Чтение онлайн

А вечерами центр начинает функционировать в несколько ином режиме. Помимо огромных бассейнов и нескольких спортзалов, оборудованных по последнему слову евродизайна, на территории хозяйства располагаются с десяток саун и бань, отягощенных массажными кабинетами, да великолепный коттеджный пансионат. Естественно, и фээсбэшники и руоповцы - как крупные, так и не очень - с удовольствием приезжают в пятницу размять кости в коллективных играх и после этого попариться в баньке. А в каждой баньке, знаете ли, по несколько массажных кабинетов, в которых всем желающим делают массаж мастера своего ремесла. Вот в этих кабинетах-то и собирается весь компромат на "правильных" товарищей. Послушав Мирюка, я понял весь механизм этого тривиального шантажа и от души пожалел "правильных". Вот я, например,

к малолетке за километр не подойду, даже если буду до изумления пьяным, - за нее, как у нас выражаются, "дадут больше, чем она весит". Но представьте себе - как вы поступите, когда после искусно проведенного массажа с захватом всех эрогенных зон на вас вдруг взгромоздится юное создание со стоячими грудями и начнет активно внедрять ваш налитый первозданной силой корень в свои упругие недра?! Вы что, будете вырываться и кричать, что вас насилуют? Я, например, ни за что бы не стал так поступать скорее наоборот... Мужская натура, она, знаете ли, изначально порочна и прямолинейна в вопросах удовлетворения естественных потребностей. Все эти выкрутасы прилежно фиксируются видеокамерами и хранятся в определенном месте как эти записи используются, я уже объяснил...

По поводу удивительно крепкой спайки "верхов" тоже все было ясно: в нашей области правил родственный клан. Начальник УВД являлся старшим сыном губернатора, первый зам начальника УВД - вторым сыном, областной прокурор был двоюродным братом губернатора, а председатель облсуда состоял в племянниках у областного прокурора. Вот такой расклад...

Много еще интересного поведал нам пленник, а в самом конце допроса Стас - догадливый малый!
– поинтересовался, каким макаром Мирюк страховался от своего патрона. Товарищ, выполнявший столь деликатные поручения, мог в любую минуту ожидать снайперскую пулю в голову. Мирюк, как выяснилось, все поручения губернатора записывал на диктофон, аккуратно пристроенный в специально сшитой сумке между ног, - сами понимаете, ощупывать его причиндалы перед общением с патроном никто не удосужился. Кассеты с записями "компры" хранились... где бы вы думали?... Коробка с кассетами покоилась в сортире губернаторской резиденции под пятой плиткой метлаха от окна, в крайнем ряду у стены. Сортир располагался в цокольном этаже, предназначен был для прислуги, и, вполне естественно, войти в него мог кто угодно в любое время. Прозорливый Мирюк в свое время оборудовал там небольшой схрон и теперь запросто пользовался им в зависимости от необходимости. Все просто и доступно. Задачи своему исполнителю губернатор ставил исключительно в своей резиденции: как правило, в саду или в оранжерее. Поговорили, записали, пошел в сортир и припрятал кассету куда надо. Молодец, что и говорить!

– Ну и как мы их достанем?
– озаботился Стас.

– Элементарно, Ватсон!
– живо отреагировал я.
– Ворвемся туда, всех подряд замочим и заберем записи. Всего-то и делов...

Мой юмор Стасу не понравился: он недовольно нахмурился и закрутил своей квадратной башкой.

– Да придумаем что-нибудь, Стасик, - успокоил я его.
– Пока нам достаточно того, что этот товарищ тут наболтал...

Транспортировка Мирюка в импровизированный лагерь, оборудованный в усадьбе Бо, особых хлопот не доставила. Мы вкатили губернаторскому порученцу изрядное количество разбавленной пополам с теплой водой водки и, убедившись, что он мертвецки пьян, вручили мычащее тело Коржику и Саше Шраму с наказом доставить по назначению. Даже если бы их остановил милицейский наряд, никакого криминала, полагаю, в наличии на заднем сиденье "Ниссана" уевшегося в дымину мужика никто бы не углядел - такое бывает сплошь и рядом...

Саша с Коржиком вернулись рано утром и привезли от Бо записку. Развернув сложенный вчетверо листок бумаги, я обнаружил там слово "какого" и вопросительный знак - а между этими знаками помещалось анатомически безукоризненное изображение эрективно напружинившегося фаллоса с непропорционально огромной головкой, выполненное почему-то зеленым маркером. Полюбовавшись на живопись Бо, я накрутил номер боевого брата.

– Это ты?
– поинтересовался Бо - сопеть и ждать, когда я представлюсь, он в этот раз не стал.

–

А что случилось?
– озаботился я.
– Ты чего такой разговорчивый?

– Злой, как собака, - пояснил Бо и тут же выдал: - Этот, которого пацаны вчера привезли, он тебе сильно нужен?

– Э-э! Ты там полегче!
– всполошился я.
– Это основной свидетель он же и... ммм... ну, исполнитель, короче. Ты смотри - ни в коем случае...

– От бляха-муха!
– досадливо перебил меня Бо.
– Плохо ведет себя, чмо. Хотел удавить его, а то борзой, как танк, - прет, удержу нет! От бляха...

– Ну, воспитывай, - мудро посоветовал я.

– Воспитывай!
– проворчал Бо.
– Воспитывай... Ты че - решил сюда полгорода перетаскать?

Я успокоил Бо, что пока поступлений не ожидается, но в категорической форме попросил сохранить доставленных в целости и сохранности.

В 9.00 прибыл Стас - вчера он, смущенно отводя глаза, заявил, что должен проведать Милку, - я не нашел причин для возражений и отпустил "родственника". Буднично махнув ему рукой, я поинтересовался:

– К подвигам готов?

Оказалось, что Стас готов ко всему - об этом поведали его счастливо сверкнувшие глаза и растянувшаяся в блаженной улыбке физиономия. Озабоченно крякнув, я отвел взор, окончательно задавил остатки ревности и засел за телефон: надо было работать.

Зама областного прокурора Сухова я знал лично - в свое время он работал под началом моего отца и неоднократно бывал у нас в гостях. Целеустремленный грамотный парнишка сорока - сорока трех лет, волевой, коммуникабельный, витиеват в выражениях, любит запудрить мозги собеседнику и, пожалуй, честолюбив в хорошем смысле этого понятия. В прокурорской братии имел прозвище "Говорун" и, как любой говорун, отличался умом и сообразительностью.

– Это Эммануил, - сообщил я, когда Сухов взял трубку после томительной паузы, выдержанной недовольной секретаршей, никак не желавшей понять, отчего это в столь ранний час какая-то "совершенно секретная особа" (я так представился) желает побеспокоить ее шефа.
– Хочу личной встречи. Имею архиинтереснейшие сведения, которые вас ужасно заинтригуют.

На том конце возникла напряженная тишина, которую я истолковал как попытку определиться с моделью поведения, а заодно выяснить мое местонахождение.

– Скажите своей секретарше - пусть не мучает компьютер, посоветовал я Сухову.
– Телефон, с которого я звоню, идентификации не подлежит... И вот что еще, Андрей Иванович: не напрягайтесь особо. Вы знаете - я слово держу. Если информация моя вам не занадобится, разойдемся как в море корабли безопасность вашу я гарантирую. Придумывать хитрые фокусы не советую - нашу встречу будет контролировать целый отряд хорошо обученных специалистов. Так что, ежели вдруг вы побеспокоите СОБР или кировскую братву, получится такая мясорубка, что чертям тошно станет. Ну?!

– Откуда у тебя отряд, Эммануил?
– скрипуче поинтересовался Сухов.

– Пусть это вас не заботит, Андрей Иванович, - отчеканил я и с нажимом спросил: - Вы мне верите?

– Верю, - тяжело вздохнув, произнес Сухов.
– Когда и где?

– Решайте. Я соглашусь с любым вашим вариантом.

– Ну... на природе где-нибудь, - неуверенно пробормотал Сухов и, спохватившись, добавил: - Только чтобы было на виду у людей - в парке, что ли...

– Колеблетесь, - констатировал я.
– В таком случае я сам. В парке будет неудобно: я хочу продемонстрировать вам видеоматериалы, а в парках видаки не стоят под каждым кустом. Так что - не взыщите - я через полчасика загляну к вам на работу.

– Ты... ты... ты что, Эммануил!!!
– Голос Сухова взлетел на самую верхнюю ноту и сорвался на последнем слоге моего непростого имени.
– Совсем?! Да тебя тут весь город ищет...

– Я непохож на себя, - оборвал я Сухова.
– А в вашем кабинете меня никто искать не будет... ежели, конечно, вы не расстараетесь. А не расстараетесь вы по той простой причине, что возле вашего дома дежурят мои бойцы. Через каждые пятнадцать минут я должен подавать им условный сигнал - в случае отсутствия оного вашу семью ожидают страшные неприятности. Вы как к семье относитесь, Андрей Иванович?