Игры королей
Шрифт:
– Мда, господа, – решил нарушить молчание Иван Иванович, – что ни говори, а в девяностые-двухтысячные было легче.
– С этим сложно поспорить, – отозвался Василий Васильевич, – крути себе с середины декабря «Иронию судьбы» про удивительные приключения, которые ждут каждого алкоголика, а потом в новогодние каникулы снимай гешефт.
– Ну или рекламируй средства для избавления от похмелья, тем самым лишь убеждая аудиторию, что праздники надо отмечать с бокалом в руках и лечиться всякой химией, – ответил Фёдор Фёдорович.
– А мне помнится, как мы выпустили «Бригаду» – считай, мировоззрение целого поколения скорректировали одним фильмом. Для них ведь эти отморозки реально стали кумирами.
– Но нынче, господа, народ поумнел. Да и интернет опять же способствует развитию разных проектов, которые людям мозги включают, – с досадой ответил Пётр Петрович. – Появляется всё больше сайтов, призывающих к нравственности, трезвости, порядочности.
– А за это направление наш юный друг Алекс отвечает, – серьёзно сказал Иван Иванович и повернулся к компьютерному магнату, – как там у нас дела со всеми этими интернет-партизанами, которые нам мешают пасти стадо?
– Господа, – уверенно начал Алекс, – не извольте беспокоиться, мы уже давно разработали алгоритм решения подобных проблем. Вот вы знаете, кто такие «тролли»?
– Нечисть какая-то из скандинавской мифологии, живут в этих… – Иван Иванович защёлкал пальцами, словно пытался вспомнить какое-то слово, а затем сам себя перебил, – Алекс! Что вы нам голову морочите! При чём тут тролли?
– Я говорю об интернет-троллях. Это же сейчас мейнстрим – троллинг в интернете. Это такие люди с неуравновешенной психикой, которые любят «разводить» окружающих на негативные эмоции и таким образом самоутверждаются. Но как это обычно бывает – любые социальные отклонения можно взять под контроль и использовать для своего блага, – пояснил Алекс.
– Ну да, так агрессивных подростков, просто пьющих пиво во дворе, можно заставить побриться на лысо, обуть берцы и с выкрикиванием дебильных лозунгов бежать бить таджиков на соседней стройке, – привёл наглядный пример Иван Иванович.
– Вот-вот. Только с популяризацией интернета этот процесс перешёл постепенно в сферу IT, – пояснил Алекс, – в сети людей проще заставить заниматься подобными вещами, потому что безнаказанность гораздо выше. От таджиков со стройки можно и по морде получить, а распространение сотен оскорблений в интернете некоторым только удовольствие приносит. По крайней мере, для людей с больной психикой это именно так.
– Ну и как всё это помогает нам в нашем деле? – нетерпеливо спросил Василий Васильевич.
– Да очень просто. Путём забалтывания и замусоривания каких-нибудь здравых идей. К примеру, если есть неугодный нам сайт или сообщество осознанных, мы можем за минимальные деньги нанимать троллей, которые будут писать всякие глупости и гадости в комментариях, препятствуя конструктивному обсуждению и сплочению аудитории.
– И что, это работает? – спросил Пётр Петрович.
– Конечно! Ведь видя абсурд, который творится в комментариях, обычные люди начинают скептически относиться ко всей представленной информации, сомневаться в полезности проекта, уделять ему меньше времени, – объяснил Алекс. – Но и это далеко не всё. Как вы знаете, большинство блогеров ведут своих каналы на Ютубе и других платформах в первую очередь ради заработка. И поэтому их очень легко замотивировать сделать обзор или видеоотзыв на неугодный нам проект.
– А вот это мне уже нравится! – с огнём в глазах поддержал тему Иван Иванович. – Мы на телевидении регулярно используем подобные методы для дискредитации неугодных политиков или общественных деятелей. Ведь у всякого можно найти тот или иной скелет в шкафу, а если его нет, то придумать. Только единицы полезут проверять нашу информацию и разберутся, как там на самом деле было,
а тысячи поверят.– Откровенная ложь хороша для телевидения, где аудитория привыкла безмолвно потреблять информацию из одного источника, – со знанием дела ответил Алекс. – А в Интернете приходится действовать более тонко, так как здесь каждый может оставить свой отзыв или опубликовать ответную статью, в которой раскрыть реальное положение дел. Поэтому своих подопечных я всегда призываю опираться на реальные факты.
– А разве таким образом можно дискредитировать противника? – спросил Фёдор Фёдорович, с почтением относившийся ко всякой фактологии.
– Вам ли задавать мне такие вопросы, Фёдор Фёдорович? – удивился Алекс. – Разве это не ваши «британские учёные» каждый день радуют мир новыми открытиями из серии «ругаться матом полезно», «измена партнёру помогает похудеть», «умеренно пьющие живут дольше, чем трезвенники» и так далее? В нашем случае работает та же схема: выбираешь нужные тебе факты, доводишь их до асбурда и закрываешь глаза на всё, что противоречит сформированной точке зрения. Так как явной лжи при таком подходе нет, то в манипуляции разберётся только тот, кто глубоко погрузится в тему и изучит её со всех сторон. А, как вы понимаете, людей, умеющих видеть суть вещей, не так много.
– Спасибо за наглядную аналогию, Алекс, – вмешался в разговор Пётр Петрович. – С вашего позволения, дополню её ещё одним примером из моей сферы секс-индустрии. Все вы помните Зигмунда Фрейда с его теорией психосексуального развития личности, опустившей человека до уровня вечно озабоченного животного. Чего стоит только приписываемый массам Эдипов комплекс! А ведь почитатели его исследований и талантов забывают один важный момент, что весь его практический опыт основан на работе с сумасшедшими и душевнобольными пациентами. Фрейд, изучая отклонения от нормы, в конце концов приписал их обычным людям, а мы воспользовались его теорией, чтобы в очередной раз убедить толпу, что сексуальный инстинкт занимает чуть ли не главное место в жизни человека.
– Это всё, конечно, очень интересно, господа, но, как возвеличивать ничтожества, я и без вас прекрасно знаю, – раздражённо проговорил телевизионный король. – Мы вообще-то с вами обсуждали тему противодействия созидательным интернет-проектам и движениям, и хотелось бы от Алекса услышать, какие ещё меры принимаются на этом направлении.
– Вы правы, Иван Иванович, – согласился Алекс. – Это сегодня более насущный вопрос. И, к сожалению, тех методов, что я уже перечислил, последнее время начинает не хватать. Поэтому мы прибегаем к инструментам цензуры. Конечно, пока она внедряется мягко и маленькими шагами, но перспективы у этого направления огромные. Приведу несколько примеров. Как вы все знаете, сейчас у нас на повестке введение принудительной вакцинации, чтобы мы могли свободно вкалывать стаду всё, что посчитаем нужным. Однако последнее время родительская общественность на этой почве начала объединяться в группы и отстаивать своё право самим решать, какие прививки ставить ребёнку, а какие нет. Конечно же, такая активность для нас просто недопустима.
– И что же вы сделали? – взволнованно проговорил Фёдор Фёдорович, для которого вопрос обязательной вакцинации сулил баснословные прибыли.
– Начали изолировать объединения осознанных родителей от остального стада, – сказал Алекс. – Прежде всего закрыли пугающей вывеской все их сообщества в соцсетях и убрали их материалы из поиска под предлогом того, что они якобы распространяют недостоверную информацию, угрожающую жизни детей. Сослались, кстати, на подконтрольную вам в этом вопросе Всемирную организацию здравоохранения, дескать, она считает все прививки абсолютно безопасными, а значит, и любая дискуссия по этой теме недопустима.