Избранник поневоле
Шрифт:
– Ты многого еще не знаешь, парень, - ответил Васнецов.
– И даже не догадываешься… Нет ли у вас чего пошамать, мужики?
– В машине, - ответил Иван.
– Сейчас принесу.
Он притащил мешок, и скоро перед утомленными бойцами стояла разнообразная снедь, которую они принялись поглощать с жадностью, указывающей на то, как проголодались эти люди.
– А чего это вы, мужики, такие красивые?
– поинтересовался Васнецов, разливая водку в две кружки, нашедшиеся у друзей.
– Я поначалу тебя не узнал, Ваня. Только машина была мне знакомой, поэтому и не сделали из вас
Иван с Анатолием, хоть и обтерлись тряпками, но видимо, не очень хорошо. Воду пожалели… Пришлось рассказать о недавнем происшествии.
– Интересно, - сказал полковник самому себе.
– Почему же в канистрах вода не превратилась в кровь?
Иван развел руками.
– Сами не понимаем.
Васнецов помолчал немного, обдумывая ситуацию.
– Ладно, - махнул он рукой, - не будем загружать себе голову вопросами, на которые все равно не знаем ответа. Не превратилась в кровь, и хорошо!
Давайте, мужики, выпьем за упокой души погибших в этой заварухе!
Все выпили, закусили, потом полковник обратился к Ивану:
– Расскажи-ка, Вань, как там в городе? Как прошла ночь? Честно говоря, я думал, что больше не увижу тебя живым…
– Мне тоже так казалось в некоторые моменты, - ответил парень и рассказал о том, что произошло ночью, и какая обстановка сложилась к этому моменту в городе.
– Значит, говоришь, никого не видно из нечисти?
– ухмыльнулся Васнецов.
–
Все правильно. Теперь в этом нет необходимости.
– Почему?
– насторожился Иван.
– Похоже, нечисть прочно утвердилась в нашем мире. Или почти утвердилась.
В городе практически не осталось живых людей, способных помешать их планам. А снаружи уже никто не сможет проникнуть.
– Не сможет?
– Город окружен каким-то невидимым барьером, который невозможно пересечь ни с той, ни с другой стороны. По крайней мере, живым существам…
– Подождите, подождите!
– громко запротестовал Анатолий.
– Я прошел в город и ничего не заметил! Никакого барьера!
– Когда это было?
– поинтересовался Васнецов.
– На рассвете.
– Так ты был последним, кто смог это сделать.
– Удивительно, как ты вообще не наткнулся на нечисть. В эту ночь, похоже, она вышла далеко за пределы города, - заметил Иван и обратился к полковнику.
– А как вы сумели продержаться до рассвета?
– Как сумели?
– Васнецов горько усмехнулся.
– Посмотри, все уцелевшие в этой бойне здесь, со мной! А было четыре группы…
Он помолчал немного.
– Мы держались, пока они не подтащили технику. Они расстреливали нас в упор из пушек, пулеметов, гранатометов… Мы держались, сколько могли.
Группа прикрытия не успевала защищать нас, а мы не успевали прикрывать их от нечисти. Мои люди продолжали драться, пока не иссякла энергия. Потом в ход пошло вот это…
Васнецов показал друзьям длинный меч.
– Когда-то мы сделали их для всех членов спецподразделения. Они покрыты серебром, которое так не любит нечисть. Это помогло нам продержаться до рассвета. Помощь, на которую я так рассчитывал, так и не пришла. И связи с Центром нет. Вообще ни с кем нет связи! Вот такие дела, парни!
– А мы
хотели взять у вас запасные блоки, - разочарованно сказал Иван.– Наши запасы иссякли, - развел руками Васнецов.
– Но, помнится мне, ты говорил, что видел наш вертолет в городе. Если его не разгромили, то мы могли бы перезарядить свои энергоблоки. А заодно и забрать аппаратуру.
Они выпили еще по одной, закусили, а потом полковник сказал, обращаясь к своим людям:
– Ну что, ребята? Похоронить бы надо наших!
Тела погибших людей собрали в одном месте. Потом несколько минут молча постояли над ними. Затем тела облили бензином и подожгли.
– Не хочу, чтобы мои товарищи стали ходячими трупами, - объяснил Васнецов друзьям.
– Это последняя группа. Здесь не уцелел никто…
– Чем теперь собираетесь заниматься?
– поинтересовался Иван, когда церемония "захоронения" была закончена.
Полковник пожал плечами.
– Раз мы не можем выйти отсюда, будем сражаться здесь.
– А, может, барьера уже нет?
– предположил Иван, понимая, что вряд ли это так.
– Что же, можно проверить, - ответил Васнецов.
– Тогда мы сейчас съездим туда, а уж потом отправимся в город.
Васнецов со своими людьми собрал уцелевшее оборудование и оружие, погрузив все это в грузовик, стоявший неподалеку. Затем все расселись по местам и поехали к барьеру. Полковник со своей командой на "ЗИЛе" показывал дорогу, а Анатолий с Иваном следовали за ними на "Форде".
Они выехали за город мимо разгромленного блокпоста и углубились по дороге в лес. Потом им попалась колонна бронетехники - несколько танков, БМП, бронетранспортеры и пять грузовиков. Машины стояли, где попало.
Часть из них лежала в кювете, перевернувшись вверх колесами и гусеницами, некоторые из которых еще вращались. Другие въехали в лесной массив, да там и застряли.
Друзья засмотрелись на эту картину, недоумевая, что же здесь произошло, но грузовик, едущий впереди, внезапно остановился, и Анатолий, который вел машину, чуть было не врезался в него. Из "ЗИЛа" выскочил Васнецов и замахал им рукой. Друзья вылезли из машины и подошли к нему.
– Уже приперлись!
– сказал полковник, глядя вперед.
– Когда мы приезжали сюда, здесь еще никого не было. Толку-то от их присутствия, только людей гробят!
Их глазам открылось потрясающее зрелище. Менее чем в километре, стоял танк, а рядом расположились солдаты. Однако никто из людей не пытался подойти к ним, хотя их должны были уже заметить. Причину такого поведения солдат объяснил Васнецов.
– Видите ту канаву, около которой растут две корявые сосенки? Там проходит граница. Если хотите, можете попытаться выйти отсюда, Тогда сами испытаете действие барьера на себе…
Анатолий смело пошел вперед, насвистывая какой-то веселенький мотивчик. Сначала он шагал легко, потом парень почувствовал, как начинает возрастать невидимое напряжение. Идти становилось все труднее и труднее, словно кто-то упирался ему в грудь. Наконец, Анатолий забуксовал на месте, не в силах сделать еще хотя бы шаг. А еще через мгновение его отшвырнуло назад. Он поднялся на ноги, потирая ушибленные места, и сказал: