Хотелось как лучше
Шрифт:
Бум! — это пробка от шампанского взлетела почти под самый потолок, что, учитывая его удаленность от пола, являлось очень неплохим результатом, и я поспешила подставить посуду под пенную струю. Когда же бокалы были наполнены и бутылка вернулась в ледовое гнездо, я разыграла маленький спектакль «И какой же бокал взять». В результате у собутыльника сложилось полное впечатление, что этот вопрос был решен при его непосредственном участии.
— Скажи тост, — наивно улыбаясь, предложила я, глядя, как пузырится в руках Мустафы аль-Рашида смесь шампанского с сюрпризом от Абдуллы.
— За наше первое утро! — провозгласил тот и, не чокаясь, опрокинул содержимое в рот.
Мысленно попросив прощения у Этьена, я пригубила свою порцию. Шампанское оказалось вполне достойным, даже более того — шикарным, и я принялась неторопливо его потягивать, надеясь таким
Опустив хрупкую ношу на шелковые покрывала, Мустафа улыбнулся и приказал:
— Раздень меня.
Да уж, похоже, номер «лежать на спинке и получать удовольствие» тут если и пройдет, то с кардинальной сменой действующих лиц. Окруженный таким количеством рвущихся во всем ему услужить женщин, шейх явно не привык играть активную роль в сексуальных утехах, предложив наложницам изощряться с целью доставить своему господину максимальное удовольствие. Ладно, нам не впервой — какой-то опыт у меня есть, хотя с набившими руку (и не только) членами здешнего сплоченного коллектива я сравниться вряд ли смогу. Многообещающе улыбнувшись, я принялась выполнять полученное распоряжение, сочетая процесс избавления от одежды с легким массажем. Мустафа лежал неподвижно, предоставив мне полную свободу действий, и поскольку он меня не подгонял, то я и не торопилась, мурлыкая себе под нос что-то вроде: «Я тучка, тучка, тучка». Своеобразная ли колыбельная подействовала или все же снотворное, но в тот момент, когда я расстегивала рубашку, комнату огласил громкий храп. Не поддавшись на провокацию, я закончила свои труды и, прикрыв супруга одеялом, игриво укусила его за ухо. Реакция последовала нулевая.
— Вот и замечательно, — шепнула я в пострадавшее ухо, слезла с кровати и, не удержавшись, налила себе еще бокал шампанского (ну да, люблю я хорошую некрепкую выпивку), забралась в стоящее в другом углу кресло и попыталась думать.
Вылакав прямо из горлышка последний глоток, я, немного пошатываясь, двинулась в сторону холла, попутно размышляя, с какой части дома стоит начинать поиски моего потерявшегося зятя. Логично было предположить, что ему спальное место отведено среди комнат обслуживающего персонала, вот туда я и направила свои стопы. Точнее сказать, попыталась. С переменным успехом. Для начала выяснилось: чтобы вызвать лифт, требуется набрать код, который я знать не знала. Но, как водится, если бы все мои проблемы имели такой коэффициент сложности, я стала бы самым успешным агентом всех времен — методом математического тыка подобрав нужную комбинацию, я вошла в лифт и спустилась на первый этаж. И тут-то, когда двери лифта бесшумно закрылись за моей спиной, появилось следующее досадное недоразумение, на сей раз в виде охранника, который удивленно поинтересовался:
— Мисс, вы заблудились?
— Нет, — с самым невинным видом ответила я, — просто господин Мустафа уснул, а мне очень захотелось пить, вот я и решила поискать кухню.
На лице моего ночного собеседника мелькнули сомнения, но, довольно быстро их разрешив, он официальным голосом сообщил:
— Простите, но вам не разрешено передвигаться по дому в одиночестве, давайте я провожу вас наверх.
Отличная идея, просто лучше не придумаешь! Пока охранник приближался, я лихорадочно размышляла и, не придумав ничего лучше, уложила совершенно не ожидавшего нападения мужика одним точным ударом. Пыхтя, я оттащила тяжеленную тушу в темный угол и, понадеявшись, что действие лучшего снотворного от Нэтты продолжится вплоть до конца моей беседы с Марком, продолжила путешествие по спящему особняку. Основной недостаток моего великолепного плана крылся в необходимости ломиться во все двери подряд, рискуя перебудить половину дома, и при этом так родственничка и не обнаружить, если исходная предпосылка окажется неверна. Однако других идей не возникло, поэтому, признав неизбежность примитивного прочесывания, я посетовала на то, что приходится действовать столь прямолинейно и без огонька, и приступила.
Удивительно, но, заглядывая во все комнаты подряд, я умудрилась никого не разбудить. Видимо, за день обслуга уставала настолько, что интересоваться ночными визитерами тут собирались, только уже будучи в
гробу и белых тапках. Вскоре я начала тихо ругаться себе под нос, поскольку проверила большую часть помещений и Марка в них не обнаружила. Но упорство всегда вознаграждается — в предпоследней комнате мирно дрых мой бывший одногруппник. Сдержав радостный вопль, я осторожно подошла к нему, присела на край постели и, потрепав за плечо, шепнула:— Марк, просыпайся.
— Э-э-э… м-м-м… — раздалось в ответ, после чего на меня лениво приоткрылся один глаз и, проворчав: — Марси, любимая, — зятек сгреб меня в охапку, повалил на простынь и принялся жадно целовать.
— Стой! — отчаянно пыталась я вырваться. — Прекрати, идиот, это не Марси!
Эта довольно простая мысль доходила до дремлющего сознания около минуты, когда же Марк осознал свою ошибку, то выдал:
— Нэтта, ты, что ли? Тьфу… Типичный пример хорошего воспитания.
— А ты кого ожидал увидеть? — вежливо осведомилась я. — Драгоценную тещу с ручным крокодилом на поводке?
— При чем тут крокодил? — удивился он. — А, это ты, наверное, шутить пытаешься. — Наконец в глазах моего единственного и (видит Бог) неповторимого зятя появилось осмысленное выражение, и он решил уточнить: — Погоди, я все еще на Майяхе? А ты тогда что здесь делаешь?
— Не поверишь — пытаюсь изменить твое положение в пространстве. У меня, к сожалению, нет времени, так что слушай внимательно и не перебивай.
— Угу… — промычало то еще сокровище.
Не теряя больше драгоценных минут на препирательства, я вкратце изложила ситуацию, сообщила о дне, на который назначен побег, и напоследок попросила Марка о небольшой услуге, способной облегчить реализацию плана «Слинять по-быстрому». После этого, потратив еще около четверти часа на заверения, что с Марси все отлично и она непременно получит миллион приветов с поцелуями, я помахала на прощание и отбыла. Охранник все еще представлял собой бессознательное тело, поэтому я без всяких проблем вернулась в покои Мустафы аль-Рашида, убедилась, что и там за время моего отсутствия никаких достойных упоминания изменений не произошло, и, раздевшись, как честно исполнившая свой долг наложница, свернулась калачиком рядом со своим храпящим повелителем. Все же спать — это полезно.
Убью Абдуллу! Предам самым изощренным пыткам и потом убью! Что случилось? Да ничего особенного, кроме того, что мой дражайший супруг, отойдя от действия таблетки в шесть утра и обнаружив рядом с собой симпатичное женское тело, немедленно его оприходовал. Тьфу… Представьте себе ощущение, когда вы медленно вылезаете из пучины сна, а подсознание уже подсказывает, что происходит какая-то явно незапланированная фигня, и тут обнаруживаете на себе старательно пыхтящего мужчину. За одно то, что я не завизжала и не пришибла Мустафу на месте, потребую от сэра Карса медаль. Хотя определенные плюсы в произошедшем были — мой так называемый хозяин пришел в самое благостное расположение духа, заказал завтрак и клятвенно пообещал, что вечером снова меня позовет. Старательно избегая его взгляда, я рассыпалась в благодарностях и с превеликим удовольствием слопала четыре свежие булочки. Неприятности надо заедать.
После того как я, следуя провозглашенному ранее принципу, легко справилась с содержимым вместительного подноса, Мустафа поцеловал меня, фамильярно шлепнул пониже спины и, дождавшись прихода моих сопровождающих, выставил юн. Спускаясь вниз, я гадала, валяется ли все еще в углу обездвиженный мною охранник. Разумеется, его там не было, и это послужило поводом для следующего вопроса: расскажет ли он кому-нибудь о ночном происшествии. Оставалось надеяться, что нежелание выставить себя совершенно непригодным для такой работы идиотом пересилит верность хозяину, по крайней мере пока желающие немедленно допросить меня на тему «Зачем вы шляетесь ночью по дому» обнаруживать себя не спешили…
Как только я переступила порог гарема, на меня тут же набросилась с расспросами любимая сестренка, причем ни что там произошло у нас с Мустафой, ни перспективы вырваться отсюда ее не интересовали. Мне было велено отчитаться только по одному пункту — видела ли я Марка. Правда, буквально через секунду количество интересующих Марселу моментов начало размножаться методом деления. Хорошо ли он выглядит, что просил передать, скучает ли, не изменил ли еще. Услышав последнее предположение, я не выдержала и расхохоталась в голос, но, увидев, что это голубоглазое чудовище явно собирается зареветь, взяла себя в руки и выдала подробный отчет о физическом и эмоциональном состоянии ее дражайшей половины.