Хранитель Лачубту-нгуо
Шрифт:
Повернув к ней свое побитое лицо, пес улыбнулся окровавленной улыбкой.
– Этот тшип шобирал я шам лично! Шины шдешь беш воштушных камер – в них напихана упрукая пориштая решина. Толку штрелять по шинам нет никакого, и пшы про это шнают!
Бывший главарь сухо засмеялся, продолжая крутить баранку и смотреть вперед.
– Прикотовьша, шушка! Шейшаш путем потъешать к воротам. Твоя шаташа – шнять штрелков ш вышек, – став серьезным, сказал Косяк. Потом посмотрел оценивающим взглядом на девушку и на ее обрез, добавил, – Ну, или хотя пы их отвлешь…
Презрительно фыркнув, Василиса показала средний палец псу и посмотрела вперед, чтобы разглядеть вышки впереди, но обзор пока преграждали вагоны. Джип лихо объезжал их,
– Эй, Шамурай! – крикнул Косяк, повернувшись назад. Однако тот настолько увлекся игрой под названием “бери больше, кидай дальше, взрывай сильнее!”, что не услышал его. “Как бы этот придурок все гранаты не извел – они еще понадобятся”.
– Шамурай, твою трать! – сделал вторую попытку пес – тоже без результата. Ярослав продолжал выхватывать гранаты из ящика и щедро рассыпать вокруг машины. Теперь пройденный путь джипа отмечали костры горящих снегоходов, дровниц и прочей утвари.
– Пешполешно, – пробормотал пес, потом посмотрел на девушку и дернул ее за руку.
– Чего тебе?
– Кинь в этоко притурка шем-нипуть! Он ни хрена не слышит. Ака, в парташке поиши!
Открыв со скрипом бардачок, девушка нащупала там какую-то продолговатую коробку и вытащила ее. Глаза Косяка округлились от ужаса, когда понял, чем она собираться бросить в Самурая.
– Нет, нет, только не это, – залепетал он, размахивая руками, но не успел. Девушка уже размахнулась и послала коробку на встречу со спиной Ярика.
– Чего? – спросила она, глядя на возмущенного бандита.
Сплюнув прямо в кабине, пес зашипел:
– Это пыли мои пошлетние шикары, шука!
– Так тебе и надо, урод! Обойдешься без курева.
Посмотрев пристально ей в глаза, Косяк повернулся проверить, как там Самурай. Тот стоял уже с мечом наготове и косил в их сторону, думая, что кто-то забрался на пикап со стороны кабины и попытался застать его врасплох.
– Шамурай! Когда потъетем к воротам, я остановлю тшип, а ты их поторви! Понял?
Вместо ответа, Ярослав бросил меч на ящик с боеприпасами и поднял вверх большой палец. Потом опять наклонился к гранатам.
“Надеюсь, этот болван понял, о чем я? А то осталась пара поворотов и мы на выходе из лагеря”, – подумал Косяк и резко вывернул руль влево. Василиса от неожиданности врезалась плечом в дверь и чуть не выронила дробовик.
За вагоном поджидали два бандита. Первый сразу выстрелил из автомата по лобовому стеклу, пытаясь достать водителя. Второй же побежал к боковой двери и постарался запрыгнуть на подножку. Василиса сначала растерялась, когда часть лобового стекла, превратившаяся в пленку со стеклом, покрытым сеткой как у паутины, упала ей на лицо. Инстинктивно она отбросила лобовое стекло от себя и потом, высунув ствол дробовика в образовавшуюся щель, выстрелила в бандита. Дробь попала тому прямо в лицо, превратив его в кровавую маску. Девушка собралась передернуть затвор, как другой пес неожиданно возник перед ней, схватил ствол дробовика и рванул на себя. Она не успела понять, что происходит, как лишилась оружия. Сориентировавшись, Василиса дернула дверцу за ручку и резко открыла ее. Пес выронил оружие, но сам не упал – повис на двери, вцепившись в нее обеими руками.
Косяк поднял голову, как только стрельба прекратилась. Вытащив ногу наверх, он ударил ботинком по лобовому стеклу в то место, где оно еще держалось. Стекло упало на капот, щедро осыпав салон стеклянными кубиками. Стряхивая осколки с головы, Косяк заметил, что на двери со стороны Василисы болтается пес и настойчиво лезет в кабину. А это дура потеряла оружие, и теперь возникнут проблемы с парнями на вышках.
– Прикнись, шушка! – закричал он, доставая игломет. Девушка быстро среагировала, упав на пол под бардачок. Пара выстрелов и руки бандита обросли иголками. Он разжал трясущиеся пальцы и с воплем сорвался. Джип немного тряхнуло, когда он переехал упавшего пса
задними колесами.Повертев баранку, Косяк обогнул еще один вагон, и теперь они оказались прямо перед воротами.
– Ну и шем ты теперь путешь штрелять? – ехидно спросил пес у Василисы. Та вместо ответа плотно сжала губы и забрала игломет Косяка.
– Этой икрушкой тепе их не тоштать! Тальность не та! Пиштолет только в плишнем пою хорош…
– Следи за дорогой, – огрызнулась она, сжимая пистолет-пулемет обеими руками. Вытянув его перед собой, девушка прицелилась в дозорного на правой вышке.
Схватившись за руль, Косяк чуть пригнул голову и добавил газа. Часовые на вышке срочно снимали тяжелые пулеметы с креплений, так как они были рассчитаны для отражения штурма извне лагеря. Василиса зажала спусковой крючок игломета, посылая тучи игл в одного из часовых, правда без особых успехов. Косяк продолжал давить на газ – хотел проскочить тот опасный период, когда из пулеметов еще можно попасть по ним через переднее окно. Если он успеет, то дело за прочностью бронированной крыши, ну, и что Самурай взорвет дозорных к хренам собачьим вместе с воротами, однако один из бандитов успел перенаправить крупнокалиберный пулемет.
Грозное орудие псов загрохотало, и снег перед пикапом взвился высокими фонтанами. Косяк пригнулся к рулю, когда очередь дошла до бронированного капота. С громким лязгом пули врезались в металл, оставляя крупные вмятины, похожие на воронки. “Отлично, броня выдерживает одиночное попадание, может быть, и прорвемся…”, – подумал пес, но тут его посетила пугающая мысль. “А вдруг пули попадут в кузов, прямо в один из ящиков? Тогда всем хана!”. Однако пулемет часового неожиданно умолк. Косяк повернулся к девушке, сияющей довольной улыбкой.
– Отнако, – вырвалось у бандита.
Пикап добрался до выхода, когда впереди прогремело несколько взрывов. Второй часовой так и не успел выдернуть пулемет из заржавевшего гнезда, и теперь вместе с вышкой, подорванной у основания, летел вниз.
Сбросив скорость, Косяк оглянулся назад – Самурай в этот момент как раз выдергивал кольца сразу из двух гранат. Повернувшись обратно, пес посмотрел на врата, закрытые мощным засовом. Вот он заметил, как гранаты с небольшим отрывом друг от друга полетели в сторону перекрытого проезда, и поспешил пригнуться. Двойной взрыв, поднявший тучи снега перед воротами, слегка оглушил его, а над головой просвистели осколки. Поднявшись, Косяк обнаружил лишь густую завесу снега, и непонятно, удалось ли Самураю взорвать врата или нет, но пес решил попробовать. Утопив педаль газа, он направил машину прямо по центру проезда и крепче схватился за руль.
С натужным ревем пикап устремился вперед и, быстро набрав скорость, врезался в ворота. Перед самым ударом Косяк успел приметить, что засова на них уже нет, а крепления разворочены взрывом. С глухим ударом джип распахнул створки и, практически не потеряв скорость, помчался дальше.
– Ура! Мы свободны! – радостно закричала Василиса, вскинув обе руки вверх. Косяк повернулся к ней и постарался как можно милее улыбнуться.
– Не торопишь, тевошка моя, не торопишь, – прошипел он вдруг ядовитой змеей, и наотмашь ударил ее по лицу. От сильного удара Василиса откинулась назад, и, отпружинив от спинки, врезалась в приборную панель.
– Это тепе за мои выпитые шупы, торокуша!
Не теряя времени, Косяк подхватил выроненный пистолет и повернулся к заднему окошку. Самурай, ничего не подозревая, жадно набирал гранаты из ящика – видимо, решил напоследок устроить псам большой салют.
– Прошай, пештолковый кипорк! – сказал бандит и пустил очередь спину Самурая. Киборг упал, раскинув дрожащие руки, а по кузову покатились гранаты, по счастью, еще с предохранителями.
Косяк усмехнулся и посмотрел на лежащую без чувств девушку. Из-под лица заструилась кровь – похоже, она еще расквасила себе нос, уронив голову на панель.