Кланы Альфа-Луны
Шрифт:
— Я остаюсь здесь, — сказала Мэри. — Я уже приняла решение. — Она кивнула в сторону Игнаса Ледебера. — Но не с ним — это мимолетная связь, и он знает об этом.
Я не смогу жить в Гандитауне — это совсем неподходящее для меня место, сколь бы ни напрягала воображение.
— Тогда где же?
— Как мне кажется, в Да-Винчи.
— Почему именно там? — Не веря своим ушам, он изумленно уставился на Мэри.
— Я еще не приняла окончательного решения, потому что даже не видела этого поселка. Но я в восторге от маниев; меня привел в восхищение даже тот боец, которого мне пришлось убить. У него не было ни капельки страха, когда он бежал к своему танку и прекрасно понимал, что так и не добежит.
— Мании, — сказал Чак, — ни за что не пустят тебя к себе.
— Почему это? — спокойно произнесла она. — Еще как пустят.
Чак вопросительно посмотрел на Игнаса Ледебера.
— Пустят, — согласился Ледебер. — Ваша жена права.
Мы оба, понял Ледебер, он и я, мы оба потеряли ее. Никто не в состоянии заявить на долгий срок права на эту женщину. Такое положение противоречит ее природе, ее физиологии. Повернувшись, он в подавленном состоянии вышел из лачуги и направился к тому месту, где его дожидался слизистый грибок.
«Мне кажется», мысленно обратился к нему слизистый грибок, 44вы доказали мистеру Риттерсдорфу невозможность того, что он пытается сделать».
— Наверное, — ответил Ледебер без малейшего энтузиазма.
Появился Чак. Лицо его было бледным и печальным. Он быстро прошел мимо Ледебера, прямо к катеру.
— Скорей отсюда! — Грубо бросил он слизистому грибку, не оборачиваясь.
Слизистый грибок, поспешно, как только позволяли его физические возможности, последовал за ним. Они вскарабкались в катер, закрыли за собой люк и стрелой взмыли в утреннее небо.
Какое-то время Игнас Ледебер еще смотрел ему вслед, затем вернулся в лачугу. Мэри он застал у холодильника в поисках чего-нибудь, что могло бы сгодиться на завтрак.
— Мании, — не преминул подчеркнуть Ледебер за завтраком, который им в конце концов удалось приготовить сообща, — очень жестоки в некоторых отношениях.
Мэри расхохоталась.
— Ну и что? — с издевкой произнесла она.
Ему нечем было ей ответить. Его святость и его видения не помогли ему во взаимоотношениях с этой женщиной, не помогли ни на йоту.
Прошло немало времени прежде, чем Чак обратился к слизистому грибку.
— Этот катер может доставить нас назад, в Солнечную Систему, на Землю?
«Никоим образом», ответил Лорд Бегущий Моллюск.
— Ладно, — сказал Чак. — Постараюсь отыскать какой-нибудь из земных кораблей, барражирующих поблизости. Я намерен вернуться на Землю, согласиться с любым наказанием, которое мне уготовили власти, а затем связать свою жизнь с Джоан Триест.
«Вследствие того, что трибунал, скорее всего, вынесет смертный приговор, любая возможность связать свою жизнь с Джоан Триест практически исключена».
— Что же вы в таком случае предлагаете?
«Нечто такое, чему вы непременно воспротивитесь».
— Все равно, не томите.
«Вы … гм… это весьма щекотливая штука. Я должен сформулировать надлежащим образом. Вы должны подбить свою жену на то, чтобы она подвергла вас тщательной психиатрической проверке».
Поначалу, совершенно опешивший, Чак в конце концов кое-как овладел собой и произнес:
— Чтобы выяснить, какой из поселков больше всего мне подходит?
«Да», признался, хотя и очень неохотно, слизистый грибок. «Вот именно. Чтобы сказать, что вы душевнобольной. Просто нужно определить в самых общих чертах то направление, в котором происходят изменения вашей психики».
— Предположим, примененные Мэри тесты покажут, что в моей психике нет патологических отклонений, каких-либо неврозов, скрытых психозов, деформаций личности, тенденций к возникновению навязчивых состояний, иными словами, ровно ничего? Что мне тогда делать? _ Нисколько не обольщаясь —
сейчас он был крайне далек от этого, — интуитивно Чак чувствовал, что именно такими и будут результаты тестирования. Он не станет «своим» ни в одном из поселков на Альфе-III-М2. Здесь ему пришлось бы жить бирюком, не имея рядом никого, кто даже отдаленно напоминал его.«Ваше очень долго одерживаемое подспудное желание убить жену», продолжал гнуть свою линию слизистый грибок, «может вполне оказаться симптомом лежащего в его основе душевного заболевания». Он пытался придать обертонам своих мыслей обнадеживающее звучание, но пока что из этого ничего не получалось. «И все же я убежден, что стоит попытаться», упорствовал грибок.
— А что, если я заложу еще один поселок здесь?
«Поселок, в котором будет жить один человек?»
— Но ведь здесь должны же время от времени появляться совершенно нормальные люди. Те, кому удалось каким-то образом выздороветь, избавившись от психических расстройств, и дети, у которых их никогда и не наблюдалось. По сложившейся здесь традиции каждого относят к полиморфным шизофреникам, если только обнаружат признаки какого-нибудь более четко проявляющегося психического заболевания. Но это неправильно. — Эта мысль никогда не покидала его с того самого мгновенья, когда ему впервые пришло в голову, что возможно, придется навсегда остаться на этом спутнике. — Таких, хоть и немного, но становится все больше и больше. Дайте только срок.
«Пряничный домик на лесной прогалине», размышлял слизистый грибок. «И вы в нем, тихонько дожидаетесь заманить в него любого, кто бы ни проходил мимо. Детишек». Грибок захихикал, — извините. Мне нельзя столь легкомысленно к этому относиться. Простите меня».
Чак ничего не сказал. Он только еще выше поднял катер.
«Так вы рискнете провериться?» спросил слизистый грибок. «Прежде, чем искать себе поселок?»
— Ладно, — сказал Чак. Проверка ему не повредит.
«Как вы полагаете, ваша супруга, принимая во внимание взаимную враждебность по отношению друг к другу, сможет достаточно непредвзято провести тестирование?»
— Не сомневаюсь в этом. — Оценка вида и степени душевного заболевания с помощью специальных тест-таблиц была предельно формализована с целью исключить малейшую возможность произвольного толкования результатов тестирования.
«Я стану посредником между вами и ею», решил слизистый грибок. «Вам даже не нужно будет встречаться друг с другом, пока не будут получены результаты».
— Спасибо, — сказал Чак, испытывая искреннюю благодарность к грибку.
«Есть еще одна возможность, которая хотя и является, как вы бы выразились, притянутой за уши, но которую все равно не мешало бы рассмотреть». Задумчиво сообщил грибок. «Она могла бы принести неплохие плоды, хотя, разумеется, для претворения ее в жизнь потребуется немало времени». Охваченный азартом, он не стал больше мешкать с подведением итога своих размышлений. «Было бы очень неплохо, если бы вам удалось уговорить Мэри тоже пройти тестирование».
Такая идея оказалась для Чака полнейшим сюрпризом — он был полностью ошарашен и не знал, что ответить. Для начала — мысль его работала лихорадочно быстро, анализируя и вникая в суть идеи — он никак не мог увидеть каких-либо преимуществ. Потому что обитателей спутника никто не будет лечить — это уже было решено окончательно и бесповоротно, чему он сам немало поспособствовал. Если при тестировании выяснится, что Мэри — а это было более, чем вероятным — сама не вполне нормальна, то она просто такой и останется, и жизнь ее при этом нисколько не изменится. Ведь не выйдет на сцену еще один психиатр, который начнет возиться с ее психозами. Так что же тогда слизистый грибок имел ввиду, указывая на «неплохие плоды?»