Чтение онлайн

– Кто вы такие? Кому служите?

– Не твое собачье дело, - чуть ли не беспечно ответил Сеня.

– Хамишь, - констатировал громила-предводитель.
– Накажем.

Сеня неожиданно легко согласился:

– Валяй, наказывай.

И шепнул негромко Еноту:

– Гэр орми?

– Туу, - был ответ.

В ту же секунду трое из оцепления сноровисто извлекли оружие, но сделать ничего не успели: сверкнуло ярче солнца и все трое рассыпались черным бархатистым пеплом, а пистолеты багровыми раскаленными комками медленно вязли в асфальте, окутываясь

едким дымом.

Уцелевшие громилы ошалело переглядывались. Их осталось семеро. Ольша испуганно хлопала глазами. Она могла поклясться: ни Сеня, ни Паха, ни Енот не применяли своего оружия. Сияние обрушилось на громил сверху, из выцветшей голубизны неба.

– Ну их к дьяволу, - снова по-русски сказал Енот.
– Поехали.

Сеня тут же спрятал свой пистолет и сел за руль. Енот полез на заднее сидение.

– Э-э!
– запротестовал громила-предводитель.
– Постойте!

Паха Толстый хладнокровно поднял винчестер.

"Ду-дут!"

Громилу швырнуло на пыльный асфальт. Вместо головы у него стало сплошное кровавое месиво. Ольша схватилась за щеки, чувствуя, как к горлу подступает противный ком.

С хрустом передернув затвор, Паха сел в машину и захлопнул дверцу резким, сверху вниз, движением. Винчестера у него в руках уже не было спрятал. Куда - непонятно.

Верзилы застыли кто где стоял, словно дожидались звона прыгающей по асфальту гильзы - логического завершения эпизода, которого действительно не хватало.

В этот день коблевский асфальт впитал в себя много: кровь, пепел и три куска железа, бывшие некогда пистолетами. Впрочем, пепел быстро развеялся на ветру.

3

Завтрак в ресторанчике совершенно не отложился у Ольши в памяти. Сеня и Енот жевали куксу как ни в чем не бывало. Паха почему-то остался в машине - его товарищи сказали, что "ему не обязательно".

Насытившись, заказали вина и долго сидели в полутьме зала. Сеня с Енотом явно не торопились, потягивая коллекционный херес и тихо беседовали, кажется, не по-русски. Ольша помалкивала. А что оставалось? Спутники ее церемониться не привыкли, если судить по последним часам...

Негромко наигрывала музыка, сначала старенький "Спейс", потом Крис Ри. Ближе к обеду налегли на что-то модно-танцевальное. Ольша поморщилась: не любила она слюнявые песенки прилизанных мальчиков-шоуменов. И чего народ с них так млеет?

Она даже не заметила, что произошло: Енот вдруг вскочил и произнес отрывистую фразу, словно коротко ругнулся. Сеня оказался на ногах лишь секундой позже. Оба они мельком глянули в окно; Сеня подхватил Ольшу под локоть и потащил к выходу. Енот на ходу сунул официанту веер кредиток и поспешил вослед.

У машины стояло четверо парней, один заглядывал в полуоткрытое окно и что-то втолковывал Пахе. Паха, соответственно, молчал, видимо уже довольно давно. Парни злились.

– Эй, ребята, - с неподдельной ленцой протянул Енот.
– Чего к немому пристали?

Сеня успокаивающе поглаживал ольшину ладонь, но хотелось сжаться или исчезнуть, потому что скорее всего сейчас снова все начнут хвататься за пистолеты и палить друг

в друга.

– Хорошая у вас тачка, - с нехорошей улыбочкой протянул один из парней, худощавый и длинноносый, как тапир.
– Наверное, жалко будет, если кто-нить стекло раскокает. А?

– А кому мешает наше стекло?
– Енот являл собой само благодушие, разве что не зевал в лицо длинноносому.

Длинноносый оскалился:

– Пойдем-ка потолкуем, умник...

– Пойдем!
– даже обрадовался Енот.
– Куда?

– Да вон, в тир хотя бы...

Невдалеке стоял крашеный в зеленое автобус, переделанный в пневматический тир еще при совке. Енот немедленно зашагал к полуоткрытой двери.

– И ты иди, чего уж там...
– предложил длинноносый Сене.
– Вместе с телкой своей...

"Гад!" - подумала Ольша и вдруг поймала себя на мысли, что злорадствует. Ибо не без оснований полагала, что ее новые знакомые сейчас разнесут автобус в клочья - и это еще в лучшем случае.

Сеня невозмутимо двинулся к тиру, по-прежнему придерживая ее за руку.

– Не бойся, - шепнул он.
– Ничего они нам не сделают. Это лохи какие-то...

В тире покуривали еще двое типов, таких же неприятных, как и те, что приставали к Пахе.

– Постреляем?
– предложил длинноносый, переламывая винтовку.
– Кто лучше стреляет, того и тачка. Идет?

Енот молчал, выжидая чего-то. Длинноносый тем временем зарядил все пять ружей и выложил их в ряд на стойку.

– Ну, так что?
– повторил он.
– Постреляем?

Вскинув ближайшую к себе винтовку, он выстрелил. Сухо клацнула пулька и первая мишень - всадник на верблюде - закачалась, перевернутая. Второй выстрел - и из пузатой бочки с надписью "Пиво" вылез рогатый черт, сжимая трезубец.

Стрелял длинноносый неплохо: пять выстрелов, пять попаданий. Притом, что он почти не целился.

– Твоя очередь, - пододвинул он жестяную коробочку из-под ваксы, наполненную пульками.
– Стреляй!

– Из этих пукалок, что ли? Ну уж нет!
– ответил Енот и добавил: Паха!

Длинноносого снесло в сторону - в тир вошел Толстый и мрачно достал винчестер, со скрежетом передернув затвор. Ребята несколько присмирели.

"Ду-дут!"

Первый выстрел проделал в задней стене автобуса изрядную дыру.

"Ду-дут! Ду-дут!"

Сеня и Енот синхронно палили по мишеням из своих чудовищных пистолетов, не целясь и не меняя обойм - словно в рукоятках прятались миниатюрные фабрики патронов.

Внезапно повисшая тишина ткнулась в барабанные перепонки. Парни боязливо жались к металлическим бортам. Длинноносый, казалось, стал даже ниже ростом.

Вместо стенда с мишенями наблюдалась сплошная дыра с неровными краями, словно в злополучном автобусе разорвалась граната.

– Мы выиграли, - удовлетворенно, даже нет - радостно сказал Енот. Пока, ребята.

И вышел. Сеня вывел истерически хохочущую Ольшу на улицу, следом шагал Паха. Ольша продолжала хохотать даже в машине, успокоившись только когда Сеня заговорил с кем-то по радио.