Чтение онлайн

– Вот странные дела творятся. Твой хозяин прощает твое непослушание и сурово карает за покорность. Как же это понимать?

Элиана резко поднялась, но ее рука оказалась сжата пальцами Закарии. Не оборачиваясь, она спросила:

– Разве правоверный мусульманин не запятнается, прикоснувшись к еврейке?

– Руки можно отмыть, – жестко произнес он, – но не честь. Ты обманула меня? Все ваше племя живет одной только ложью и ухищрениями, и ты также оклеветала имя своего господина и ввела меня в заблуждение, чтобы проникнуть к шатру нашего командующего. Я поклялся, что убью тебя в этом случае, и не намерен отступать от данного слова.

– Так убей, – Элиана обернулась

к нему, глядя влажными глазами с равнодушием к своей судьбе. – Окажи милость этому небу, которое все еще меня терпит. Моему господину, избавив его от нерадивой рабыни. Себе, чтобы не пришлось раскаиваться в собственном милосердии. Но знай, что я не обманывала тебя.

Закария долго смотрел на девушку, так пристально, как смотрит мимо наконечника стрелы, выбирая свою цель. Он бы хотел убедиться в ее лукавстве, но не видел того, что могло бы подтвердить его опасения.

– Значит, Басир так жесток, что наказал тебя незаслуженно?

– Я заслужила гораздо большее наказание, а мой господин проявил доброту, которой я недостойна.

Закария отпустил ее руку, отвернулся.

– Уходи.

Элиана отступила на шаг от него и, повернувшись спиной, медленно пошла по тени от ближайшего шатра. «Все говорят: «уходи», – думала она, – но разве я могу? Все равно, что гнать прочь собаку, сидящую на привязи». Поднявшись чуть выше на холм, Элиана посмотрела на бескрайние пески. В дрожащем облаке жара виднелись очертания города, откуда она прибыла накануне. Девушка пригладила выбившиеся из-под платка волосы и облизала губы. На языке проявился соленый привкус крови.

Визирь Асад ад-Дин был человеком тучных форм. В седле он держался крепко, командовал войсками здраво и мудро, бился без страха, но имел одну слабость. Он слишком большое внимание уделял кушаньям и питью. Особенно любовью Асад ад-Дина, названного Львом Веры, пользовались сытные блюда из мяса животных и птиц, жирные и пряные. Когда он ел, пот выступал на его челе, челюсть уставала жевать, и после приема пищи обыкновенно новый визирь Египта погружался в тяжелую дрему. Нередко бывали случаи, когда живот отказывался справляться с тем, что в него поместили, и на помощь Асад ад-Дину приходили его лекари, которых была целая дюжина. Они промывали ему желудок, отпаивали и по мере возможности облегчали его страдания. Дело это было привычное, и особо никого не удивляли частые приступы болей у визиря. Но однажды его хворь продлилась несколько дней, усиливаясь и не отступая, несмотря на все старания лекарей. Визирю становилось хуже и, наконец, он скончался.

Ночью к Юсуфу ибн-Айюбу прислали слугу, чтобы сообщить печальные вести. Он не стал дожидаться рассвета и прибыл к ложу покойного незамедлительно, взяв с собой личных лекарей, охрану и Басира.

Грузное туловище Асада ад-Дина лежало на постели, накрытое простыней и умытое. Пришедшие лекари снова осмотрели его и указали причиной смерти сильный жар, вызванный воспалением горла. Покинув опочивальню, Басир подозвал к себе стоящую невдалеке Эмилию.

– Они говорят, что это не могло быть покушением, – хмуро произнес он, отходя подальше от любопытных ушей стражи и вельмож. – Но я чувствую здесь злой умысел, как собака чует запах падали.

Элиана покосилась на закрытую дверь.

– Владыке угрожает опасность?

– Не исключено, – подтвердил Басир, и по его мрачному настроению девушка сделала вывод, что господин убежден в своей правоте. – Здесь поблизости есть холм, очертания которого напоминают лежащего льва. Мы проезжали мимо него.

Элиана кивнула.

– За ним есть дом, его с дороги не видно,

он в ущелье. Живет там человек, которого тебе нужно привезти сюда, ко мне, – Басир снял с пальца перстень и положил на ладонь девушки.

– Как его имя?

– Тебе не понадобится это знание. Если захочет, он сам назовет себя. Ступай и поторопись. Возьми мою лошадь, и не жалей ее.

Басир очень бережно относился к своей белоснежной лошади благородной породы, и то, что он сказал, означало, что дело крайне срочное. Элиана незамедлительно отправилась в путь.

Холм, о котором шла речь, находился на востоке. Дорога была пуста, луна освещала ее так ясно, что были видны даже мелкие ночные твари, копошащиеся в камнях. Под россыпью звезд Элиана гнала хозяйскую лошадь во весь опор, и лишь приближаясь к Спящему Льву, чей величественный профиль был посеребрен лунным светом, она успокоила животное. Дом обнаружить удалось не сразу, он находился в низине между двух холмов. В полной тишине звучал только стук копыт. Элиана собралась спешиться, когда вдруг лошадь испуганно заржала и поднялась на дыбы, сбросив девушку из седла. Нога застряла в стремени, и, шарахнувшись вбок, лошадь протянула Эмилию по камням.

– Стой, глупая тварь! – разозлилась девушка, освобождая ногу. Только тогда она увидела торчащую в окаменевшей земле стрелу. Подняв взгляд, она рассмотрела силуэт на вершине холма. Темная фигура сидящего человека была неподвижна.

– Животное куда умнее своего наездника, – послышался голос. Незнакомец распрямился во весь могучий рост и большими прыжками спустился с холма. – Кто же в здравом уме отправится в ночной путь через пустыню?

Он подошел ближе и посмотрел сверху вниз на сидящую в пыли девушку. Один глаз мужчины косил, но другой смотрел точно на нее. На спине у него была накидка из шакальих шкур, на груди висела связка бус из ракушек и клыков.

– Меня прислали за вами, – сказала Элиана, протягивая ему перстень.

Человек не подал виду, что удивился, и, рассмотрев украшение, вернул его.

– Я знаю, кто послал. Но не понимаю: зачем?

Элиана коротко описала случившееся ночью.

– Значит, наш новый визирь тоже мертв? – усмехнулся мужчина, направляясь к своему жилищу. – Тогда я не помогу ему. О моих талантах ходят разные слухи, но не верьте тому, что я могу оживлять мертвецов.

Элиана привязала лошадь к стволу сухого дерева и поспешила за ним.

– Речь идет не о нем, а о жизни другого человека. Возможно, смерть визиря не была случайностью.

– О, глупая девчонка! – воскликнул тот, входя в дом, – смерть не бывает случайной. Ни визиря, ни рабыни-еврейки.

Элиана зашла следом за ним. В доме было душно, пахло сухими травами, скисшим молоком, овечьей шерстью и еще чем-то. На столе стояло сооружение из стекла и железа удивительной формы и непонятного предназначения. Мужчина прошел вглубь хижины, сел на пол перед сколоченным из дерева грубым столом, и стал есть из миски, не обращая внимания на присутствие посторонней.

– Вы не собираетесь ехать? – уточнила Элиана.

Тот покачал головой, не глядя на нее.

– Вы должны.

– Вот же пустая голова, – тяжело вздохнул он. – Тот, кому я обязан, не обращается ко мне. А перед прочими у меня долгов нет. А теперь пошла прочь, пока я не доел этот чудесный козий суп и не освободил свои руки.

Элиана огляделась еще раз. Этот человек лекарь, судя потому, что она видела. Или даже алхимик. О могуществе алхимиков она слышала много, хоть и не во все верила. Но если Басир считает, что этот человек может определить, грозит опасность владыке или нет, то плевать ей на предрассудки.