Казнить!
Шрифт:
– А себе то что не наливаешь ? Давай за компанию ! За компанию и жид удавится… Атаман покачал головой:
– Жид – удавится за компанию ? Это вряд ли… А принять ? Рановато вроде… - задумчиво произнёс он, с сожалением глядя на бутыль. Понятно – нужен посыл, толчок… Влез с предложением:
– Так это же не пьянки ради, а здоровья для… Экспедитор наставительно поднял палец и осклабился:
– Верно парень сказал – не пьянки ради… Атаман махнул рукой.
– Царям за вредность молоко было положено, а вам – на такой ответственной должности сам бог велел иногда принять на грудь пять капель для успокоения нервов… - снова не удержался я. Председатель подозрительно посмотрел на меня – не смеюсь ли над ним. Я ответил предельно серьёзным
Наконец расторговались; пообедали время до него пролетело как то незаметно и покатили дальше: подальше от цивилизации; поближе к окраине… Снова уже привычные пейзажи: поля; холмы; невысокие взгорки и река Кура справа. Неширокая… А я думал по ней пароходики ходят… Но… - закончилась и эта дорога: вот и окраина станицы. Так же – поехали к правлению, но я попросил остановить по дороге – дальше я уже сам… Помню – куда… Попрощался душевно с экспедитором и водилой… В кабине достал было деньги из кармана, но парень глянул так, что я смущённо поднял руки:
– Извини… Привычка – за всё платить… - произнёс виновато…
– Может у вас – у городских, так принято, но у нас – по-другому ! – с чувством превосходства бросил водила – сегодня я тебе помог, а завтра ты мне. На том и стоим ! Ну что тут скажешь…
Пошёл по улице к околице: бабушкин дом – хата по местному, на самой окраине станицы. Дошёл: вот эта улица вот этот дом…
– Хозяйка… - постучал в калитку – открывай, да путника с радостной вестью встречай ! – заорал жизнерадостно. Через минуту на крыльцо вышла пожилая женщина. Бабушка… - ворохнулось тёплое в сознании: Михась отреагировал. "Бабушка" проворчала, сходя с крыльца:
– И чего разорался как оглашенный ?! Что ещё за радостная весть ?
– Автолавка в станицу приехала ! – воскликнул я.
– Тоже мне радостная новость… - пробурчала женщина – она к нам по два раза на неделе приезжает… Стоило из-за этого тарабанить в калитку… - недовольно бухтела она, подходя ко мне. И вдруг замерла !
– Миша… - неуверенно спросила она – Мишенька ! Руки привычно – помнят ещё ! – сорвали петельку с верхушки забора и неведомая сила швырнула меня навстречу женщине ! Подхватил; закружил…
– Мишенька ! Внучек !!! – запричитала радостно она и тут же застучала по спине сухоньким, но крепким кулачком:
– Отпусти – уронишь… Отпустил – как просили. На глазах бабушки слёзы, да и у меня что то ворохнулось в груди, защипало в глазах…
– Какой ты стал внучек… - с умилением разглядывая меня всхлипнула бабушка – я ж тебя последний раз вот таким видела… - показала она… Ну очень уж мелким я был в то время – судя по расстоянию от пола. Вернулся к калитке; подхватил сумку; закрыл калитку; накинул петельку. Обнял одной рукой бабулю и мы пошли в хату…
Войдя в хату, бабушка сунулась было на стол накрывать, да я остановил – сначала главное. Достал первый свёрток, развернул… Платок женский, летний… Пёстрый, красивый… Накидывается на голову или на шею… Второй свёрток – платок побольше
и поплотнее – зимний вариант. Так же накидывается на голову или плечи… Бабуля подаркам рада, как и любая женщина: охает да ахает; накидывает да в зеркало смотрится… Третий подарок… Отрез на платье. Развернул сверток – Дарья ахнула: тяжёлый отрез багрового бархата ! Царский подарок ! Бабушка бережно взяла отрез; подошла к зеркалу – приложила. Я сам обалдел – насколько этот материал был ей к лицу… А уж платье !!!– Спасибо Мишенька ! – всплакнув, прижалась ко мне бабушка – вот ведь угодил, так угодил… Ну так это ещё не всё… Достал новый бумажный свёрток, развернул… Деревянная лаковая коробочка вроде шкатулки. Открыл, пододвинул к Дарье. По мне – так это нужная любой женщине вещь. Бабушка заглянула внутрь… А там: по разным держателям, отделениям разложены гребни, расчёски, ножнички, пилочки, щипчики… Полный боевой набор настоящей леди – и не наш… Дарья окинула всё это "богатство" и прыснула в кулачок. Отсмеялась; вытерла уголки глаз накинутым платком – подарком…
– Это что же – всё для женского пользования ? – спросила весело.
– Всё для вас, родимые – мучайтесь на здоровье – ответил так же… А теперь главное. Достал продолговатый свёрток; развернул бумагу… Прямоугольная сафьяновая коробочка. Открыл. Повернул к Дарье… Та молча поднесла руку ко рту, глуша возглас ! Да – там было на что посмотреть !!! На алом бархате лежало две золотые серёжки с рубиновыми камушками – словно две капельки крови сверкнули в солнечных лучах ! Потрясённая женщина - не отрываясь, впилась взглядом в мой подарок. Наконец пришла в себя; медленно подошла ко мне; прижалась и прошептала потрясённо:
– Какие подарки… Ты - как мой Гришенька… Мне так и кажется, что вот сейчас ты – это он тогда – в Валахии, позовёшь меня замуж… И я соглашусь… Я невольно вздрогнул: по возрасту – моему, я как раз подхожу ей в мужья… Она отстранилась, поднялась на цыпочки и поцеловала в щеку. Словно волна теплоты и нежности пробежала по телу…
– Откуда это Мишенька ?
– показала пальцем на коробочку – это же страшно подумать какие деньги ! Ответил честно и даже не соврал: взял с рук и не дорого… С рук – у московских гопников, лежащих в пруду; не дорого – так заплатил несколькими миллионами сожжённых нервных клеток в сшибке… А потом отмыл их в мыльной воде и начистил зубной щёткой и бархаткой… А то, что это не новодел, а вещь старая - я и так понял по изяществу линий и величавости… А дальше – мелочь на стол: икра красная, шоколад, конфеты, новомодный зефир, вафли шоколадные… И как припечатал точку – бутылку вишнёвой настойки… Водочку и вино – по воспоминаниям Мишани, Дарья не жаловала, а вот настойку – пригубляла… Бабуля смотрела на всё это "непотребство": а как его ещё назвать – буржуйское баловство… Вроде всё… Нет… Хлопнул себя по лбу – получилось на удивление звонко ! Дарья рассмеялась, а я достал из сумки продолговатый свёрток.
– Велено передать вам Дарья Пантелеймоновна с нижайшим поклоном от Кондрата Меньшова… - шагнул к бабушке и поклонившись до самого пола – положил у её ног свёрток. Та рассмеялась сухим женским смешком; наклонилась, подняла свёрток; положила на стол и развернула бумагу. В ней оказались изящные полусапожки…
– Ну Кондрат… Ну баламут… - со смехом небрежно бросила она.
– Ещё он просил, чтобы вы на него не гневались… - добавил я и хитро дополнил – но за что – не сказал… Дарья отмахнулась:
– Свататься приезжал после смерти Гришеньки… Отказала, да он, видимо не понял… Пришлось по другому объяснить… Помнит, значит. А что ж Наталку то не привёз ? – спросила бабушка, когда отошла от шока, вызванного моими подарками…
– Да ты что бабуля… Тащить её в такую даль, да ещё в поезде… И люди всякие по дороге встречаются, и капризная она стала очень…
– Не слушается, значит, старшего брата ? – насмешливо заметила она. Я подтвердил кивком, а Дарья поинтересовалась:
– А что же отец с мамкой не приехали ? Всё дела да заботы ?