Клиенты Ниро Вульфа
Шрифт:
— Вы что-нибудь отсюда возьмете?
— Не знаю. Если и возьму, то покажу вам все, включая портсигар. Если я заберу что-нибудь такое, что, по вашему мнению, забирать не должен, можете позвать того полицейского с улицы.
— Не можем, — ответил Перес.
— Это он шутит, — сказала его жена и нажала кнопку, вызывая лифт. — Сегодня черный день, Цезар. И таких дней будет еще много, а он шутит себе.
Лифт лязгнул, дверь открылась, и они уехали.
Я огляделся. Слева, возле обтянутой красным шелком панели, была прямоугольная медная (если не золотая) плита. Подойдя, я нажал, и она подалась. Плита оказалась дверью. Я распахнул ее, прошел и оказался в кухне. Красный кафель, желтый пластик,
Я вернулся к шелку и коже. Ящиков нигде не было видно, никакой мебели, где могла бы лежать бумага, на которой что-то написано. На столике с телефоном — только справочник в кожаной обложке. Но на одной из стен, против кровати, шелк был собран в складки. Я потянул, и материя сдвинулась в сторону. За занавеской оказались ящики, сделанные из чего-то похожего на красное дерево. Я открыл один из них. Дамские тапочки, десять пар в два аккуратных ряда, все разных фасонов, цветов и размеров. Прежде чем подойти к телефону, я заглянул еще в пять ящиков. Стало совершенно ясно, что Мэг Дункан была не единственной обладательницей ключей от лифта и входной двери. Еще один ящик, набитый разнообразными тапками, и два ящика с ночными сорочками. Разложив рубашки на кровати и убедившись, что они тоже разного размера, я подошел к телефону и набрал номер Фрэда Даркина, нашего внештатного оперативного сотрудника. Фрэд сказал, что на сегодняшний день никаких дел у него нет.
— Теперь есть, — сообщил я. — Собирай сумку с расчетом на неделю. Скорее всего, это займет меньше времени, но может статься, что и больше. Костюмов не надо, но захвати пистолет. Почти наверняка он тебе не потребуется, но все равно возьми. Приезжай к дому 156 по Западной Восемьдесят второй улице, вход в цокольный этаж, к управляющему. Позвони у дверей. Тебе откроет мужчина или женщина. Они либо кубинцы, либо пуэрториканцы, точно не знаю. Говорят по-нашему. Назовись и спроси меня, после чего тебя ждет честь и удовольствие личной встречи со мной. Особо не спеши. Даю тебе три минуты на сборы, если надо.
— Восемьдесят вторая улица, — сказал он. — Убийство. Как бишь его звали? Еджер.
— Ты слишком много читаешь и торопишься с выводами. Прикуси язык и собирайся.
Я повесил трубку. Складывать тонкие ночные сорочки — занятие не мужское и к тому же требующее времени, но я стиснул зубы и приступил к нему, ибо сыщик обязан оставлять после себя все, как было. Запихнув сорочки в ящик, я вызвал лифт, спустился и подошел к открытой двери по левую сторону холла. Семейство Пересов заседало в кухне. Я посмотрел на Марию. Бежевая ночная сорочка с кружевами была бы ей как раз впору. Я заставил себя перевести взгляд на ее родителей и сказал:
— Скоро сюда придет один мужчина, высокий и пухленький, с какой стороны ни смотри. Он назовется Фрэдом Даркином и спросит меня. Пошлите его наверх.
Потом я вернулся к ящикам. Не стану перечислять, что я в них нашел, но отмечу две детали: предметы мужского туалета хранились лишь в одном из них, и все шесть пижамных костюмов были одинакового размера. Это во-первых. А во-вторых, тот ящик, в котором я обнаружил портсигар Мэг Дункан, служил чем-то вроде коробки для всякой всячины. Тут валялись три дамских носовых платка не первой свежести, женский зонтик, чья-то пудреница и прочая мелочь. Едва я успел сложить все назад, как послышался лязг лифта. Открылась дверь, и появился Фрэд. Став как вкопанный, он принялся вертеть головой направо и налево, пока не увидел меня,
потом опять отвернулся и произнес:— Господи Иисусе!
— Вот твой новый дом, — сказал я ему. — Надеюсь, тут ты будешь счастлив. Я имею в виду дам на картинках. Настоятельно рекомендую вон ту, что сидит на розовом кусте. Если ей шипы нипочем, то уж тебя-то выдержит.
Он опустил на пол сумку.
— Эх, Арчи, а я-то все удивлялся, почему ты не женишься. Как давно у тебя все это?
— Лет десять, наверное. Кое-где в городе есть еще несколько таких местечек. Тоже мои. А это я временно предоставляю в твое распоряжение. Кухня, ванная, телевизор, служанка. Нравится?
— Господи. Я женатый человек.
— Жаль. Я бы не прочь остаться и рассказать тебе об этих картинках, но надо идти. Дело вот в чем. Если сюда пожалует гостья, ее надо принять. Может прийти мужчина, но скорее всего это будет дама. Явиться она может в любое время дня и ночи. Чем меньше ты знаешь, тем лучше, поэтому поверь мне на слово: как только она выйдет из лифта, ей снова захочется вскочить туда, и ты должен помешать ей в этом. Другого выхода отсюда нет. Можешь назвать ей свое имя, если захочешь, потом позвони мне, и я приду.
Фрэд нахмурился.
— Быть наедине с женщиной да еще держать ее насильно? Нехорошо.
— Тебе не придется ее трогать, если она первая не начнет.
— А вдруг она высунется из окна и станет звать полицию?
— Невозможно. Окон нет, да она и не захочет, чтобы кто-нибудь узнал о ее присутствии здесь. Особенно полиция. Единственное, чего она пожелает, так это поскорее выбраться отсюда.
Фрэд все еще продолжал хмурить брови.
— Котлован, где нашли труп Еджера, прямо перед домом. Может, мне следовало бы узнать кое-что еще?
— Не от меня. Зачем впутывать сюда Еджера? Он мертв, я прочел об этом в газете. Если зазвонит телефон, возьми трубку и спроси, кто там, но себя не называй. Вот дверь в кухню, — я показал пальцем. — В холодильнике есть кое-что интересное на случай, если ты проголодаешься. Этих людей внизу зовут мистер и миссис Перес, их дочь — Марией. Ты ее видел?
— Нет.
— Я собираюсь на ней жениться, как только выкрою время. Попрошу миссис Перес принести тебе буханку хлеба, а если тебе понадобится что-то еще — скажи ей. Ну, все. Созерцай картинки. Лучшей возможности изучить анатомию и желать нельзя, — я открыл дверь лифта.
— А что, если придет мужчина?
— Не придет. В случае чего придерживайся программы. Поэтому-то я и просил тебя захватить пушку.
— Полицейский?
— Один шанс из миллиона, даже меньше. Скажешь ему, что забыл, как тебя зовут, и пусть позвонит мне в контору Вульфа. Тогда я буду знать, что стряслось.
— А я окажусь в кутузке.
— Ненадолго. К Рождеству мы тебя запросто оттуда вытащим. В холодильнике полфунта свежей икры стоимостью в двадцать долларов. Угощайся.
Я вошел в лифт, спустился, объяснил миссис Перес ситуацию и попросил ее отнести наверх буханку хлеба. Потом ушел. Мои часы показывали полдень, когда я направился в сторону проспекта Колумба, чтобы поймать такси.
5
В пять минут второго сидевший за своим столом Вульф прорычал:
— Твоей задачей было найти подходящего клиента, а не этих двух негодяев, которые, возможно, убили Еджера, и не эту мерзавку, что предлагает тысячу за свой портсигар. Я признаю, что ты проявил ловкость, хитрость и смекалку, и даже поздравляю тебя с этим, но если ты поймал преступников, то кому мы будем посылать счет?
Я уже сделал подробный доклад, опустив лишь описание внешности Марии, рассказал о квартире и даже о том, как решил проблему складывания ночных сорочек. Сказал также, что подключил Фрэда Даркина за семь с половиной долларов в час.