Чтение онлайн

Парнишка даже задохнулся от возмущения:

–  Это как это хозяева! Это чего это влезли! Да наше это хозяйство!

–  А кто вы такие, что здесь живете?
– Морт был доволен, что разговор завязался, и теперь взялся его поддерживать.
– Я слыхал, здесь людей нет совсем, одни вражцы. Давно вы в этих краях обосновались?

–  Спокон веку живем, - буркнул бородач, - хорошо жили, пока ваши не явились. Нам Большой говорил: стерегитесь чужих, которые с той стороны гор. Один придет, так за ним множество нагрянет.

–  Кто такой Большой?
– ухватился за новое слово Морт.
– И чего вы его слушаете?

–

 Как же его не слушать, когда он Большой?

–  Он самый большой, - поддакнул парнишка.
– Зря вы сюда пришли. С нами-то справились, а как Большой и вражцы нагрянут - тут вам и смерть.

Морт глянул на Лайка, тот коротко кивнул - дескать, продолжай.

–  А вот этот Большой - он кто? Старый человек?

–  Человек, как же, - ухмыльнулся младший пленник, - Он - Большой. Самый большой. Вражцы ему служат, мы тоже не перечим. Никто не перечит, он всему хозяин. Он умный.

Тут Морт начал догадываться. Вражцы служат…

–  Он здоровенный такой? С рогами, и мехом покрыт, таким… как лунный свет?

–  Ну…

–  Тогда все в порядке, - жизнерадостно объявил Морт, - мы с ним ладим! А вот вы…

Тут он притворно нахмурился.

–  А чего мы?

–  Зря вы из дому ушли, и напали на нас зря. Где ваши женщины? В лесу прячутся? Под снегом?

–  К соседям услали. Нам Большой сказал: чужие придут, и будет беда. Мы баб услали, сами в лесу схоронились. Ждали, чтоб вы уснули. И чего вам не спалось? Честный человек ночью спит.

–  Эх, как плохо вышло… - Морт покачал головой.
– Вот если бы вы нас добром встретили, мы б только переночевали, да и ушли. Ну, дорогу бы спросили, разве что.

–  А куда дорогу? Что вам здесь?
– встрял бородатый.

–  Нам в город надо.

–  Где большие дома из камня, - подсказал Туйвин. Там еще башня, тоже из камня, здоровенная такая.

–  А-а… там, где летние люди жили? Так их больше нет, Зима всех взяла. Только мы остались.

–  Зима взяла?
– Лайк нахмурился и, обернувшись к спутникам, объяснил, - эти - потомки местных, с которыми воевали маркграфы. Значит, эти пережили Зимний Прилив… Конечно, им лучше, если Галдерберн погиб, они снова заселили землю до самых Тархийских скал, откуда их выжили.

–  И боятся, что снова нагрянут люди из-за гор, - добавил Морт.
– Что ж, я их понимаю.

–  Послушайте, вы, двое, - маг обратился к пленникам.
– Если отведете нас в город летних людей, я вас отпущу. Если нет, значит… нет. Тогда не отпущу, понимаете?

–  Туда два дня шагать, - предупредил бородатый.
– Вас Большой по дороге поймает, да и нас не помилует.

–  Послушай, - обратился к нему Морт.
– Нас мало, ты сам видишь. Что за беда, если мы придем в город?

–  За вами другие заявятся. Так Большой говорит. Одни люди приходят, сперва мало, за ними другие, и так без конца, нам ничего не оставят, всю землю заберут.

–  А что, если Большой вас обманывает?
– спросил Лайк.

Бородатый пленник удивленно вытаращился на старика. Такая мысль ему и в голову не приходила.

–  Завтра вы поведете нас в город, - твердо заключил маг.
– А там пусть судьба решает. Мы ведь хоть с вами, хоть без вас дорогу отыщем. Вот и непогода закончилась, значит, с рассветом выйдем.

Морт глянул в окно - в самом деле, пленка больше не дрожала,

и снежные хлопья в нее не летели. Буря прошла.

–  Ну так что? Ведете нас? Или?..

Пленники переглянулись. Туйвин вытащил нож, Махаба злобно оскалился, а Матиал выразительно покачал наконечником копья перед лицами дикарей.

–  Отведем, отец?
– спросил младший пленник.
– Пусть Большой там уж рассудит, как оно выходит, верно мы делаем или нет.

Бородатый неуверенно кивнул:

–  Ладно.

Утро выдалось ясным и солнечным, как будто ночью не бушевала буря. Непогода оставила после себя груды снега, но они быстро таяли, повсюду журчало, звенело и плескалось. Бородатый дикарь потребовал, чтобы его развязали, иначе первому по лесу идти несподручно.

–  Как только побежишь - считай, сына своими руками убил, - предупредил его Лайк.

Младшего пленника не стали развязывать, вдобавок Матиал накинул ему не шею веревку и держался с парнем в середине группы. Бородач повел извилистыми тропами. Морт понял так, что их дорога будет вовсе не прямой, зато пройдет по возвышенностям, чтобы путникам не вязнуть в грязи. Снова потянулись перелески, пронизанные солнечным светом. Морт обратил внимание: серый маг держится освещенных участков, заботливо подставляя кристалл солнечным лучам. Без солнца нет магии, так получается - а недавние приключения под землей, а также ночная схватка отняли много волшебной силы.

–  Лайк!

–  Чего тебе?

Морт догнал чародея и пошел рядом.

–  Лайк, мне ведь позволительно не помнить общеизвестных вещей, верно? Скажи, когда ты подпалил задницу огненным шариком тому парню, ночью - ты ведь нарушил договор, верно? Серым магам запрещено использовать волшебство против человека?

–  Я мог бы назвать тебе множество причин, почему я это сделал, но скажу просто: не лезь не в свое дело.

–  Причины я и сам могу назвать… Да вот хотя бы такая: этот дикарь хотел тебя убить, и ты защищался. Но все же? Ведь серым магам запрещено.

–  Я не серый маг. Я только притворяюсь одним из них, и мне плевать на их правила. А теперь, сделай милость, не приставай ко мне и гляди по сторонам. Я думаю, нам должны устроить засаду.

–  А ты не убил того вчерашнего парня?

–  Нет.

–  Но мог бы?

–  Я не хотел его убивать, потому что…

–  Какой ты добрый!

–  …Потому что если убьешь одного, это обозлит остальных. И папаша это малого вряд ли так легко согласился бы стать нашим проводником. Мы ночевали на хуторе, наш проводник - отец, остальные были сыновьями. Морт, до сих пор ты задавал не слишком много вопросов, и это мне нравилось.

Ворон сорвался с плеча мага. Громко каркая, описал несколько кругов над зарослями и опустился, роняя черные перья, на плечо Лайка.

Перелетел на ветку и снова подал голос.

–  Стойте!
– Маг поднял посох.
– Эй ты, стой!

Проводник обернулся:

–  Чего?

–  По-моему, вон там, за старой елью, твои земляки устроили засаду.

Путешественники сгрудились, и Матиал на всякий случай приставил клинок к боку парнишке заложнику. Установилась тишина, все прислушивались, но сидевшие в засаде дикари не выдали себя ни звуком.