Город падших ангелов
Шрифт:
— Кейли, — прорычала Клэри сквозь зубы. — Чего хочет Королева Фей?
Девушка-фея рассмеялась.
— Чего, — сказала она. — Да просто отдать тебе это. — Она держала что-то в руке, небольшой серебряный колокольчик-подвеску с петлей на конце, чтобы его можно было надеть на цепочку. Когда Кейли протянула руку ближе, колокольчик зазвенел легко и сладко, как дождь.
Клэри сжалась.
— Я не хочу подарков от твоей госпожи, — сказала она. — Поскольку они идут в комплекте с ложью и ожиданиями. Я не хочу быть обязанной Королеве.
— Это не подарок, — сказала Кейли нетерпеливо. — Это способ вызова. Королева прощает тебя
Клэри помотала головой.
— Я не стану звонить в него.
Кейли пожала плечами.
— Тогда тебе ничего не стоит взять его.
Будто во сне Клэри увидела, как она протянула руку, и ее пальцы заколебались над колокольчиком.
— Ты сделаешь что угодно, чтобы спасти его, — сказала Кейли, ее голос был тонкий и сладкий, как звон колокольчика, — чего бы тебе это ни стоило, что бы ты ни задолжала Небесам или Преисподней, разве нет?
Привычные голоса зазвучали в голове Клэри. «Ты хотя бы остановилась и задумалась, сколько неправды может быть в рассказах твоей матери, которые послужили своей цели? Ты и правда думаешь, что знаешь все секреты своего прошлого?»
Мадам Дорофея сказала Джейсу, что он влюбится не в того человека.
Его еще можно спасти. Но это будет сложно.
Колокольчик звякнул, когда Клэри взяла его, сворачивая в ладони. Кейли улыбнулась, ее голубые глаза сияли, как стеклянные бусины.
— Мудрый выбор.
Клэри помедлила. Но, прежде чем она могла бросить колокольчик обратно девушке-фее, она услышала, как кто-то зовет ее по имени, и повернулась, чтобы увидеть свою мать, идущую ей навстречу сквозь толпу. Она спешно повернулась назад, но не была удивлена, когда увидела, что Кейли пропала, растворившись в толпе, словно туман, растворяющийся в утреннем солнце.
— Клэри, — сказала Джослин, подходя к ней, — я искала тебя, а затем Люк показал на тебя, стоящую тут в одиночестве. Все в порядке?
«Стоящую здесь в одиночестве». Клэри стало интересно, что за волшебство использовала Кейли; ее мать видела сквозь большинство из них.
— Я в порядке, мама.
— Где Саймон? Я думала, что он придет.
Конечно, она сначала вспомнила Саймона, подумала Клэри, не Джейса. Хотя Джейс должен был прийти и как парень Клэри он должен был прийти раньше.
— Мам, — сказала она и замолчала. — Как думаешь, ты когда-нибудь полюбишь Джейса?
Зеленые глаза Джослин смягчились.
— Я заметила, что его здесь нет, Клэри. Я просто не знала, хочешь ли ты говорить об этом.
— Я имею в виду, — продолжала Клэри настойчиво, — как думаешь, он может сделать что-нибудь, чтобы понравиться тебе?
— Да, — сказал Джослин. — Он может сделать тебя счастливой, — она легко коснулась лица Клэри, и Клэри сжала ладонь, чувствуя, как впивается в кожу колокольчик.
— Он делает меня счастливой, — сказала Клэри. — Но он не может контролировать все в мире, мама. Случаются разные вещи… — она подыскивала слова. Как она могла объяснить, что это не Джейс делал ее несчастной, а то, что происходило с ним, не рассказывая, что это?
— Ты так его любишь, — сказала Джослин мягко. — Это меня пугает. Я всегда хотела защитить тебя.
— И посмотри, что из этого стало, — начала Клэри, а затем смягчила голос.
Было не время винить свою мать или ругаться с нею, только не сейчас. Не когда Люк смотрит на них от дверей, и его лицо светится от любви и беспокойства. — Если бы ты только знала его, — сказала она немного безнадежно. — Но, полагаю, все так говорят о своих парнях.— Ты права, — сказала Джослин, удивляя ее. — Я не знаю его, практически совсем. Я вижу его, и он напоминает мне немного свою мать. Я не знаю, почему… он не похож на нее, за исключением того, что она тоже была красивой, и в ней была эта ужасная уязвимость, которая есть и в нем…
— Уязвимость? — Клэри была шокирована. Она никогда не думала, что кто-то кроме нее самой считал Джейса уязвимым.
— О, да, — сказала Джослин. — Я хотела ненавидеть ее за то, что она увела Стефана у Аматис, но нельзя было заставить себя не хотеть защитить Селин. У Джейса это тоже немного есть, — она звучала потерянной в мыслях. — Или, может, просто красивые вещи легко ломаются жизнью. — Она опустила руку.
— Это не имеет значения. У меня есть воспоминания, с которыми я борюсь, но это мои воспоминания. Джейс не должен нести их груз. Хотя, я скажу тебе одну вещь. Если бы он не любил тебя, как он делает, а это у него на лбу написано, когда он смотрит на тебя, то я не стала терпеть его даже на мгновение. Так что не забывай об этом, когда злишься на меня.
Она отмахнулась от возражения Клэри, что она не злилась, с улыбкой и похлопала по щеке, а затем пошла назад к Люку с последним предложением для Клэри — смешаться с толпой и познакомиться. Клэри кивнула и ничего не ответила, глядя, как ее мать уходила, и, чувствуя, как колет ладонь колокольчик там, где она его сжала, словно головка горящей спички.
Пространство вокруг «Завода» было в основном заполнено складами и художественными галереями, такими местами, которые пустеют к ночи, так что найти парковку не составило труда для Джордана и Саймона. Саймон выпрыгнул из фургона, только чтобы увидеть, что Джордан уже на тротуаре и смотрит на него оценивающе.
Саймон не взял какие-либо другие вещи, когда покидал дом — у него не было ничего круче, чем военный жилет его отца — поэтому он и Джордан провели время после обеда, рыская по Ист-Вилледж в поисках приличной одежды. В итоге они нашли старый костюм «Zegna» в магазине под названием «Любовь спасает день», в котором в основном продавались ботинки на платформе с блестками и шарфы «Pucci» из шестидесятых. Саймон подозревал, что именно здесь Магнус покупал большую часть своей одежды.
— Что? — сказал он, скромно оттягивая вниз рукава своего пиджака. Он был немного маловат ему, хотя Джордан отметил, что если не застегивать его, никто не заметит. — Насколько плохо я выгляжу?
Джордан пожал плечами.
— Зеркала от твоего вида не треснут, — сказал он. — Я просто хотел спросить, вооружился ли ты. Нужно что-нибудь? Кинжал, может? — Он слегка распахнул свой пиджак, и Саймон увидел что-то длинное и металлическое, сияющее на фоне подкладки.
— Не удивительно, что вы с Джейсом так друг друга любите. Вы оба просто сумасшедшие ходячие арсеналы. — Саймон покачал головой от усталости и повернулся ко входу в «Завод». Он был через дорогу, широкий золотистый навес, бросающий прямоугольную тень на тротуар, который украсили темно-красным ковром с золотым изображением волка, вышитым на нем. Саймон не мог не развеселиться от этого.