Чтение онлайн

Конечно, я чувствовал, да и трудно было не почувствовать идущее от шара притяжение и тепло.

— У него много возможностей, — тихо продолжал Ривал, прикрыв глаза. — Он может показать близких людей, но прежде всего, это ключ… ключ, открывающий очень странные двери. Он будет твоей судьбой…

Ривал никогда не говорил мне, что у него есть дар ясновидения, но сейчас я всем своим существом чувствовал, что на него снизошла сила, дающая возможность заглянуть в будущее.

Я осторожно завернул шар в пергамент и для большей надежности спрятал во внутренний карман камзола.

Каменная плита, закрывшая дорогу, удивила Ривала не меньше, чем меня. Было очевидно, что здесь должны быть ворота в какое-то очень

важное место, но их не было. Странно, конечно, но кто может сказать, что странно и что не странно для Древних? В конце концов, мы и так немало нашли в этом походе, и можно со спокойной душой ехать обратно.

Во время обратной дороги Ривал ни разу не попросил меня снова показать мою находку. Да я и сам ни разу не доставал его, хотя и не забывал о нем ни на минуту. Обе ночи, что мы провели в Пустыне, мне снились странные сны, но утром, к сожалению, я ничего не мог вспомнить. И вдруг меня очень потянуло домой, словно кто-то шепнул мне, что там меня ждет чрезвычайно важное дело.

Насколько неприятна была мне Ингильда, настолько же понравился ее брат Торосс, с которым я познакомилась вскоре после нашего возвращения.

Он с небольшим отрядом приехал к нам в Иткрипт на осеннюю охоту. В это время мы обычно запасали дичь на всю долгую зиму.

Он был совершенно не похож на сестру, стройный, красивый и гораздо умнее ее. А вдобавок к этому, у него был великолепный голос.

Я как-то услышала, как леди Мет шутила с женщинами, что Торосс мог бы утонуть в девичьих слезах, так много их было пролито из-за него. Сам же Торосс не слишком обращал внимание на девушек, так как был занят обычными мужскими развлечениями — скачками, фехтованием, добившись в этом хороших успехов. А мне он сумел стать другом, о котором я всегда мечтала.

Он научил меня играть на лютне, и мы с ним разучили немало песен. Он часто дарил мне цветы, или ветку с золотыми листьями, или еще что-нибудь, такое же красивое и милое.

К сожалению, мне редко выпадала свободная минутка для такого отдыха. Осенью мы готовили запасы на всю зиму: коптили мясо, сушили фрукты. Кроме того, надо было вычистить и починить зимнюю одежду.

С каждым днем леди Мет поручала мне все больше и больше работы, твердя, что скоро я стану хозяйкой в своем доме и мне надо всему научиться и набраться опыта. И я очень старалась научиться, послушно исправляя невольные ошибки, так как не могла допустить, чтобы в новом доме кто-то подсмеивался над моим неумением. Я научилась по-настоящему гордиться, когда за столом хвалили приготовленные мной блюда.

Хотя мне приходилось крутиться целыми днями и даже вечером я редко могла отдохнуть, у меня из головы не шли мысли, родившиеся после разговора с Ингильдой. И я рискнула тайком от всех сделать то, что могло прийти в голову только такой молоденькой дурочке.

На западе нашей долины протекал источник. У нас верили, что если прийти к нему в полнолуние и посмотреть, как в нем отражается луна, то это принесет тебе счастье. И вот, не слишком веря, но все-таки очень надеясь, я дождалась полнолуния и ночью прокралась к источнику.

Ночь была прохладной, и я накинула теплый плащ с капюшоном. Остановившись на берегу, я приготовила шпильку, чтобы бросить ее в середину лунного круга. Но отражение луны вдруг затуманилось, и я с удивлением увидела, что это уже не луна, а белый светящийся шар. От неожиданности я выронила шпильку, и отражение, задрожав, распалось.

Я была так поражена, что совсем забыла заклинание, которое нужно было произнести. Так что весь мой поход оказался напрасным и никакого счастья принести не мог. Я посмеялась над нелепостью происшествия и побежала домой, зная, что в нашем мире реально существуют колдовство и магия. Довольно часто

у нас рождались люди с необычными способностями, чаще всего девочки. Некоторые из них уходили к Мудрым Женщинам и там, путем сложных тренировок, учились управлять невиданными силами. Это становилось их профессией на всю жизнь. Другие не занимались этим всерьез и, как аббатиса Мальвина, пользовались своим даром от случая к случаю. Но я — то знала, что у меня нет ни особых способностей, ни подготовки. Может, мне лучше не соваться в эти дела? Странно только, что я сейчас увидела вместо луны шар с грифоном.

Я машинально коснулась грифона, вышитого на моем платье, — герб Ульма, моего будущего дома. И опять задумалась я о своем женихе. Почему он до сих пор не прислал мне своего портрета? Ингильда говорит, что он чудовище. Вообще-то ей нет смысла лгать мне, да и слишком она горда, чтобы такое выдумать. И мне пришло в голову, что есть способ выяснить все самой.

Ежегодно к именинам мне привозили подарки из Ульма. На этот раз я поговорю с начальником отряда и через него предложу жениху обменяться портретами. Мой портрет был уже готов. Дядин художник, человек очень талантливый, нарисовал его два месяца назад. Да, именно так и нужно сделать!

Я подумала, что не напрасно прогулялась этой ночью к источнику если по дороге мне пришла в голову такая удачная мысль. И домой я прибежала вполне счастливая.

Теперь нужно было все продумать и подготовить. Портрет я аккуратно наклеила на отполированную дощечку и занялась футляром. Я сшила для него небольшой мешочек, вышив на одной стороне его герб — грифона, а на другой мой — сломанный меч. Я рассчитывала, что мой жених легко разгадает эту нехитрую символику: Иткрипт — мое прошлое, Ульмсдейл — будущее. Я никого не посвящала в свою затею и тратила на эту работу каждую свободную минуту. И я как раз занималась этим, когда в комнату неожиданно вошел Торосс. Портрет лежал на столе и сразу бросался в глаза.

— Что за искусник сделал это? — спросил Торосс. — Очень красиво и похоже.

— Это Аркан, дядин художник.

— И для кого ты его предназначаешь?

Мне показалось, что вопрос задан в непозволительно приказном тоне. Это удивило и даже немного рассердило меня. Но Торосс обычно был так вежлив и мягок со мной, что я решила, что мне просто почудилось.

— Я готовлю это в подарок лорду Керовану. Скоро он пришлет мне подарки на именины, а в ответ мне хочется отправить ему вот это, — искренне ответила я на его прямой вопрос, не собираясь объяснять ему все, что меня мучило.

— Своему лорду! — он поджал губы и отвернулся. — Я совсем забыл, что ты обручена. Слушай, Джойсан! А ты когда-нибудь задумывалась, как это будет — оставить родной дом навсегда и ехать жить к абсолютно незнакомым людям? — опять он говорил слишком жестко, словно хотел напугать меня.

Я взяла со стола портрет и, завернув его, убрала в готовый мешочек. Я не собиралась отвечать ему, пока он не выскажется яснее и я не пойму, почему он завел этот неприятный разговор.

— Джойсан! Ты знаешь, что имеешь право отказаться? — словно невольно вырвалось у него. Он стоял, не поднимая глаз, и я видела как его пальцы судорожно сжали рукоять меча.

— Чтобы опозорить и свой род, и род жениха? — резко бросила я ему. — Чтобы на нас потом показывали пальцем? Как тебе в голову пришло, что я могу так оскорбить человека, не сделавшего мне ничего плохого?

— А ты уверена, что он человек? — Торосс обернулся ко мне, и в его глазах плескалась такая ярость, что мне стало страшно. — Или ты не слышала, что говорят о наследнике Ульмсдейла? Я не знаю, чем они околдовали твоего дядю, раз он согласился на это обручение, но если брак был заключен обманом, любая девушка вправе от него отказаться! Джойсан! Я тебя очень прошу, подумай и откажись. И чем скорее, тем лучше.