Чтение онлайн

– Хорошо, - колдун взглянул на клетку, где сидел бард.
– Этому воды и еды не давать, пока я не разрешу. Это немного умерит его пыл.

– Эй.

Ран звякнул цепями, садясь. Удивительно, но два дня голодовки почему-то сделали его путы легче, хотя они должны были просто давить своей тяжестью на ослабевшее тело.

На небе светили звезды, а в соседней клетке похрапывали орки. Для барда ночь казалась слишком волшебной, чтобы он мог уснуть, даже в своем положении. Он повернул голову на позвавший его голос и встретился с зеленью глаз, по-кошачьи светящихся

в темноте.

– Рас. Кто ты такой?

Юноша улыбнулся, не разжимая губ. И.. не ответил. Лишь протянул сквозь прутья клетки руку, в которой оказалась зажата фляга. У барда расширились глаза. С того момента, как они встретились тогда на дороге, Мария-Александр больше не заговаривал с пленниками, полностью сосредоточившись на общении с более достойной публикой. Клетки он игнорировал, словно их не существовало в его восприятии. Он оказался дружелюбным и харизматичным, очаровав фактически всех в колонне сопровождения. Даже суровые паладины Доэра неудержимо улыбались в его присутствии, расслабляясь.

– Зачем?
– тихо поинтересовался Ран, не принимая фляги.

– Ты же хочешь пить, - просто пожал тот плечами.
– А Иридий не даст тебе воды, пока ты не начнешь его умолять об этом.

– Ты разглядел его сущность?
– усмехнулся бард, аккуратно принимая флягу.

– Я не только красивый, - сообщил юноша.
– Но еще и умный, - он сел рядом с клеткой, прислонившись спиной к прутьям.

Ран сделал несколько маленьких глотков. Вода показалась ему невероятно вкусной и прохладной. Она живительным ручьем омыла пересохшее горло.

– Спасибо.

– Не за что, - едва заметное передергивание плечами.

Бард задумчиво рассматривал флягу в своих руках, оковы на которых позволяли все же протянуть ладонь сквозь прутья, чуть-чуть касаясь мягких волос юноши. Не больше.

– Кто ты, Рас?
– повторил он.
– Почему не боишься? Я ведь могу свернуть тебе сейчас шею.

– Я просто путник, - тот даже не обернулся, - И свернуть мне шею на самом деле не так уж и легко, бард. Тем более в таких оковах, как у тебя.

– Куда ты идешь?

– В Чило.

– Зачем?

– Там меня ждут, - легкая заминка перед ответом.

– А потом?
– Ран убрал руку и с легким недоумением уставился на кончики своих пальцев, которые покалывало.

– Встреча покажет.

Темные глаза снова взглянули на затылок путника:

– Возьми меня с собой.

Юноша повернул голову, с интересом взглянул на него:

– Зачем?

– Я очень хочу спеть о тебе.

– Спеть?
– а вот сейчас впервые в его голосе прозвучало неподдельное изумление.

– Да, малыш, - усмехнулся Ран, протягивая ему флягу обратно.
– Я чувствую легенду в твоих легких шагах.

– Ты действительно поэт, - тихо ответил тот, принимая флягу обратно.

– Я - бард, - огненноволосый полукровка продемонстрировал небольшие клыки в странной улыбке.

Мария-Александр отпил из собственной флаги и крепко завернул крышку, поднимаясь на ноги. Прежде, чем исчезнуть в темноте ночи, юноша обернулся, и в свете луны его глаза сверкнули совсем не по-человечески, скорее как у зверя, вышедшего на охоту:

– Что-то подсказывает мне, бард, что, возможно, твое желание исполнимо. Но это зависит

не от тебя или меня, а совсем от другого человека.

Ран долго смотрел на мрак, который сомкнулся за спиной странного юноши, пока его мысли не прервал голос Урика:

– Ты это серьезно про легенду в его шагах?

– Абсолютно, - полукровка, ничуть не удивленный тем, что орк не спит, повернул голову. На него внимательно смотрело шесть пар глаз.
– Я думал, вы спите.

– Не в эту волшебную ночь, - кажется, этого орка звали Кирт.

Ран промолчал.

Глава 2. Цена свободы

Иридий никогда не был выдающимся магом, но сам он с такой оценкой не был согласен. С раннего детства он знал, что особенный, что не такой как все. Он был выше остальных. И когда обнаружились его способности к магии, только утвердился в этом мнении. Поэтому свою страсть к юношам, которую проявил уже после своего совершеннолетия, посчитал тоже каким-то особенным отличием. Тот факт, что он обнаружил интересный эффект, когда впервые принудил к сексу какого-то из крестьянских мальчишек. Иридий получил силу. И чем упорнее сопротивлялся его действиям жертва, тем больше силы получал колдун.

И вот теперь, кажется, в его руки попала такая добыча, которая сделает его действительно сильнейшим. Потому что бард-разбойник, в чьих жилах текла кровь двух перворожденных рас, наконец, в его руках. Сколько силы пульсировало в его яростных глазах. Ломать и пить эту силу будет действительно наслаждением из наслаждений.

Дело чуть было не испортили паладины Доэра, но их дороги разбегутся в Чило, и Иридий сможет воплотить свой план в действие. Правда, он прищурил глаза, этот юноша Мария-Александр... Колдун улыбнулся, нужно сделать так, что бы мальчик остался с ними. Видимо сами боги хотят, что бы он получил как можно больше могущества, а украденная жизнь барда помноженная на этого мальчика - это будет просто невероятный прилив сил. Иридий не сомневался в этом.

Колдун не видел, как в этот момент юноша обернулся и взгляд в этот момент, брошенный на колдуна, отнюдь не был взглядом мальчишки, полным дружелюбия ко всем и всему.

– Что-то случилось?
– один из паладинов Доэра, поравнялся с конем гостя.

– Пока нет, - спокойно отозвался тот.

– Пока?
– в гулком голосе слышался явный вопрос.

– Паладин, - Мария-Александр внимательно взглянул на него, словно мог что-то разглядеть за забралом. Казалось паладины, даже спали в своих шлемах. Во всяком случае, никто из их спутников так и не смог увидеть их лиц.
– Когда я присоединился к ваше группе, в самом начале я услышал довольно любопытный диалог.

– Вот как, - тон паладина был нейтрален.

– Ваш Кодекс и Слово Доэра Справедливого... Вы действительно не можете ничего сделать с этой странной ситуацией. Вы САМИ.. но в вашем Кодексе есть пункты, которые дают лазейку.

Паладин вздохнул:

– Ваша цена, Мария-Александр Росомаха?

Юноша слабо улыбнулся, правда эта улыбка не коснулась глаз, которые внезапно стали очень жесткими и цепкими:

– Мне сразу показалось, что мы могли встречаться раньше.
– и сделав небольшую паузу, произнес.
– Орки.