь. Плевать.
– Ну так стреляй, – пожал плечами Алекс. – Патронов на всех хватит. Или ты хочешь все плаванье нас держать на прицеле?
Пистолет плясал то в сторону сгруппировавшихся ассасинов, закрывающих Вадима, то в сторону Алекса, и в последний момент ствол остановился на уровне лба последнего. Прометей спустил крючок, но вместо грохота выстрела все услышали щелчок осечки. Снова и снова. Прометей оскалил зубы в улыбке, выражающей и разочарование, и сожаление, что так обманулся. Алекс пожал плечами и хмыкнул, будто спрашивал: «Как ты мог подумать,
Ромен и Колин немного расслабились, Сэб сама потянулась за пистолетом, но в это время Прометей ударил Алекса рукоятью и оттолкнул плечом. Он попер напролом, сшибив головой Колина, сметя Вадима, и вырвался из каюты. Алекс, выхватив пистолет из рук растерянной Сэб, выскочил следом. Остальные кинулись за ним.
Прометей бежал невероятно быстро, от него шарахались в сторону попавшиеся на пути матросы. Оттолкнув двоих из корабельной команды, выходящих из лифта, он бросился в кабину и зажал кнопку. Алекс не успел всунуть руку в щель между дверями и ударился о закрывшиеся створки. Не тратя времени, он кинулся к лестнице. Соревноваться в скорости с лифтом на широких пролетах было не так-то просто. Он перескакивал по несколько ступенек, слышал, как, отстав, внизу отбивают такт быстрыми шагами Колин и Ромен.
Когда Прометей выскочил на палубу и помчался мимо контейнеров к борту, Алекс кинулся ему наперерез, держа пистолет под мышкой, чтобы как-то скрыть оружие от окружающих. Хотя никто всерьез не обращал на них внимания: команда была занята. Судно выходило из порта вслед за небольшим катером штурмана.
– Стой! – крикнул Алекс, но Прометей, оглянувшись, только добавил ходу. В два огромных прыжка он перелетел через последнюю преграду и, глядя на отдаляющийся берег, кинулся за борт.
– Твою мать! Придурок! Разобьется же! – один из членов экипажа, как на зло, оказался поблизости.
Беглец пролетел шестнадцать метров до воды, покореженной движением гигантского корабельного корпуса, и скрылся в глубине. Растревоженная волнами поверхность моря долго оставалась пустой. Спустя полминуты среди пенящихся холмов появилась голова беглеца.
Моряк-филиппинец в панике что-то лепетал, подавая сигналы кому-то дальше по борту.
Алекс смотрел на то, как Прометей борется со стихией, но вода с усилием притягивала его обратно к борту, увлекая под днище.
Переводя дыхание, рядом встал Колин, за ним подоспел Ромен.
– Шансы? – спросил первый.
Алекс пожал плечами. Сердобольный моряк уже бежал к рубке капитана. Он не видел, как Прометей, вопреки стихии, мощными гребками отталкивает себя от смертоносных винтов и понемногу отдаляется от борта.
– Ты его отпустишь? – тихо спросил Ромен.
– Остановите того, – Алекс кивнул головой на удаляющегося моряка. – Незачем капитана тревожить.
Ромен внимательно посмотрел на него, хлопнул по плечу и поспешил к рубке.
– Стреляй, – сквозь зубы процедил Колин, покосившись на пистолет под мышкой у Алекса. – Он же выстрелил. Стреляй!
Прометей последним усилием вытолкнул себя из пены, и теперь обернулся, покачиваясь на крутых высоких волнах, которые отходили от борта. Через минут сорок он уже будет на берегу.
Они смотрели с Алексом друг на друга, пока голова Прометея еще была различима на фоне пляшущего моря.
– Черт! – выругался Колин, ударив кулаком по перилам. – О чем ты думал? Он нас подставил, а сейчас – чуть не прикончил. И ты отпускаешь
его?!– Наша победа для него хуже смерти, – Алекс обернулся к нему с бледной улыбкой. – Пуля – это слишком просто.
– Зато надежно, – огрызнулся Колин. – А я бы предпочел, чтобы такая тварь больше не могла навредить.
Услышав шаги за спиной, Алекс обернулся. К ним расслабленной походкой приближался Ромен. Как ни в чем не бывало, он спрятал руки в карманы и, глядя на небо, которое затягивали серые облака, произнес:
– Тебя капитан ждет. Поговорить хочет.
На капитанском мостике царила атмосфера хирургического кабинета во время операции. Все присутствующие были заняты одним общим делом, каждый выполнял свои функции. Никто не переговаривался. В тишине было слышно, как тикают чьи-то наручные часы. Алексу собственное присутствие казалось более громким, чем та немая гармония, в которой находились все прочие члены экипажа.
– «Рад вас приветствовать на борту Dhahran», – произнес мужчина лет сорока пяти, чья презентабельна внешность так идеально сочеталась с капитанской формой, что дух захватывало. В волосах белела седина, худоба придавал лицу аристократические черты. Пожимая его руку, Алекс обратил внимание на то, насколько ухожена кожа и ногти. Внезапно приветливый тон капитана изменился, и он произнес достаточно жестко, – эту фразу я сказал бы в других обстоятельствах. Но сейчас, клянусь, мне хочется размазать тебя и всю твою шайку. Что за психа вы везли с собой? Какого черта он сиганул за борт? Слава Богу, остался жив! Иначе бы мне пришлось остановить судно, и черт знает, чем бы это все закончилось!
– Этот человек узнал, что у него жена рожает, – не моргнув глазом, ответил Алекс. Кобуру и пистолет он предусмотрительно оставил Ромену, и по большому счету, капитану не в чем было его упрекнуть. – Мне очень жаль, но остановить его я не смог. Все обошлось, как вы верно заметили.
– Еще бы, черт подери, заметил, – с прищуром продолжил тот, продолжая взглядом прожигать лицо собеседника. – Как там тебя? Генри… Гарри…
– Генри… сэр, – с запинкой ответил Алекс, вспоминая вымышленное имя, указанное в документах.
– Так вот, Генри, – капитан обошел вокруг него, точно акула вокруг своей жертвы, – ты мне не нравишься. И вся твоя команда не нравится.
– Могу я узнать причину, сэр?
– Вы приперлись сюда, как к себе домой. Страховая предупредила меня за час до отплытия, поставила перед фактом и вынудила дать добро. Но это не значит, что я действительно одобряю присутствие чужаков у меня на судне.
– Ясно, сэр.
– Ни черта тебе не ясно! – гаркнул тот, и тут же произнес спокойным тоном, – до Александрии я не хочу тебя видеть. Ни тебя, ни еще кого из твоих людей. И если не хотите, чтобы вас заперли, то лучше пусть ваше заточение будет добровольным.
Алекс сделал вид, что задумался над такой перспективой. Заложив руки за спину, он покачался с пятки на носок и, осветив лицо одной из своих самых любезных улыбок, произнес:
– А после Александрии нам будет разрешено покинуть каюту?
– После… Что?! – рык капитана выдал растерянность. Он отошел от Алекса, чтобы лучше его рассмотреть с ног до головы. – О чем это вы?
– О том, что планы изменились. Наш груз необходимо сопроводить в порт Танжера.
– В Марокко? – изумился капитан. – Мне об этом никто не говорил.