Их хотели лишить Родины
Шрифт:
Между русскими и французскими солдатами сразу же установились дружественные отношения. В память встречи, а также в знак взаимной симпатии русские и французы обменивались скромными подарками: носовыми [34] платками, недорогими кольцами, портсигарами, мундштуками и т. п.
Так же дружески протекали встречи русских солдат с населением Марселя. Каждый простой марселец приглашал русских солдат к себе в дом или в кафе, чтобы угостить вином или кофе.
Первый день пребывания русских войск в Марселе закончился импровизированным самодеятельным концертом, устроенным русскими солдатами для своих новых друзей.
На сцене появились гармонисты, гитаристы, балалаечники.
Самодеятельный концерт русских солдат собрал весь французский лагерь, в том числе и многих офицеров. В веселом вечере, который продолжался вплоть до вечерней поверки, приняло участие и немало французских солдат.
Особенно волнующей была встреча русских солдат с марсельцами на второй день их прибытия во время прохождения частей бригады под Триумфальной аркой на площади Э. Сюда собрался весь рабочий люд Марселя и с исключительной теплотой рукоплескал русским солдатам и кричал: «Да здравствует Россия!» Французские рабочие бросали солдатам букеты цветов и почти каждому солдату на ходу вручали маленькие флажки союзных стран. В этот второй день встречи русских солдат с гражданами Марселя в магазинах города не осталось ни цветов, ни флажков союзных стран — все было раскуплено жителями города и поднесено русским солдатам в знак признательности и дружбы.
При прохождении по городу войска двигались поротно, соблюдая строй. Во главе колонны шли знаменосцы 1-го и 2-го полков бригады. За знаменами шли начальник бригады генерал Лохвицкий вместе со штабными офицерами бригады и командирами полков, за ними — полковник и три солдата французской службы. Они несли в руках огромные букеты цветов. Весь этот строй замыкал оркестр французских колониальных войск. Время от времени он возвещал трубами о приближении к тому или иному месту русских войск. [35]
На всем пути прохождения бригады энтузиазм французских граждан не уменьшался ни на минуту. Из окон домов и с балконов непрерывно неслись рукоплескания, приветствия.
По случаю смотра русской бригады на всех государственных и частных зданиях, а также на судах, стоявших в порту, были вывешены и подняты государственные флаги союзных стран.
По условиям военного времени, как об этом говорили тогда многие французские военные чины, союзные власти не считали возможным организовать широкие народные торжества в честь прибытия русских войск. Поэтому было решено высадке первых эшелонов русских войск во Франции придать официальный характер и разрешить присутствовать при ней в Марселе лишь представителям русской и французской прессы.
Вначале предполагалось, что после высадки и размещения русских солдат в отведенном им лагере, в тот же день на одной из площадей города Марселя союзные власти произведут смотр полкам бригады. Однако в связи с тем, что солдаты были утомлены почти двухмесячным плаванием, смотр войскам и прохождение маршем по улицам Марселя было решено перенести на утро следующего дня.
На другой день полки бригады прошли из лагеря Мирабо прямо на площадь префектуры. Здесь и состоялся войскам смотр военными и гражданскими властями. Сюда прибыли военные атташе и послы союзных стран.
Пребывание русской бригады в Марселе, в лагере Мирабо, было непродолжительным. Для постоянного расположения русских войск до отправки их на фронт был отведен-лагерь Майльи под Шалоном. Туда бригада должна была следовать по железной дороге.
Началось движение эшелонов. Поезда шли быстро, на
станциях долго не задерживались. Штаб бригады, 3-й батальон и нестроевая рота 1-го полка уже 22 апреля прибыли в новый лагерь. На следующий день прибыли остальные подразделения 1-го полка. 29 апреля в полном составе в лагерь прибыл 2-й пехотный полк, а последним в первых числах мая выгрузился маршевый батальон бригады со всем своим имуществом, нестроевой ротой и другими подразделениями подсобных служб.На всем пути следования бригады в лагерь Майльи в городах Авиньоне, Валансе, Лионе, Дижоне, Труа, на [36] больших и малых станциях французские граждане тепло приветствовали русских воинов.
Французское военное командование встретило русские войска в лагере Майльи далеко не так радушно, как встречал их французский народ. Встреча была официальной, сдержанной и холодной. Для офицеров бригады был дан обед в офицерском собрании, а солдат быстро развели по казармам и баракам.
По прибытии в лагерь Майльи все части и подразделения бригады полностью получили предусмотренное штатом число офицеров и младших чинов французской службы и материальную часть.
Когда все части бригады прибыли из Марселя в лагерь Майльи, начались регулярные занятия по боевой подготовке.
Программа обучения для офицеров предусматривала изучение под руководством французских инструкторов французских топографических карт различных масштабов, наставлений и инструкций, изданных французской главной квартирой во время войны, а также ознакомление с принципами атаки укрепленных позиций противника. Программа занятий должна была завершиться курсом офицерской стрельбы и верховой езды.
Солдат стрелковых рот и пулеметных подразделений знакомили с материальной частью винтовок и пулеметов, которыми была вооружена бригада.
Когда материальная часть была изучена, началась огневая подготовка. Затем занятия по штыковому бою, обучению одиночного бойца и полевой гимнастике. Курс боевой стрельбы проходили наспех. На занятиях по инженерной подготовке войска тренировались в устройстве проволочных заграждений, блиндажей, глубоких убежищ и перекрытий.
Части бригады были дополнительно доукомплектованы. В соответствии со штатами полков, принятыми во французской армии, из рот маршевого батальона были сформированы и приданы полкам бригады еще две пулеметные роты.
Поскольку при формировании бригады в России не предусматривались специальные полковые команды разведчиков, существовавшие во французской армии, теперь в полках были сформированы две разведывательные команды по 60 человек каждая. [37]
Существенным недостатком в боевой подготовке бригады являлось то, что солдат не знакомили со способами атаки и обороны укрепленных позиций, принятыми на западном, французском, театре войны. Это вызывало у солдат недоумение, однако старшие офицеры бригады на это никак не реагировали.
Боевая подготовка бригады была очень уплотнена. Времени на нее отводилось мало.
Из-за многочисленных смотров и парадов по случаю приезда разных лиц и начальников непроизводительно растрачивалось дорогое время. В результате личный состав бригады оказался недостаточно подготовленным. Это понимали и солдаты, и офицеры. Их тревога возрастала по мере приближения дня выступления на фронт.
Эта тревога была вполне закономерной. Французский театр войны резко отличался от русского театра и характером укреплений, и технической оснащенностью войск, и методами прорыва укрепленных позиций. Это сразу стало очевидным, когда бригада выступила на фронт и заняла оборону в первой линии.