Чтение онлайн

– Хочешь его убить?
– возразила Равель.
– Нет. Мы уже обсуждали, устранение столь влиятельного лидера культа подольет масла в огонь.

– Я предлагаю убить не его, а его веру в Схождение и Обелиски, будь они трижды прокляты.

– Как?

– Организуйте нам личную встречу, разумеется, под охраной, в безопасном месте. Я поговорю с ним, ткну в рожу некоторыми результатами наших изысканий...

– Об этом не может идти и речи!
– слегка возмутилась Равель.

– Ну, блин...

– Я про разглашение результатов исследований. Впрочем, некоторую информацию дать можем, хуже не будет

– А-а.

– Про организацию

личной встречи с Даником можно подумать. Я поговорю с директором и, если он даст разрешение, ты получишь желаемое.

Максим пожал плечами.

– Терять особо нечего. Мы и так на полных парах несемся в пасть космическому ужасу... Насколько понимаю, для Даника я не просто человек, он как минимум прислушается к моим словам.

– ''Не просто человек''. Да он одержим тобой, Максим. Юнитологи жаждут заполучить тебя, вкладывают в это миллионы, лишь бы хоть что-то накопать. Мы замучились пресекать их попытки, выявлять кротов, устранять лишних свидетелей.

– Чего именно культисты хотят добиться, если заполучат меня с Женей?

Равель развела руками.

– Всесторонне изучить, понять природу иммунитета к Маркеру, получить некое откровение... Сложно сказать.

***

Встречу организовали через день. Ночью. Тайно. Старый техпавильон возле заброшенного склада где-то на территории бывшей Португалии.

Камеры выведены из строя, датчики ослеплены. Место воняло какими-то химикатами, пылью и прошлым. Правительственный спецназ и боевики юнитологов остались снаружи, сверля друг друга недружелюбными взглядами. В павильоне они находились один на один, как и обговорено.

Максим сидел на металлическом ящике. Даник стоя, опершись о стену, он согласился на встречу сразу, без обсуждений и предварительных условий. Как всегда, выступая на ТВ, в тёмном костюме и старомодных очках. Чисто, аккуратно, будто не в подвале. Выглядел как пророк, который потерял свои скрижали.

– Я удивлен, что ты сам решил со мной связаться, учитывая произошедшее. С чего вдруг, Максим?

– Правда, -ответил тот.
– Без мишуры. Без святых слов. Без мантры про Схождение. Без камер и гремящих выстрелов.

– Но ты ведь знаешь: Схождение - это путь. Конец - это начало. Плоть - это врата... Ничего нового я не скажу.

Максим усмехнулся. Сухо, язвительно:

– Ты всё ещё называешь себя учёным. Но говоришь как религиозный фанатик. Ученый проверяет. Фанатик верит. Слепо.

– Слеп тот, кто отрицает истину, стоящую перед ним.

– Я с Маркерами говорил, Джейкоб. Черным и Красным, -Максим поднял глаза, полные холодного огня.
– Я был рядом, когда они активировались. Я слышал их голос. Я видел, что происходит с людьми. Я участвовал в экспериментах, видел некроморфов вблизи, крошил их пачками, один даже просверлил мне череп и впрыснул в мозг патоген. Я прочно убедился, Обелиски - это не святые артефакты. Это сбойные машины. Искажённые. Повреждённые неведомой внешней силой, не из вашего или моего мира. Изначальный замысел давно утерян. А вы... вы просто марионетки.

Даник не шелохнулся. Молчал, хотя в его взгляде мелькнула тень, не страха, нет, а раздражения.

– Машины, говоришь?
– сквозь зубы процедил он.
– Ты объясняешь чудо как неисправность?

– Не чудо. Ошибка. Глюк. Квантовая вмятина в памяти Вселенной. Вы строите храмы из обломков старого кода, переписанного вирусом.

Максим достал из внутреннего кармана плотную

папку. Металлизированная обложка, пломба уже сорвана. Он кинул её к ногам Даника.

– Вот. Фрагмента первичного кода Черного Маркера, сильно искаженного. Переведённый. Частично расшифрованный. Схемы, параметры. Физика, а не теология. И кое-что по экспериментам на ''Омеге''. Там, где мы потеряли шестьдесят человек. И чуть опять не выпустили чуму на волю.

Даник наклонился, но не поднял папку. Смотрел на неё, будто она могла укусить.

– Это подделка, -сказал он, но голос дрогнул.

– Конечно. Как всё, что не вписывается в твой прекрасный мир Слияния.

Максим встал. Подошёл ближе, до абсурда близко.

– Ты боишься. Потому что часть тебя, самая крошечная, понимает, что, возможно, я прав. Что ты ведёшь миллионы людей в мясорубку ради глючной машины, что бредит последние миллионы лет. Что твоё Схождение - не вознесение, а переработка в фарш. Ты ж ученый, Джейкоб и должен знать про бритву Оккама. Не нужно множить сущности без необходимости, порой самое простое объяснение и есть истина. А истина в том, что разумная жизнь для стоящей за Обелисками силы - питательный субстрат и все. Никакой высшей цели и великого замысла, лишь паразитирование, вечное распространение, как у вируса.

Он сделал паузу. Даник смотрел исподлобья, но не отвечал.

– Ты не убьёшь меня. Потому что в глубине души хочешь знать. Хочешь понять. А я уже был внутри нее, множество раз. Я знаю, как работает эта зараза. Я знаю, как звучит её голос. И я знаю, как его заглушить.

Максим развернулся и пошёл к выходу.

– Мы ещё поговорим, -бросил через плечо.
– Или нет. Может, ты выберешь веру. Но если проснёшься - найди меня.

Пауза затянулась. Максим уже почти скрылся за дверью, когда сзади донеслось:

– Стой.

Он обернулся. Даник всё ещё стоял у стены, но теперь папка была у него в руках. Перелистывал, бегло, но взгляд зацепился за пару страниц. Долго смотрел на один из графиков.

– Вижу, ты не веришь, -сказал Максим.
– Но смотришь. Это уже шаг.

– Я не обязан верить тебе.
– Голос Даника был низким, хриплым, но без прежней божественной уверенности.
– У меня есть источники. Древние тексты, раскопки на Эгида-7, свидетельства коснувшихся истины. Обелиск -это не просто артефакт. Это манифест воли. Он… он учит нас. Направляет.

– Он программирует, -парировал Максим.
– Навязывает образы. Галлюцинации. Подделки чувств. Страх, эйфория, священный трепет - всё это эффекты работы сигнала. Ты считаешь, он ведёт человечество к следующей ступени? Хорошо. А как тебе массовые самоубийства? Каннибализм? Вырезанные колонии? Просто посмотри на себя со стороны, ты заметно деградировал с нашей последней встречи. Тогда хотя бы твои аргументы были более сложными, сейчас ты твердишь это подобно религиозным постулатам. Без критики и попытки осмысления.

– Это очищение.
– Даник напрягся.
– Как огонь очищает лес от гнили. Только через разрушение рождается новое.

– Кто тебе это сказал? Обелиск? Галлюцинации? Или ты сам себе придумал удобную догму, чтобы оправдать то, что уже натворил?

Пауза. Воздух в ангаре стал плотнее. Пахло маслом, запылённым металлом, чем-то едва уловимо кислым.

– Я видел, как зарождается новое сущее, -прошептал Даник.
– Во снах. В трансе. Я ощущал, как душа освобождается от плоти. Это не смерть. Это соединение. Единение.