Идеальное Дело
Шрифт:
– Ага! И еще джисталкерский комитет в офис названивал! – завопил маленький глава предприятия, совершенно забыв про свой первый вопрос. – Ты там недооформил договор! Пришлось мне съездить, все утряс – но твоя подпись нужна!
– С ведомостями у тебя полный бардак, – не переставал ворчать горообразный бухгалтер. – Перепутал параграфы опять и вместо социального фонда заполнил графу пенсионного…
– Плату за офис надо вносить, а ты опять задержался с выплатами! – обвиняюще гаркнул улыбающийся Саня. – Лицензии скоро срок подходит, новую надо оформлять!
– Когда последний раз форму номер четыре заполнял, забыл? – строго вопросил Дмитрий,
– Когда последний раз в райсобесе на частного предпринимателя освобождение от налогов выправлял, забыл? – не менее строго крикнул Александр, и то, что недавно съежилось в душе, тут же оборвалось.
– Ну как же можно быть таким неприспособленным к жизни человеком! – хором закончили свою сердитую отповедь друзья-компаньоны и грозно на меня уставились.
– Если бы я все это умел, то зачем тогда были бы нужны мне вы? – резонно возразил я, начиная приспосабливаться к темным сторонам цивилизации, развернулся и отправился вкушать светлые стороны прогресса.
На это возражений не последовало, а может – я их просто не услышал из-за журчания крана в туалетной комнате. Почистив зубы, первый раз за четыре дня, я получил ощущения, сравнимые с возвышенным эстетическим удовольствием от прослушивания высокой поэзии. А уж скинув кожаные доспехи прямо на пол и обмывшись по пояс в теплой воде, я, можно сказать, духовно возродился. Одевшись в удобную современную одежду, распихав по карманам ключи, карточки и прочие принадлежности городского человека, я, как всегда, почувствовал ни с чем не сравнимый комфорт цивилизации, который ценишь только тогда, когда он уходит.
«Кто бы ни позвонил первым – обязательно соединюсь с абонентом и вежливо с ним поговорю», – пообещал я сам себе, с любовью засовывая в карман мобильник, по которому успел изрядно соскучиться.
Потом я тщательно побрился, хотя на зеленой физиономии щетина не так бросается в глаза. Ванну с препаратом, возвращающим мне природный цвет, я принимать в офисе не стал – за отсутствием как самого препарата, так и ванны как таковой. В туалетной комнате я провозился пятнадцать минут, принесших мне просто бездну удовольствия. При всем при этом я испытывал некоторую грусть от потери ощущения горячего вкуса жизни, возникающего только в экстремальных ситуациях, на которые цивилизованное общество чуть бедновато, на мой взгляд.
«Люблю я шляться по новым местам и обожаю возвращаться домой. Может, это и есть любимая работа?» – пришла в голову мысль в тот момент, когда я вышел из волшебной комнаты, в которой есть горячая вода и прочие колдовские устройства и препараты, позволяющие грязному человеку через ничтожно короткое время выйти из нее абсолютно чистым как внутри, так и снаружи.
– Вот, на человека похож! – радостно завопил Александр, когда увидел переодевшегося меня. – Еще бы рожу от зелени оттереть, и вообще красавец стал бы!
– Ты мне лучше ответь, Джона предупредили? – перешел я к деловой части беседы. – А то будет опять как в прошлый раз…
– Обижаешь! – радостно проорал Саня. – Чингачгук Мудрый Змей два раза на одни и те же грабли не наступает! Каждый раз новые грабли нужны, ибо старые ломаются!
– Пока ты там водными процедурами прохлаждался, я уже позвонил барону, – довольно пробурчал Дмитрий. – Сюда едет, не может до завтра дотерпеть…
– Ты нам лучше вот что расскажи! – перебил друга начальник предприятия. – Это что за монстрообразную амуницию ты притащил?
После этого Саня
ткнул пальцем в драконье седло, сиротливо лежащее посреди комнаты отдыха, и они с Димой с глумливым интересом уставились на меня. Так, надо было что-то срочно предпринимать. Мало мне крови попортил сей предмет там, если дать ему волю (а многие предметы имеют дурной характер – в этом я абсолютно уверен!), то он возьмется за меня и здесь.«Надо срочно натравить седло на этот новый для него мир», – пришла в голову странная мысль, и я начал действовать.
– О, это самая ценная вещь, что мне в этот раз досталась! – воодушевленно воскликнул я, привлекая все свои актерские способности и уже начиная потихоньку в это верить. – И его я никому не отдам, потому что оно навсегда будет прописано тут, у нас в офисе!
– А зачем оно нам? – удивился Саня, делая первый шаг к пропасти.
– Зачем быкам седла? – ехидно буркнул Дима, усугубляя свое и без того незавидное положение.
– Пойдемте покажу! – гордо сказал я.
После этого я торжественно подошел к небрежно валяющемуся седлу, нежно поднял его и, печатая шаг, понес к выходу из комнаты отдыха. За мной как привязанные шли мои приятели-предприниматели, заинтригованные происходящим процессом. Зайдя в офисную комнату, я водрузил огромный кожаный предмет на пол, отодвинул в угол все кресла и стулья и гордо продемонстрировал удивленным ребятам получившуюся картину.
– И зачем оно тут? – недоуменно протянул горообразный бухгалтер, подойдя к седлу и легонько толкнув его ногой.
– Ты до сих пор не понял? – вежливо, как шипящая гадюка, спросил я.
– Нет, – недовольно буркнул Дима, повернув ко мне голову.
– А вот зачем! – грозно рявкнул я, и шоу началось.
Я подскочил и сильно толкнул в грудь живую гору, по какому-то капризу судьбы занимающуюся бухгалтерией. Дмитрий покачнулся, и конечно же ему под ноги попалось драконье седло. Споткнувшись, колосс отчетности рухнул на пол. На этом дело не ограничилось – после моей ловкой подножки на него сверху полетел Александр. Я вытащил из-под ребят седло, водрузил его на барахтающуюся горку, состоящую из руководства фирмы, и взгромоздился на самый верх получившейся кучи.
– Враги не пройдут! Седло – наш достойный ответ вашей рыболовной сети! – кричал я, запихивая обратно под вредную кожаную сбрую (на этот раз ее вредность была умело направлена в нужную для меня сторону) пытающихся выбраться из-под нас приятелей. – Ура! Да здравствует куча-мала!
Барахтанье на полу продолжалось минут пять. За время мучений в мире Ворк с этим неудобным предметом я в совершенстве изучил все его сильные и слабые стороны, ремешки, крючки и бугорки – и теперь эти знания работали на меня. Я пользовался седлом для удержания на вершине кучи-малы с поразившим даже меня самого профессионализмом и грациозностью. А вот ребята столкнулись с этим чудом впервые, отнеслись к нему с неуважением – и седло жестко отомстило им за пренебрежительное отношение к себе при знакомстве.
Внезапно, под тяжелое пыхтение пытающихся вырваться на свободу офисных крыс и мой гомерический хохот, открылась дверь офиса, и на пороге появился безукоризненный блондин в шикарном черном костюме. Зулусский барон бросил на нас полный собственного достоинства взгляд, и мне показалось, что в нашем непрезентабельном офисе снова раздались первые аккорды последней голливудской постановки про агента 007. А вот дальше Джон Аурум поступил совершенно не так, как на его месте поступил бы Джеймс Бонд.