Чтение онлайн

— Попробуй убиться. Об изгородь, — улыбнулся Сэмми.

— Используй свиток телепортации.

— Убиться не могу. Здоровье серое и не меняется. Свиток… Ничего из активных навыков, включая предметы, не работает. Надеюсь, логаут сработает. Больше не знаю, что делать.

— В крайнем случае, сообщи в Бладласт. Может, это баг. Хотя и очень маловероятно, — заключил Павел.

Посиделки длились еще около часа. Сэмми заявил, что он непременно прокачает кораблестроение и спроектирует летающий фрегат, если Сара поможет с двигателями и антигравитационным ядром. Завязалась дискуссия на тему гибридных ремесел в Острове. Сэмми долго

распинался о летающей ладье из Древних Царств, вооруженной нейтронными пушками и умной системой наведения. Сара и Павел убеждали, что на данном этапе в Спиритуме вряд ли доступны такие возможности. Сэмми не уставал и защищал свою гениальную идею.

***

И вновь зеленые изгороди с узкой дорожкой, тянущейся бесконечно далеко. Я повозился с зарослями. Пытался перебраться, перепрыгнуть, прорваться. Ничего не получилось. Попытался прорыть ход. Не вышло. Попытался просто рыть прямо вниз. Опять нет.

Потратив около часа на всякую чушь, я был в бешенстве. Хотелось выйти из игры и отправить Бриджит чрезвычайно корректное сообщение с небольшой долей неконтролируемой ярости.

Я улегся на тропу и погрузился в безмятежное ожидание. И опять ничего. Сконцентрировавшись на воспоминаниях, я пытался понять, что привело к этой ловушке. Может, мне не стоило останавливаться и ускоряться как вздумается? Может, нужно было мерно следовать за остальными духами? Но ведь они сами шлялись как попало. Что же я сделал не так?

Я лично отколол их от лестницы, ведущей с поверхности в глубины Царства мертвых. Весьма редкая и ценная вещь.

Внезапно всплывшие слова Фредерика Берроуза подали мне идею. Глупую, совершенно странную идею. Я вытащил особо крупный кусок обсидиана и положил на дорожку. Аккурат перпендикулярно самому пути. Представив, что осколок это и есть очередная ступень, я закрыл глаза и ступил на него.

Сработало! И вот я опять на Дороге теней. Бледные души умерших ступают вниз по бесконечным ступеням. Безмолвные, безмятежные, они бредут вперед, совершенно не замечая меня.

Решив не рисковать, я игнорировал любые сколы обсидиана. Того, что лежит в инвентаре, хватит. Надеюсь. Окружающий мир в издевке надо мной менялся. Я не осознал, когда именно вместо лестницы под ногами оказалась тонкий мост, ведущий к двум скалам-близнецам. Десятки колонн, кривыми изваяниями застывшие во времени, тянулись к сводам пещеры. Место выглядело знакомым.

Я окончательно убедился в своих догадках, когда дошел до входа. Сухонькая старуха, обвешанная черными одеждами, выставила трость, не давая мне пройти. Прозвучал голос, лишенный каких бы то ни было эмоции:

— Расскажи мне сказку.

О нет! Только не опять! Я судорожно осмотрелся. За мной следовало бесчисленное множество мертвецов. Если сделаю что-то не так, карга вновь закричит, и вся эта орава сожрет меня живьем.

— Расскажи старушке сказку, — повторила тварь.

Нокса и Анны в этот раз не было. Я попытался призвать их. Не получилось. Что делать? Что делать?! Черт! Черт!

— Расскажи старушке сказку, — тон ее не поменялся.

Я изрядно перенервничал и ляпнул первое попавшееся в голову.

— Ирен.

— Ирен? — вопросила карга.

— Я расскажу историю о маленькой девочке…

— Расскажи.

Я закрыл глаза, представляя мимолетные образы, пролетевшие перед моими глазами, когда Ирен начала петь. В ее печальном голосе я услышал историю жизни маленькой

девочки. Встречу ее родителей, тоску матери, одиночество и мечты о далеких городах, где в любое время суток кипит жизнь, а в тавернах не утихают песни бродячих менестрелей. Бабка слушала меня внимательно. С каждым моим словом она менялась. В пустых глазах засияла жизнь, а бледное лицо вдруг стало добрым. Теплая улыбка расцвела на ее губах. И даже голос ее стал живым и полным света:

— А шо потом?!

— Ирен спряталась в углу таверны и слушала песни Люциана, скрывая жаркий румянец. Она каждый день надевала разные платки и платья, садясь в самых темных уголках, не желая раскрыть себя. Однажды Люциан не пришел. А потом еще, и еще. На пятый день Ирен набралась храбрости и расспросила у посетителей о Люциане. Оказалось, бродячий музыкант покинул городок и побрел дальше по свету. Тоска о музыке загорелась в сердце Ирен бушующим пламенем. Она прижала руки к сердцу и, сама того не понимая, запела.

Старуха уставилась на меня со слезами на глазах.

— В момент, когда первая нота слетела с уст Ирен, все кто услышали… замерли. Чистейшая тоска и грусть полились нескончаемым дождем в душах бравых воинов и злобных лиходеев. Пережившие войны и бедствия старики упали в ноги Ирен и, проливая реки слез, просили спеть еще.

— И?!

— И Ирен спела. Семь дней и семь ночей она не замолкала. И жизнь всего городка застыла. Больные исцелились, погруженные в печали вновь улыбнулись. Даже холодные блюстители закона, чиновники с острыми носами и хмурыми лицами пустились в дикие пляски. Радость и свет воцарились в том городке. Ирен осталась в памяти его жителей как ангел, сошедший с небес.

Старуха пустила слезы и, морща нос, молча пропустила меня. Я, ошарашенный несвойственной мне разговорчивостью, поплелся дальше. Откуда все эти обороты и пафос?! Видимо, Ирен каким-то образом на мой мозг повлияла. Аж у самого глаза заслезились, стоило мне вспомнить ее…

— Не сходи с тропы, — услышал я вслед.

Путь представлял собой тонкое ущелье. Я шел в полном одиночестве, то и дело оглядываясь. Дорога и спереди и сзади исчезала в густом тумане где-то вдалеке. Отвесные скалы пропадали в вышине. Напомнило ту ловушку с изгородями. Я поспешил проверить умения. Да! Блок пропал!

— Придите, Анна, Нокс, Маррайяш!

Как только духи появились, я беспомощно повалился наземь и шумно выдохнул.

— Гримм? — Анна слегка склонила голову набок.

— Я просто рад, что не один…

— Мое задание привело в шикарный храм на райском острове, — отчеканил Нокс. — А у вас двоих какая-то серая муть.

— Райский остров? — хмыкнула Анна.

— Если рай такой, то…

Мою чрезвычайно остроумную фразу прервал Маррайяш. Он остановился и указал пальцем на стену.

— Ч-чего? — выдал я.

Монах ничего не ответил.

— Надо туда? — недоверчиво спросил я. — Старуха же сказала…

Маррайяш резко повернулся ко мне. Чересчур криповый жест от того, кого я воспринимал только как доброго целителя.

— Ладно-ладно! Я понял!

Нокс выставил руку, не давая мне пройти. Вместо этого он смерил монаха долгим взглядом и прошел вперед. Мы последовали за Пересмешником. Анна скривила пальцы и сконцентрировала энергию, готовая вступить в бой.

Едва я сошел с тропы, как реальность исчезла. Опять. Почему нельзя просто сделать обычный портал? Что за дурацкие переходы?