ЖАНРЫ

Исцеление любовью
Шрифт:

– Я поговорить! Ты можешь не думать о трахе?

– О! – его возбуждали подобные словечки, он надвигался.

Я кинула в него тряпку, он конечно же ловко увернулся, улыбаясь.

– Влад, пара слов! Серьезно!

– Иди сюда!

– Нет!

– Поймаю, отлуплю!

– Поймай сначала, рогатый! – увидела рога, что стали возвышаться над волосами.

Чувствуя дикое желание их потрогать, уставилась на них.

Влад наклонил голову, посмотрел исподлобья, надвигаясь.

Я запрыгнула на подоконник с легкостью, Влад восторженно выдохнул, понимая, что я могу упорхнуть,

и тихо незаметно обхватил мою лодыжку хвостом.

Я даже не заметила, когда он вылез из него.

Так, шоу устраивать при всех не особо хотелось, но с другой стороны, мы же дома…

Я оттолкнулась от подоконника и полетела в руки демона, он с рыком засосал мои губы, по-другому не скажешь. Снова быстрый секс, снова яркий и очень чувственный.

– Влад, как ты смотришь на то, чтобы остаться в доме Белогора? В нем душа его.

– Глупенькая моя, Зеленоглазка. Ты поймёшь…Мне вообще география не важна, мой дом, где ты.

– Спасибо! Кровать вот только маленькая!

– Ндаа! И звукоизоляцию надо продумать, у меня есть толковые ребята, займусь. Кто в доме еще живет?

– Повара Сарп и Ханна, Радина, наверное, останется, или она с Гармой убежит – не знаю. Пока только повара и Мариша – все на первом, мы – на втором.

– Отлично! Всё, побежал! Люблю, ведьмочка!

Влад уже без рогов и хвоста что-то говорил своему побратиму, тот кивал головой, поглядывая в окно на меня, улыбаясь.

Спелись! Я была счастлива!

Перед обедом мы собрались женским кругом, обсуждали снова прелести истинности, но чувствовали все - витала тревога. Женщины о плохом и о будущем не говорили, потому что толком ничего не знали, кроме боя, что ожидался на убывающую луну.

– Всё будет хорошо! С нами ведьма, медведь и демон! Такой союз, что никогда отродясь не был! – Мариша разливала деловито горячий травяной чай по кружкам, успокаивая всех.

Мы с Маришей задержались взглядами. Надо поговорить с волчицей, да.

38.

Обед перешел в ужин. Каждый сидевший за столом вспоминал недавний ужас, нет, об этом не говорили, это считывалось в воздухе, в глазах, иногда непроизвольно кто-то протяжно или прерывисто вздыхал.

Поблагодарив всех за труд и помощь, мы втроём проводили Даркафа и его оборотней. Гор еще перед обедом завел огонь в кузне, от этого стало еще теплее и уютнее. Хара с мужем сообщили, что переберутся с рассветом с детьми, пока тоже ушли в стаю. В доме владыки остались мы втроём, Сарп с Ханной, Мариша. Гарме с Кирком Белогор выделил новый дом. Радина осталась в доме владыки, Рубиль, молодые оборотни-братья Див и Драг, что исправно служили у владыки с подросткового возраста разбрелись по своим домам на территории двора. На сторожевую вышку никто не полез, не было приказа. Гор так и остался в кузнце колдовать с огнем и металлом.

Мы зашли в спальню Белогора. Влад вел себя раскрепощенно, я поняла: они многое уже обсудили.

– Белогор! Владислав!

– Так! Стефания Александровна, щас только возьмем дневники, будете нам оценки за поведение ставить!

– Влад, не паясничай!

– Говори, Зеленоглазка, что надумала твоя белокурая головка?

Я ничего не стала говорить

про блондинок и их светлый ум, еле сдерживаясь. Влад захохотал, как чувствует всё. Демонюга!

– Если вы мне не будете рассказывать о своих планах, я тоже не буду о своих.

Развернулась и пошла в свою спальню.

– Ты куда? – одновременно спросили муженьки.

– Вам и без меня хорошо, посекретничаете тут, может, и я кого для души отыщу.

Меня перехватили тут же.

– Пташка, давай искупаемся, потом поговорим.

– Вы душ перед едой приняли, а наше совместное банное мероприятие, знаю, чем начнется и чем закончится.

Мужчины переглянулись.

– Ведьма! – вздохнул демон.

– Стеша! – Белогор взял меня на руки, посадил в свое кресло, сел мне в ноги на белый ковер, обхватил ступни.

– Маленькая такая! Пташка и есть! – Белогор мял мои пальчики, я их сжимала от щекотки, чем вызывала похоже какое-то дикое желание в медведе.

Он выдохнул протяжно, сжал мои ступни в ладонях, поцеловал их по очереди, разместил себе на колени.

– Влад, в этом кресле я когда-то сидел обезноженный, проклятье шло от ног, вызывая боли, и я не мог ступать. Смелая пташка из другого мира с тяжелым горбом на плечах, с тряпкой на лице излечила меня. С первых минут я понял, что смогу всё, лишь бы слышать голос пташки рядом. Смогу всё!

Стеша, нам предстоит бой, не схватка – бой. Халим обзавелся многотысячной армией волков-людоедов, вырастил их в клетках. Они молоды, им от двадцати до тридцати. Оборотней Осии в разы меньше. Это рассказал Лар перед смертью. Он рассказал и то, что Халим пятьдесят волчиц сгубил, используя их как инкубатор. Кого-то насиловали, кто-то из волчиц добровольно зарабатывал таким промыслом - рожали. Беременность обычных волчиц длится 60-67 дней, в помёте может быть от шести до семнадцаты волчат. Многих волчат Халим купил на невольничьих рынках за пределами Осии, большая часть в стае Халима не оборотни, а просто волки, выращенные убивать. Дикие волки слабее оборотней, но их огромное количество, они злы, голодны, и в них нет ничего человеческого.

Влад – демон-уравнитель, ему предстоит большой путь по исцелению Велионии. Большой путь. Сначала - бой!

После боя примем решение, как мы увеличим дом. Стеша, мы бы всё тебе рассказали, милая моя, смелая моя, пташка моя, без твоего доверия и одобрения нам трудно. Невозможно…никак.

– Хорошо сказал, медведь! Честно сказать, я таких целей себе не ставил – исцелить Велионию. Но, если мою семью кто заденет, я исцелю…Я так исцелю…У меня никогда никого близкого в жизни до этого не было, я не подпускал никого просто к себе.

Я понимала Влада, и у меня никого не было. Влад назвал нас семьёй…уже второй раз. Посмотрела на своих мужчин. Я сидела в кресле владыки, сам Белогор был на полу у моих ног, демон-уравнитель с Земли, что обрел здесь семью, оставив всё в своём прежнем мире, нашел меня. Я ведьма. Тут без комментариев…

Я хочу сегодня зачать! Я хочу родить сыновей! Сыновей, да. Чтобы дети взяли божественную мужскую силу, мужественность, ум, щедрость своих отцов! Были собой и их продолжением. Потом дочек! Дочерей, чтобы мы научились еще большей нежности…

Поделиться с друзьями: