Чтение онлайн

– Хорошо, я запомню.

– Хорошо, что ты спас малыша. Он тебе поможет. Спасёт многих и многих через множество своих истинных воплощений, – пояснил Лаокен.

– Значит, неспроста, я почувствовал его ещё в животе у его матери и понял, что он тот, с кем уже встречались мы или встретимся. Ты только скажи, как уберечь мне рожениц в дальнейшем от такого необычного недуга.

– Никак. Такое рождение малышей зависит от многих факторов, и невозможно предположить подобное развитие событий во время родов в дальнейшем. Дам тебе снадобье. Если будут такие же тяжёлые роды, дай снадобье женщине, и она сможет выдержать роды. У этой роженицы просто не хватило сил. Слабенькая,

что не свойственно людям холмов.

– Прав ты, Лаокен, она – пришлая. Семья бежала от диких племён и попросилась к нам. Помня наставление старших, что кровь следует мешать, мы приняли семью. Они с мужем счастливы, а теперь ещё счастливее будут.

Затем, Лаокен предложил безболезненное перемещение, но для этого стоило надеть маску и ласты. Удивлению лекаря не было предела. Хотелось расспросить ещё о многом, но кроме Лаокена ни с кем повидаться и пообщаться не удалось. Правда, когда он надел снаряжение, то его сопровождали двое представителей молодёжи подводного племени. Аккуратно взяв, погружённых в забытьё мать и дитя, молодые люди стали подниматься наверх по какому-то тросу. Периодически, они знаками приказывали Ворону остановиться. Об этом он был предупреждён Лаокеном, ибо быстрый подъём, по мнению подводного народа, мог привезти к гибели людей. Молодая женщина, как и ребёнок, были погружены в какую-то прозрачную посудину, в которой циркулировал воздух. Он был предупреждён, что разговаривать нельзя. Воздух поступал какими-то толчками из ранца, закреплённого за спиной через маску, надетую на лицо.

После возвращения, племя провозгласило Ворона «Возвращающим к жизни». Он, однако, убедил всех, что это великая мать всего сущего помогла женщине разрешиться от бремени. Ещё дважды он прибегал к тому зелью, что дали ему великаны. Только вождю Агломаку рассказал он о подземном мире, и вместе они решили с помощью вампума передавать эти знания в семье вождя из поколения в поколение, дабы помнить о времени, когда людям понадобиться помощь сердца матери.

Утром Сита подошла к Джону. Лицо мужчины порозовело, и он уже свободно дышал, будто спал.

– Вот и встретились мы с тобой, сказала индианка. Она будто увидела не только все свои воплощения, но и все воплощения мужчины, попавшего к ней на излечение.

– Малыш, я тебя спасу, как уже спасала однажды, – улыбнувшись, произнесла Сита.

В полдень пришли европейцы. Роберт удивился, насколько хорошо Джон стал выглядеть, при правильном уходе за ним Ситы.

– Благодарю вас за своего друга. Вы не представляете, насколько сейчас будет долгожданная встреча для нас, – с этими словами он достал подготовленную ампулу. Сделав укол, они присели за грубый деревенский стол, покрытый, однако, белоснежной простынёй.

– Откуда у вас такое белое бельё? – удивился Артём.

– Так у нас, почти все женщины задействованы в гостиничном бизнесе в соседнем городке – Сиракузах. Вот мне и перепадает разных отбеливающих и обеззараживающих средств – для моих знахарских нужд. Хочу сказать, что любой современный аппарат по подсчёту бактерий не насчитает более 50 единиц нигде в моём доме, потому что это лучшие обеззараживающие препараты.

– Ну и где я? – раздался слабый голос Джона, – О! Роберт! – воскликнул он. Неужели, я вновь на Марсе?!

– О чём он молвит? – удивилась Сита, – Марс, это же – планета?

– Нет, уважаемая, – ответил Роберт, – это он про другой Марс. Шутка у нас с ним такая.

– Ну, шутка, так шутка. Хорошо, что с шутки новую жизнь начал.

– Так он и не заканчивал, – удивился Роберт.

– Почти закончил. Уходил далеко, во всяком случае. Еле-еле, его успела остановить

и вернуть.

– Спасибо тебе, Сита, – поблагодарил Роберт.

– Эй! Друг! А мне кто-нибудь что-нибудь объяснит? Где эти кровопийцы?

– Ну, я пойду – прогуляюсь, – остановила разговор Сита. Вижу, вам объясниться надо.

После ухода старой индианки, Роберт, Эрл и Артём рассказали о событиях последних трёх суток. Со своей стороны они попросили рассказать о том, что происходило в тюрьме.

– Они подсадили ко мне индейца. Вождя онондага, – начал рассказывать Джон, – мы же сейчас как раз в их поселении находимся, так ведь?

– Да, точно, мы здесь, мой друг. И нас никто не выдаст здесь. Чёрный Орёл, заместитель вождя, с которым ты сидел в одной камере, на страже нашей свободы и интересов, но он надеется, что тебе что-то удалось узнать у Вэра, чтобы начать действовать.

– Да, точно. Они посадили нас в одну камеру, явно с намерением!

– Что за намерение, – удивился Эрл.

– Они не дураки, и решили послушать нас. Рассчитывали, что я проговорюсь, где был все эти годы. Вэра сразу вызвал у меня доверие. Самое странное началось, когда он заговорил на языке людей-дельфинов. Помнишь, Роберт, этот их невразумительный язык, который мы смогли с тобой выучить только под гипнозом.

– О! Вы знаете язык дельфинов! – удивился Артём.

– Людей – дельфинов. Вот откуда Вэра его знает? – Джон смотрел на своих соратников и понимал, что дальше говорить просто физически не в состоянии, – Так! Если я сейчас не поем и не выпью литр кофе, то умру.

Как только он это произнёс, в дверь тихонько постучали. Вошёл Чёрный Орёл. В руках мужчина нёс поднос, заставленной простой и вкусной пищей. Вслед за ним вошла Сита с большим кофейником в руках.

– Ну, прямо – по щучьему велению, по моему хотению, – рассмеялся Артём.

– По чьей просьбе? Щука – это рыба? – Эрл во все глаза смотрел на друга

– Щука – это рыба, ладно, давайте к делам, – понимая, что быстро про сказку о Емеле и Щуке не расскажешь, предложил Артём.

– Не, не, не. Сначала – поесть,– Джон набросился на еду, но Сита очень проворно отодвинула мясо от него и подала ему чашку – супницу, наполовину наполненную прозрачным бульоном, который по виду был абсолютно без жира.

– Вам, мистер, бульон из индейки и не торопитесь. Нельзя сразу много есть, видимо и в тюрьме, судя по обвисшим вещам, вас как следует, не кормили. Затем, здесь пришлось трое суток питаться духом лесным.

Джон с кислым лицом стал потихонечку пить бульон мелкими глотками, прекрасно понимая, что знахарка абсолютно права.

– Так вот, продолжил он, слегка захмелев, будто не бульона съел, а стакан виски выпил, – начали мы общаться на нашем диалекте секретном, – это Джон специально для Ситы и Орла так сказал, потому что приятели решили включить этих людей в их общее обсуждение, – он мне стихи прочёл. Несколько штук до того момента, как нас разделили.

– Помнишь стихи-то или помочь тебе? – спросила Сита.

– Помню, помню, а то вы сейчас поможете. Грибами какими-нибудь кормить будете.

– Как ты догадался, но давай к делу. У тебя есть двадцать минут, потом – мы будем расшифровывать всё, что вспомнишь.

– А я? – удивился Джон, – я тоже буду разгадывать.

– А ты через 20 минут будешь спать, – констатировала Сита.

Действительно передав на диктофон Роберта все стихи Вэра, Джон лёг на кровать и мгновенно уснул. Эрл начал было беспокоиться о нём, но Сита успокоила всех, уверяя, что для здоровья и психологической стабильности сон в данном случае – самое важное и лучшее лекарство.