Чтение онлайн

— Одевайся, — оглянувшись на отца, Аскольд помрачнел и с силой стукнул Джейса рубашкой по груди, ожидая, что тот её перехватит.

— Ма-а-а-альчики, — с кухни донесся голос Сольвейг. — Кофе готов! Тащите свои задницы сюда! И того изнасилованного тоже, он там в подвале всё равно не усидит, а так хоть на виду будет.

— Дочь, ну зачем так орать? — Тея возникла на пороге бледным и заспанным призраком. — Обитель оглашённых, а не дом.

Асмодианин принялся одеваться. А Юстиэль торопливо шагнул к сыну, обняв того за плечо. При этом пальцы заботливо укрыли улику ночного приключения. О

— Зато с такими детьми никогда ничего не проспишь, — смеясь, Юстиэль потянул Аскольда на кухню, не разрывая объятий. Джейс справился с чужой рубашкой и потопал за ними.

— Доброе утро, призрак Теи! — долетело с крыльца. Шисей уже принял даэвский облик и оделся.

Алетейя закатила глаза. Манипуляцию Юстиэля она не увидела, и это было только к счастью Аскольда. Если сестра отмудохала его рубашкой, то что могла сделать мать, лучше было даже не представлять. С неё сталось бы содрать с сына штаны и хорошенько высечь, чтоб бросил всякие глупости.

— Мамочка, прости, — Сольвейг ласковой кошкой обняла старшую бардессу и поцеловала в щёку. — Я сделала кофе, идем выпьешь и станет лучше…

Джейса усадили на табуретку. При этом асмодианин отодвинулся ото всех подальше и будто нахохлился. Аскольдова рубашка была ему великовата, что вместе с растрёпанными волосами придавало ему схожести с выпавшим из гнезда птенцом. Он явно не привык общаться с элийцами… настолько близко.

Юстиэль, позёвывая, разливал всем сваренный Сольвейг кофе. Пришедшему с улицы Шисею тоже досталась чашка. При одном взгляде на него Джейс побелел. Чуткий нос северянина уловил едва ощутимый запах волчьей шерсти.

— В тебе всё равно жрать нечего, — лениво отозвался страж. — Не трясись так.

Сольвейг хихикнула, обвивая его руками и целомудренно целуя в щеку.

«Ты мой герой», — мысленно шепнула ему девушка и усадила рядом с собой, чтобы иметь возможность ненавязчиво прикасаться.

— Я так понимаю, я что-то пропустила? Никто не хочет меня просветить? — поинтересовалась Тея, вдыхая аромат кофе. Аскольд поперхнулся и замотал головой.

— Ничего особенного!

Шисей довольно улыбнулся. Они с младшей артисткой иногда напоминали подростков: тайные прикосновения, взгляды, полу-улыбки, поцелуи не в губы. Юстиэль старался реагировать спокойно. В конце концов, он обещал супруге.

— Он пытался сбежать, — на балаурском заговорил целитель, кивнув в сторону Джейса. Тот вскинул брови, вдохнул воздуха и раскрыл рот с таким видом, будто собирался выдать военные тайны Асмодеи.

— Да, — вдруг выдохнул он и как-то съёжился. — Паршивый у вас кузнец. Цепи так себе.

Ухватив поставленную ему кружку кофе, снайпер уткнулся в неё. В присутствии всей элийской семейки он не боялся вести себя дерзко. Как будто только Аскольду стало позволено увидеть его жалобный взгляд и услышать протяжные стоны. Алетейя удивлённо приподняла брови.

— Юс, сколько же лет тогда этим цепям, что они этого тщедушного инженеришку не удержали?

— Ну всё равно Шисей его вернул, — глубокомысленно произнесла Сольвейг, размешивая сахар в кофе. — Ты бы видела,

Старшая бардесса украдкой зевнула, стараясь окончательно проснуться.

— В любом случае, надеюсь, ты готов показывать путь, — фиолетовые глаза, такие же, какие были у Аскольда, уткнулись в снайпера.

— Много, — вздохнул Юстиэль и привычным движением устремил взгляд к потолку. — Хотя мне казалось, каталиум выдерживает больше…

— Я сильный, — подал голос Джейс. — Вы мою пушку видели?!

Тут он запнулся, поймав на себе взгляды и матери, и сына. У них были удивительно похожие глаза.

— Если я сделаю, как вы хотите, вы меня отпустите? — вместо прямого ответа на вопрос осторожно поинтересовался Джейс и уткнулся губами в кружку с горячим кофе. При одной только мысли о событиях в подвале и волке мальчишку снова начинало трясти.

— Отпустим, — пожав плечами, кивнула Тея. — Знаешь ли, я не из тех, кто разбрасывается словами. И очень не люблю обманщиков. Не то, чтобы я тебя запугивала, нет, но…

Бардесса многозначительно замолчала и в воцарившейся тишине стало слышно, как размешивает сахар Сольвейг.

— Так что советую больше глупостей не делать, — наконец нарушила молчание Тея.

Джейс умолк, потягивая кофе. Ему явно было не по себе от такого пристального внимания со стороны элийцев. Мальчишка выглядел встопорщенным птенцом муто: хлопни в ладоши и улетит. Благо, рубашка Аскольда маскировала вставшую дыбом гриву. Только рыжий пушистый хвост свешивался вниз с табуретки.

— Я покажу вам вход на завод, отведу тайными тоннелями до клеток пленников, — наконец заговорил он и торопливо вскинул когтистую руку, чтобы никто не перебил. — Только не всю толпу. Одного-двоих, чтобы утащили своего мага. Иначе мы рискуем попасться и огребать наравне с ним.

— Я пойду, — мгновенно произнёс Аскольд. — В случае чего из Теней будет удобнее напасть. Ну и вытянуть Веля на себе я тоже смогу. А ты мне поможешь.

Ехидный фиолетовый взгляд уткнулся в снайпера. Убийца искривил губы в ухмылке, уверенный, что инженер и пискнуть против не посмеет.

Он оказался прав. Джейс порывисто выдохнул и затих, растерянно глянув на Юстиэля. Почему-то из всей семьи он пугал мальчишку меньше всех. Даже не смотря на то болезненное заклятие, вышибшее дух за считанные секунды. Целитель пожал плечами.

— Звучит разумно, — согласился он и отпил свой кофе.

— Только снимите с меня всю ответственность за все те синяки и… прочие травмы, которые он получит там, — набравшись наглости, подал голос Джейс. В его глазах снова заблестели те бесенята, которые заставляли нарываться будучи в плену.

— Неа, — хмыкнула Сольвейг. — А вдруг ты его подставить вздумаешь? Хуй тебе, золотая рыбка, за моего брата отвечаешь головой. Он хоть и придурок, но всё ещё дорог мне.

— Я могу постоять за себя, Солли, — обиженно фыркнул Аскольд, но бардесса красноречиво глянула на него, и тот заткнулся.

— За каждый синяк ответишь, — продолжила девушка. — Если Сколли пострадает, я тебе смычок в задницу засуну, усёк?

Джейс мигом переменился в лице. Щенячий взгляд куда-то пропал, а тонкие брови изогнулись хмурыми дугами. Сквозь ухмылку показались клыки.