И аз воздам
Шрифт:
— После ваших сеансов я даже поднималась с трудом, — прогудела я из-под сложенных рук, — по всей спине прошибало, а ночью не перевернуться было!
— А что вы хотели? Даже если после аварии нет видимых травм, то позвоночник надо проверять все равно, — менторским тоном поучал меня Николай, попутно присовокупляя к рассказам врачебные байки для поднятия настроения. Смеяться над незадачливостью врачей и пациентов мне не хотелось — боль то и дело стреляла по спине, заставляя дергаться и постанывать. — Вы вот даже не помните, была ли у вас боль сразу после аварии?
— Не помню, — согласилась я, — я до сих пор ничего не могу вспомнить, что со мной произошло. Петр Сергеевич сказал, что переломов мало…
— Шутник, — бросил Николай
— Не знаю, по-моему примерно одинаково получается и лежать и ходить. Вставать трудно, поднимаюсь только перебирая руками по спинке кровати, ложиться тоже больно, но если уж встала, то стараюсь двигаться…или надо лежать больше? — внутри зрел нешуточный испуг, что я делаю все не так и тем самым отодвигаю свое выздоровление на неопределенно долгий срок.
— Ни в коем случае! — Николай для убедительности даже повысил голос и поднял руки со спины, от чего тут же мерзко заныло где-то в пояснице. — Лежать неподвижно для вас сейчас путь к инвалидности, запомните это! Без сильного мышечного корсета вам ничего не поможет, что бы там не говорили по этому поводу! Спортом занимались, Валерия Павловна? Можете не отвечать, вижу, что мышцы есть, но слабоваты для данного случая. Хотя у других и такого нет, спину смотришь, а там кожа да кости, позвоночный столб поддержать нечем. Отсюда и сдвиги позвонков, остеохондрозы в двадцать лет и боли, которые лечат лишь уколами. Плавать надо больше, наклоны делать, упражнения специальные…потом покажу, какие!
— Плаваю я и так, если есть возможность, вроде и работы физической не чуралась, — попыталась я оправдаться в глазах врача.
— Мало, мало этого, — припечатал он, — не будете заставлять мышцы работать, не выздоровеете, помяните мое слово! Сейчас я вам помогаю, но потом вам придется делать это все самой, причем каждый день. Снимки вашей спины я видел, томографию изучил…кстати, руки-ноги болят?
Прислушавшись к себе, я пока не смогла ответить на этот вопрос. Болело все по очереди, ныла спина, то и дело отдавало болезненными ощущениями во все стороны и вычленить что-то одно было практически невозможно.
— Да наверняка отдает вам в руки, — Николай закончил сеанс и плотно обернул меня простыней, — только вы пока не замечаете этого. Если почувствуете, не пугайтесь — со временем боли пройдут, но потерпеть придется. Вас будет лечить только время.
— Но само же все не пройдет? — охая и кряхтя, я кое-как сползла со стола, боясь сделать лишнее движение. — Еще что-то надо, кроме массажа?
— Конечно надо, — кивнул врач, — сперва анальгетики попринимаете, чтобы спать можно было, есть еще кальциесодержащие препараты, я вам напишу название, тоже будете принимать. Хорошо бы на Мертвое море поехать или на худой конец в Египет, на Красное — для вашего состояния это сейчас был бы наилучший вариант. В Чехию, в Теплице, там санатории просто созданы для ваших проблем. Но к нам надо пока ходить постоянно, без массажа вам выздоровления не видать. Учтите, что только постоянный приток крови к пораженным местам стимулирует быстрейшее зарастание всех переломов и восстановление нервных окончаний. МРТ вам не делали? Я напишу направление, надо будет обязательно пройти, чтобы иметь полную картину ваших проблем. Нервные пучки могут быть травмированы…да скорее всего, так оно и есть, но почувствуете вы это позднее,
когда будете жаловаться на боль в руках. Для того, чтобы избежать лишних неприятностей и начать восстановление как можно быстрее, не бросайте дело на полпути, когда выйдете из больницы. Вам сперва может показаться, что с вами все в порядке, но это лишь видимость, а сама проблема никуда не уйдет.Из больницы я вышла в таком виде, что краше в гроб кладут и приехавшие за мной Ленка с Мишкой только отводили в сторону глаза, стараясь не очень удивляться. Впрочем, болеть никогда никому удовольствия не доставляло и сам процесс тоже не приносил особых радостей, почему я должна была быть исключением из правил?
— Лер, мы просто все в шоке были, когда узнали, что ты в аварию попала, — Ленка не оборачивалась ко мне с переднего сиденья, только встречалась глазами в зеркале заднего вида и тут же тяжело вздыхала. — Честно говоря, я была уверена, что у вас свадьба с твоим парнем, а тут все наоборот получилось…Фатеевна сказала, что никого не возьмет на твое место, так что ты за работу не беспокойся, приходи спокойно назад…
— Спасибо, — я придержалась рукой при толчке, охнув от неожиданной боли в спине. — Если я еще и без работы останусь, то уж лучше сразу повеситься! Так что всем передай мою искреннюю благодарность и обещание выйти сразу же, как смогу.
— А что еще у тебя, переломы есть? — Мишка видел жесткий лангет на руке и хромоту, но меня больше всего беспокоила спина.
— Это не переломы, трещины и то небольшие, — пристроившись поудобней, я перевела дух, — заживут и не вспомню, что и были. По затылку что-то ударило, там швы накладывали, но самое поганое — позвоночник. Удар был сильный, получился компрессионный перелом…
— Ох ты ж мать твою! — Мишка выругался так забористо, что Ленка удивленно воззрилась на него. — Знаю, что это за дрянь, у нас парень один тоже в аварию попал, пришлось потом операцию делать все равно. Правда, он вообще чудом живой остался, спасатели сами удивлялись, когда его вырезали из машины…под грузовик влетел, понимаешь? Гнал по трассе, а как обгонять стал, на встречку вышел, перестроиться не успел ну и разбился…Ноги переломал и спину, полгода пластом лежал.
— Намекаешь, что я легко отделалась?
— Не намекаю, а прямо говорю. Девятка твоя уже на запчасти разобрана, специально ездил туда посмотреть, что да как…жалко, но жизнь-то дороже! Ты вон три недели отвалялась и почти новенькая вышла, даже своими ногами. А как влетела-то, помнишь?
— Ничего не помню, Миш, — меня опять тряхнуло, от чего левую руку прошила тупая боль. Ну вот, начинается то, о чем предупреждал Николай, а что дальше будет? Буду с палочкой ходить, боясь сделать лишний шаг? — Не спеши пожалуйста, а то мне каждая кочка бьет по живому… Миша, направо сворачивай и на объездную выезжай.
— Зачем на объездную? — удивилась Ленка, — тебе же в центр надо…
— Не живу я больше там, — и в ответ на два вопросительных взгляда пояснила, — я теперь в Саперном живу. Только вы не наседайте с вопросами, а то мне даже говорить долго невозможно, голова болеть начинает.
— Лера… — растерянно протянула Ленка, бросив ремень и повернувшись ко мне, — Лера…что произошло? А парень твой где? У тебя квартира была такая…ох ты ж мать твою, — она в испуге закрыла ладонью себе рот, но во взгляде читалось непритворное сочувствие, — Лерочка, как же так получилось? Это из-за него все произошло, да?
— Ленка, ну что ты в душу лезешь без мыла? — одернул ее Мишка, — ты же видишь, ей и без того плохо, а ты со своим любопытством по живому ковыряешься! Захочет, сама расскажет, не захочет, значит не будет рассказывать. Не лезь, сказал! — рявкнул он на Ленку, которая раскрыла рот для очередного вопроса. — Лера, ты лучше скажи, может, чем помочь надо?
— Спасибо, ребята, — вспоминать все происшедшее было невмоготу, но и вешать на них свои проблемы я не имела права. — Вы довезите меня только, желательно в целом виде!