Игра XXIII
Шрифт:
Андромеда задумалась, наморщив свой изящный носик:
– Действительно. Лучше я возьму с собой сапожки. И кеды, новые. Как считаешь?
– Бери всё, что захочешь, – щедро предложил я. – Хоть лепрекона. Хотя нет, он ведь тоже окажется бесполезным…
Андромеда покосилась на меня и больше вопросов не задавала.
Я пытался сообразить, какие амулеты взять с собой, кроме оберега. Что разрешат, а что, скорее всего, запретят? И аптечку… Ведь с целительной магией у меня, мягко говоря, сложные отношения…
В десять вечера мы отдали свои чемоданы слугам (у Энди был пурпурный чемодан размера L) и после недолгой беседы разошлись по спальням. Всем нужно было выспаться.
Наутро мы все, всё ещё сонные, вошли в просторный лифт, который должен был отвезти нас в апартаменты Планша. Дитрих шепнул мне, что именно там установлен этот супер-дупер-портал. Я лишь зевнул в ответ.
Откуда наш славный доктор всё знает?
Странный он тип. Лучше бы за девушкой своей следил – за неделю, предшествовавшую финальной Игре, Кассандра сильно потеряла в весе. Если бы существовали вампиры, то я бы не сомневался, что какой-нибудь Лестат высосал из неё пару литров крови. Белая и дрожащая, Кэсси стояла в лифте рядом со мной. Ларс в одежде всех цветов радуги гладил её по спине и нашёптывал в ухо что-то успокаивающее. Девушка кивала, однако её пальцы продолжали нервно сжимать золотистую ткань платья.
Присцилла вполголоса переговаривалась с Чираном. Она горячо доказывала какой-то тезис, жестикулируя, а юноша односложно отвечал ей. Ему пора что-то делать со своей реакцией на женское внимание.
Альциос не сводил глаз со спины Саран, стоявшей прямо у дверей лифта. Мне вспомнилось, как он пытался расспросить северянку об отборочном раунде, однако та лишь отмахнулась и заявила: «Какая разница? Всё равно финал наверняка пройдёт по другим правилам. Нам всё расскажут на месте». Больше мы к Саран не лезли. И ежу понятно, что она подписала какую-то бумагу о неразглашении и теперь боится насолить организаторам. К тому же новенькая права. Мы вскоре сами всё узнаем.
Эмма что-то тихонько напевала себе под нос, чем изрядно меня раздражала. Она читала сообщения с голографона и отвечала с пулемётной скоростью. Наверняка переписывается с Деаном. Андромеда попыталась заглянуть Эмме через плечо, но не преуспела – та была на голову выше рыжеволосой красотки.
Двери лифта открылись, и мы шагнули в личные апартаменты мистера Планша. Если они расположены над пентхаусом Андромеды, то как их называть? Пентпентхаус?..
За последние пару лет – с тех пор, как я начал крутиться в высшем обществе – меня стало трудно удивить роскошью. Поэтому я не разахался, оказавшись в святая святых. Плазменный гологравизор длиной в целую стену? Легко! Окна с дополненной реальностью, накладывавшие иллюзии на городской пейзаж? Видел у Андромеды… Пушистые ковры, комнатный водопад и аквариум с морской черепахой? Экая банальщина. Выход на вертолётную площадку? Так, хорошо, это что-то новенькое.
Моё внимание привлёк загадочный предмет, высившийся по центру комнаты.
Портал.
По сути, он выглядел… вполне предсказуемо, если увлекаться чтением фэнтези. И если представлять себе реалии двадцать третьего века. Рама – обычная, золочёная, словно для картины. А внутри неё… Бесконечно кривое зеркало? Палитра красок? Пузыри разных форм и оттенков находились в постоянном движении, то смешиваясь друг с другом, то разделяясь. Иногда в портале мелькали ярко-фиолетовые линии, встречавшиеся в одной точке. Их всегда было семь. Почему-то каждый раз при их появлении на меня накатывала удушающая паника. Мне казалось, что эти линии являются
коридором из семи измерений… Мозгу было трудно осознать существование подобного места. А вообще – о чём это я? Какие семь измерений? Где я мог это вычитать?..– Доброе утро, леди и джентльмены, – лишь после приветствия, произнесённого елейным голосом, я заметил хозяина апартаментов.
Тот стоял рядом с порталом, облокачиваясь на золочёную раму.
Планш оказался на удивление низеньким человечком с большой головой, которую покрывали кудрявые рыжие волосы. Когда он ощерился в улыбке, я увидел его квадратные зубы. Пронзительно-зелёные внимательные глаза оглядели нас сверху донизу.
Я мысленно поблагодарил небеса за то, что Андромеда унаследовала от отца лишь цвет волос и глаз. Она вообще не похожа на это страшилище! Кстати, а где мать Энди?..
– Я – Эллинор Планш, главный организатор турнира, – тем временем представился мужчина. – И я счастлив лично приветствовать финалистов! Я наслышан обо всех вас и впечатлён. Здесь нет заурядных людей, если верить рассказам судей и моей прелестной дочери, хе-хе, также добравшейся до финала. Андромеда – моя гордость!
Я заметил, что «его гордость» инстинктивно отступила за меня.
Кажется, папаша Планш тоже это заметил. Он бросил на меня такой взгляд, что я испытал трусливое желание спрятаться за Энди. Или, что ещё лучше, бросить девушку ему в пасть, дабы он насытился ею и больше никого не сожрал. Своими квадратными зубами. Эгоистично, конечно, но перед такой тварью каждый сам за себя.
Разумеется, с виду моё лицо оставалось непроницаемым, как у древнего героя.
Устав пялиться на меня своими прожекторами, мистер Планш жестом указал на портал:
– Без долгих предисловий – прошу. Заранее предупреждаю, что… гхм… От места прибытия до игровой локации вам придётся идти пешком. Недолго, минут десять. Однако я настоятельно рекомендую совершить этот путь в сопровождении судей, а не самостоятельно. Посему, если вы прибудете на место раньше них, подождите у выхода из портала. И да! Портал – односторонний. То есть, выйдя из него, обратно вы войти не сможете!
Кэсси робко поинтересовалась, не совладав с дрожью в голосе:
– Извините, пожалуйста, а как… входить в портал? Нам ещё никогда не доводилось путешествовать таким образом.
Ларс за моей спиной издал какой-то звук, подозрительно похожий на смешок, а я выпучил глаза. Да она издевается над этой рыжей акулой! «Путешествовать таким образом». Уж конечно не доводилось!
Мистер Планш смерил её каким-то странным, алчным, взглядом и закивал:
– А-а-а, мисс Хайнесс!.. Наслышан, наслышан! Безумно рад встрече с вами! Не волнуйтесь, моя милая, вам нужно просто войти в него. Чары устроены так, что ваше тело перенесётся, хе-хе, одним куском, без повреждений. Не будет такого, что часть отправится туда, а часть останется валяться тут, хе-хе.
Меня замутило. Мистер Планш облизнул тонкие губы, всё ещё жадно глядя на Кассандру, и Дитрих поспешил заслонить её собой. Вот у кого не занимать храбрости.
– Давай, – тем временем прошипела Андромеда, больно ткнув меня в спину.
Почему это я должен идти первым?!
Стараясь не выказывать своего возмущения ни голосом, ни мимикой, я сделал шаг вперёд:
– Разрешите войти в портал, мистер Планш?
Тот смерил меня холодным презрительным взглядом:
– Разумеется, мистер… э-э-э… Кэндел, – он скользнул взглядом по моей груди и, конечно, не нашёл там фамильных амулетов. – Остальные последуют за вами. Мисс Хайнесс, я надеюсь, что после Игры вы почтите меня визитом, хе-хе.