Чтение онлайн

Голос женщины-демона опустился до тихого пения. Шокированная, Клэри осознала, где она уже слышала его. Она увидела своего отца, стоящего в центре пентаграммы, и черноволосую женщину с щупальцами вместо глаз, стоявшую на коленях у его ног. Женщина сказала: «Ребенок, рожденный с этой кровью, обретет силу Высшего Демона из пропасти между мирами. Но это выжжет его человечность, как яд выжигает жизнь из крови».

— Я знаю, — сказала Клэри непослушными губами. — Я знаю, кто вы. Я видела, как вы порезали запястье и собрали кровь в чашу для моего отца. Ангел Итуриил показал мне это в видении.

Темные глаза Саймона переходили от Клэри к женщине, чей взгляд

был немного удивленным. Клэри подумала, что не так просто было ее удивить.

— Я видела, как мой отец вызвал вас. Я знаю, как он называл вас. «Моя Госпожа Эдома». Вы — Высший Демон. Вы дали свою кровь, чтобы сделать моего брата тем, кем он стал. Вы превратили его в… нечто ужасное. Если бы не вы…

— Да. Все это правда. Я дала свою кровь Валентину Моргенштерну, и он ввел ее в своего младенца-сына, и вот результат. — Женщина положила свою руку осторожно, почти лаская, на стеклянную поверхность гроба Себастьяна. На ее лице была очень странная улыбка. — Можно сказать, что, в некотором смысле, я мать Джонатана.

— Я же сказал тебе, что этот адрес был бессмыслен, — сказал Алек.

Изабель проигнорировала его. Когда они прошли сквозь двери здания, рубиновый медальон на ее шее слабо запульсировал, как биение отдаленного сердца. Это говорило о присутствии демонов. При других обстоятельствах она бы ожидала, что ее брат почувствует странность этого места, как и она, но он явно был слишком погружен в свои мысли из-за Магнуса.

— Достань свой ведьмовский огонь, — сказала она ему. — Я оставила свой дома.

Он раздраженно взглянул на нее. В вестибюле было достаточно темно, чтобы обычный человек ничего не смог разглядеть. Майя и Джордан оба обладали отличным ночным зрением оборотней. Они стояли в разных концах комнаты, Джордан изучал большой мраморный стол, а Майя прислонилась к дальней стене, очевидно, изучая свои кольца.

— Ты должна везде его с собой носить, — ответил Алек.

— Да ну? А ты взял свой Сенсор? — обозлилась она. — Я так и думала. По крайней мере, у меня есть это, — она похлопала по своему медальону. — Я могу тебе сказать, что там что-то есть. Что-то демоническое.

Джордан резко повернулся к ним.

— Там есть демоны?

— Я не знаю… может, только один. Он запульсировал и перестал, — признала Изабель. — Но это слишком большое совпадение, чтобы это был неверный адрес. Нам нужно проверить.

Тусклый свет окутал ее. Она взглянула и увидела Алека, держащего его ведьмовский огонь, его сияние было спрятано в его пальцах. Он отбрасывал странные тени на его лицо, отчего он выглядел старше, а глаза были более темного оттенка голубого.

— Тогда, пойдем, — сказал он. — Будем осматривать по одному этажу.

Они пошли к лифту, сначала Алек, затем Изабель, Джордан и Майя замыкали линию позади них. На подошвах ботинок Изабель были руны Беззвучности, но каблуки Майи стучали по мраморному полу, когда она шагала. Нахмурившись, она остановилась, чтобы снять их, и прошла остальной путь босиком. Когда Майя вошла в лифт, Изабель заметила, что на левом большом пальце ее ноги было золотое кольцо с бирюзой.

Джордан, опустив взгляд на ее ноги, сказал удивленным голосом:

— Я помню это кольцо. Я купил его тебе в…

— Заткнись, — сказала Майя, нажимая кнопку закрытия дверей. Двери заскользили, закрываясь, и Джордан замолчал.

Они останавливались на каждом этаже. Большинство из них все еще были не достроены — на них не было света, а с потолка, словно лианы, свисали провода. Окна были заколочены фанерой. Мебельные чехлы колыхались на слабом ветре, как

приведения. Изабель твердо держала руку на медальоне, но ничего не произошло, пока они не достигли десятого этажа. Когда двери открылись, она ощутила пульсацию внутри ее сжатой ладони, словно держала в ней маленькую птицу, которая била крыльями.

Она заговорила шепотом.

— Здесь что-то есть.

Алек просто кивнул; Джордан открыл рот, чтобы сказать что-то, но Майя сильно толкнула его локтем. Изабель проскользнула мимо брата в холл за лифтом. Теперь рубин пульсировал и вибрировал в ее руке сильнее, как раздраженное насекомое.

Позади нее Алек прошептал:

— Сендалфон.

Свет засиял вокруг Изабель, освещая холл. В отличие от остальных этажей, которые они видели, этот был хотя бы частично закончен. Голые гранитные стены окружали его, а пол был покрыт гладкой черной плиткой. Коридор вел в двух направлениях. Одно заканчивалось горой оборудования и спутанных проводов. Другое аркой. Позади арки было манящее черное пространство.

Изабель повернулась, чтобы взглянуть на своих спутников. Алек убрал свой ведьмовский огонь и держал сияющий ангельский клинок, освещающий лифт, как фонарь. Джордан достал большой, грубо выглядящий нож и сжал его в правой руке. Майя, вроде бы, собирала волосы; когда она опустила руки, в них было два длинных, острых шипа. Ее ногти выросли, а в глазах было хищное зеленоватое сияние.

— Следуйте за мной, — сказала Изабель. — Тихо.

Тук, тук — стучал рубин на шее Изабель, когда она шла по холлу, как удары настойчивого пальца. Она не слышала, как остальные шли за ней, но видела, что они были там, по длинным теням, отбрасываемым на темные гранитные стены. Ее горло сжалось, нервы звенели, как всегда перед дракой. Эту часть она любила меньше всего, ожидание перед освобождением жестокости. Во время драки ничто кроме нее было не важно; сейчас же ей приходилось заставлять себя держать разум под контролем.

Арка нависла над ними. Она была из мрамора, странно старомодная для такого современного здания, ее стенки отделаны завитками. Изабель быстро взглянула наверх, когда они проходили, и почти обомлела. На камне была вырезана ухмыляющаяся морда горгульи, хитро скалившаяся на нее. Она скорчила ей рожицу и повернулась к комнате, в которую входила.

Она была просторной, с высокими потолками, явно предназначена, чтобы однажды стать полноценной квартирой. Вместо стен от пола до потолка протянулись окна, открывающие вид на Ист-Ривер и Квинс вдалеке, где кроваво-красным сиял знак Coca-Cola и синим отражался на черной воде. Огни окружающих зданий колебались, сверкая, в ночном воздухе, как мишура на рождественской ели. Сама комната была темной и полной странных горбатых теней, расположенных на разных интервалах низко у земли. Изабель прищурилась, озадаченная. Они не двигались; они казались кусками квадратной мебели, но чего…?

— Алек, — сказала она мягко. Ее медальон дрожал, как живой, его рубиновое сердце обжигало кожу до боли.

В тот же миг ее брат оказался рядом. Он поднял клинок, и комната наполнилась светом. Изабель прижала ладонь к губам.

— О, Господи, — прошептала она. — О, ангел, нет.

— Вы не его мать, — голос Саймона сломался, когда он произнес это; Лилит даже не повернулась, чтобы взглянуть на него. Она все еще держала руки на гробе. Себастьян плавал внутри него, безмолвный и ничего не осознающий. Его ноги были босы, заметил Саймон. — У него есть мать. Мать Клэри. Клэри его сестра. Себастьян — Джонатан будет не очень рад, если вы ей причините боль.