Гнев бездны
Шрифт:
На месте Эдика я бы просто отправил убить меня свою ораву марионеток. Но, видимо, он не просто так называл их «своими телами». А значит, мне было достаточно всего-то коснуться кого-то из них.
Вот он и пытался заговорить мне зубы, понимая, что я безбожно туплю, когда тупить было категорически нельзя. Ну что поделать, если умений у меня накопилось много, но этим я толком и не пользовался? Вот и не сразу про него вспомнил.
Когда же моё тело практически скрылось в его пасти, я закрыл глаза и применил [Милосердие смерти].
Эдик в последнее мгновение пытался перемолоть мне кости, но, конечно же,
Последняя агония умирающего божества длилась на удивление долго. Все окружающие нас никассы схватились за головы и завопили так, что у меня заложило уши. Основное его тело как-то странно завибрировало, и меня чуть не стошнило уже во второй раз.
Вся эта свистопляска длилась по факту несколько минут, но для меня они показались целой вечностью, так как былой выносливости у меня уже не было. И да. В конце концов, меня всё же стошнило прямо на труп уже мёртвого бога.
Давление на моё тело ослабло, и я кое-как, ругаясь и матерясь, смог высунуть наружу сначала правую, а затем левую руку. И лишь потом, извиваясь, как глист в скафандре, я смог вытолкнуть себя на волю из этого органического капкана.
Тяжело дыша, я уселся на самом верху трупной кучи, которую теперь представлял из себя Эдик, и вытер рот от содержимого своего желудка. И тут же едва не блеванул снова, так как рука, как и всё тело, была в какой-то мерзкой слизи.
— Бе! — скривился я отряхиваясь. — Последний, кто меня пытался так сожрать, тоже плохо кончил, — бросил я Эдику напоследок и пнул один из крупных отростков, выходящих из его тела.
И тут я задался вопросом. Если вся эта поросль является его продолжением, значит, всё это время я мог его убить, просто прикоснувшись к этим побегам ещё на нижних этажах?
— Вот бы было забавно, — покачал головой я и осмотрелся с высоты.
Все никассы лежали на земле абсолютно мёртвые. Убедился я в этом, спустившись вниз и проверив их пульс. Хотя, кто знает, где у них идут крупные сосуды? Пришлось оголить тело ближайшей иномирки, чтобы приложить ладонь к сердцу, но из-за огромных грудей сделать это было невозможно.
— А у Эдика губа не дура, — усмехнулся я и плюнул на это дело.
Оставшись один посреди зала, я начал думать, а что же делать дальше. По идее, со смертью Эдика выкачивание энергии должно было прекратиться, и торопиться было больше некуда. Но мою силу ещё раньше постепенно тянула сама бездна. Хотя чего уже бояться? Больше тянуть-то нечего.
По всему выходило, что нужно было идти искать Афеллио. Вот только будучи дрищём, как мне теперь это сделать? Возможно, стоило остаться на месте и ждать, пока он сам сюда не явится?
Что ж, тогда для начала надо бы отмыть всю эту мерзкую слизь с себя. [Очистка] почему-то не срабатывала. Возможно, из-за выкачанной из меня энергии ей требовалось больше времени на перезарядку. Но по идее, где-то же Эдик должен был купать своих марионеток. Ведь как бы я не принюхивался, их тела не пахли и выглядели довольно свежими.
Пришлось побродить по этому царскому дворцу в поисках какой-нибудь бочки с водой. Но в поисках меди я нашёл золото. Когда я открыл одну из дверей на коридоре, через который шёл в тронный зал, в меня ударила волна пара и горячего воздуха, после чего моему
взору предстало убранство ещё одного зала. Именно так я и представлял себе римские термы.Богатое просторное помещение с множеством горячих бассейнов. Ну и мёртвыми телами никасс, плавающими в них. Подойдя к одной из купален, я обнаружил возле неё два трупа, почивших прямо во время акта совокупления.
— Ну, ты, конечно, шалун, Эдик, — усмехнулся я. — Убивал меня и одновременно с этим занимался сексом? Э-э-э… Получается сам с собой?
Я помотал головой, не желая больше даже думать о том, что творил тут этот свихнувшийся божок.
Выловив из одной купальни плавающее там тело полностью обнажённой никассы, я оттащил его подальше и убедился, что она ничем не загадила воду.
Возможно, кто-то побрезговал бы мыться там, где только недавно был труп, но мне после года в подземельях было настолько на это плевать. Да, [Очистка] спасала всё это время. И позволяла не загаживать своей грязью изредка находимые подземные ручейки, в которых я набирал воду. Но всё равно это не сравнится с возможностью погрузить своё тело в горячую купель.
Кстати, если на верхних этажах бездны особых проблем с водой не было, и найти подземные ключи было в целом не трудно. То на нижних этажах всё чаще приходилось буквально пить кровь убитых монстров.
Поэтому меня всё сильнее одолевала мысль о том, чтобы поселиться в этом дворце. Нужно только оценить запасы провизии.
Кстати, о провизии. Когда я вдоволь наплескался, мой живот снова заурчал. И немудрено. Ведь немалую часть обеда я вытошнил наружу. А значит, можно было пойти и снова приложиться к пиршественному столу, пока там всё не стухло.
Свои штаны я пока что решил не надевать, а быстренько их простирнуть. Вместо экипировки я замотался в белые шелка, снятые с одного из трупов, и вернулся в тронный зал. Там, развалившись на кресле, я небрежно жевал какую-то голяшку, забросив ноги прямо на стол, и смотрел на труп Эдика.
— Всё-таки убить божественную тварь дорогого стоит, — высказал я вслух мысль.
Жаль только поделиться этим достижением не с кем.
Кстати, на обратном пути в зал я нашёл местный арсенал, в котором хранилась целая уйма самых разнообразных предметов. Но все они были именно что просто предметами. Никаких свойств они больше не имели и артефактами не являлись. Похоже, что все силы из них были высосаны, чтобы отдать дань бездне. А это означало, что со временем [Истязатель], оставшийся в лабиринте, также может стать просто тупой железякой. От этого осознания внутри снова засвербела горечь от утраты всей силы, и люто захотелось поныть:
— Мечи потерял, характеристики забрали. И даже Афеллио куда-то запропастился.
Стоило мне произнести это вслух, как арка погасшего после смерти Эдика портала, внезапно снова засветилась.
Я подскочил на ноги и уставился на портал, без понятия, что теперь делать. Если оттуда выйдет кто-то с недобрыми намерениями, то я ничего не смогу ему противопоставить. А значит, что? Значит, нужно не ворон считать, а прятаться. Вот только куда? Не под стол же!
И тут у меня возникла дурацкая идея, которая вполне могла сработать. Нужно было притвориться мёртвым. А учитывая, что вокруг меня всё усеяно трупами, затеряться в их толпе, должно быть, не так сложно.