Хищные грозы
Шрифт:
Но вот родные руки тоже пропали и на место им пришла новая боль. Ее грудь разрывалась. Из нее словно тянули жилу и ею же стали обматывать все тело Мэллы. Путы давили и впивались. Но ни крикнуть, ни вырваться. И только голос. Все тот же такой родной и успокаивающий, постепенно позволил смириться и уйти глубже в сон. Надо собраться силами. Похоже она не умерла.
Мэлла не знала сколько времени пробыла в таком глубоком забытие. Когда она снова попыталась вернуться, то смогла это сделать только частично. Ее тело больше принадлежало не ей. Она была здесь. Даже
Она явно куда то двигалась. Телега медленно тряслась по дороге. Небо светлое и чистой. Мэлла не сразу вспомнила, что ее при видел неба так забеспокоило. Мысли растекались так же как мир вокруг. Небо. Они под открытым небом и похоже уже давно. А хищные тучи так и не приплыли по ее душу. Может быть у нее теперь нет души? Или она перестала быть такой для них желанной. Это хорошо или плохо? Почему то ответ не приходил.
Рядом с ней кто то был. Мэлла хотела повернуть голову и рассмотреть того, кто лежал рядом. Но тело совершенно не реагировало на ее желания. Хотя спустя мгновения Мэлла поняла — нет никакой необходимости рассматривать. Чернота, что уютно клубилась вокруг, сказала все сама. Ярат.
Повозка между тем все продрожала свой путь. К скрипу колес и свисту ветра постепенно прибавился шум города. Мэлла не сразу, но все таки узнала, они в столице. Сомнения развеялись окончательно, когда совсем близко послышался звон с башни центрального храма. Такой глубокий и печальный.
Вот шум центра города снова стал стихать. И если бы у Мэллы была надежда, или хотя бы представление с кем они едут, она подумала бы что вот сейчас за поворотом покажется ее дом. А там ее ждет с ласковой улыбкой Измир.
Лошадь ворчливо фыркнула, повозка со скрипов затормозила и просела от того, что кто-то на нее запрыгнул. И над Мэллой склонилось хорошо знакомое лице. Это был священник, тот самый странный друг Ярата, о котором он умудрялся одновременно говорить хорошо и ничего не говорить. Только вот этот Дариз с последней их встречи изменился. Ему явно стало лучше. Теперь он, похоже, в отличии от самой Мэллы, вернулся в себя. Хотя видок у него еще тот. Заросший, грязный и уставший. Он внимательно осмотрел Мэллу, потрогал то место, где еще недавно торчала стрела.
— Мэлла, — обратился он, смотря в глаза. — Я сейчас тебя освобожу. Ты постарайся не шуметь. Обещаю все объяснить. Но сейчас не самое лучшее время, для выяснения отношений. Наша с тобой помощь сейчас нужна Ярату.
Мэлла про себя только усмехнулась. Он действительно ждет от нее какой то реакции. Но тут она услышала странный хриплый звук из своего горла. Она от неожиданности распахнула глаза и как рыба выброшенная на берег стала открывать и закрывать рот, словно позабыла, как это говорить.
— Не торопись, — сказал он, отодвигаясь от Мэллы. — дай себе время освоиться.
И она послушалась. Замерла. Ощущения собственного тела возвращались медленно и удивительно приятно. Она как будто входила в родной дом после долгого пути, уставшая, но умиротворенная. Но там не все было как прежде. Беспокойство зародилось еще до того, как она поняла что же ее так смутило. Осознание того, что у твоего тела теперь новый хозяин пришло медленно и ударило больно.
— Зачем ты это сделал? — прошептала
не без усилий Мэлла. Голос по прежнему плохо слушался.— Извини, но это не я. Это Ярат.
Мэлла повернула голову на лежащего неподвижно рядом мужчину. Он, почти весь окутанный своей верной спутницей чернотой, пугал белизной кожи. На груди рана, заботливо перевязанная, дыхание прерывистой и поверхностное пугало еще больше. Мэлла, как могла, поднялась над ним и стала трогать, в надежде разбудить.
— Ярат, миленький, ты здесь? — его кожа обжигала ладони, — Пожалуйста…
Как часто по утрам, она искала его тело утопающее в черноте. Но сейчас потоки вокруг него не сгущались. Они обволакивали, окутывали.
— Ты сможешь ему помочь? Ты ведь целитель?
Мэлла обернулась на него и захотела отхлестать по щекам. Но потом вспомнила, что он был не в себе, когда ее силы выпила Арина.
— Где Арина? Это ее рыжий дружок сделал? — не скрывая злости спросила Мэлла.
— Да, это он. Но она не с нами. Арина его увела от нас. Ты можешь ему помочь? — повторил он вопрос.
Мэлла прислушалась к ощущениям. Она не была пуста, как сразу после того инцидента. Но те крупица, что успели накопиться, не могли бы помочь. А пытаться сейчас их использовать, не лучшее решение. Может быть, в скором времени силы вернется. Ярат же такой сильный, он дотерпит. Он должен. Поэтому Мэлла просто покачала головой.
— Тогда надо искать хорошего лекаря среди людей. Возможно что то еще можно сделать. — Мэлла поняла по его глазам, что священник сам не верит своим словам. — Пожалуйста, соберись, войди в дом и расскажи о Ярате его брату. Он должен помочь.
Только тогда Мэлла посмотрела вокруг. И какого было ее удивление, когда она увидела ворота их с Измиром городского дома. Ей так не хотелось оставлять Ярата. Но она на непослушных, отвыкших двигаться ногах побежала к ним. Ворота были не запеты. Дорожка до дверей казалась бесконечной.
Мэлла лежала на широкой постели рядом с Яратом. Он все так же дышал. Она смотрела. Просто смотрела и ненавидела себя и всех вокруг, что ничего не может здесь. Приходил лекарь. Развел руками и дал им время проститься до утра. У Мэллы было желание броситься на поиски целителя. У кого то же еще в этом к падшему летящем мире должна остаться такая сила? Не могли же они с Яратом быть последними, кто может врачевать? Но Мэлла не вспомнила никого. Даже если кто то и остался, то прячется где то по норам, как и все они. Поэтому, оставалось только ждать и молиться. Свет от нескольких свечей возле кровати давал ей рассмотреть лицо. Бледное, красивое и безмятежное. Не похоже, что ему больно. Она касалось его щек, убрала волосы со лба. И просто лежала рядом.
В другом конце спальни, возле пустого темного камина, сидели Измир и Ярат. Свечи на каминной полке не давали их разглядеть, но Мэлла не смотрела. Только слушала их разговор. Эти двое тоже отказались уходить. Брат и… брат. Дариза помнится Ярат тоже так называл. Она никогда не справила об их отношениях.
— Кто ты ему? — спросил Измир, снова наполняя бокал собеседника.
Дариз долго молча смотрел на него прежде, чем ответить.
— Мы стали его семьей, когда вы ею быть перестали.