Чтение онлайн

Выстрел винтовки прозвучал так близко, что меня оглушило. Капрал Ланс, наш водитель, капрал Ланс, выстрелила через окно в одно из коленей Сиобхан. Я даже не слышала, как Ланс открывала окно. Хотя я и должна была сосредоточится на магии, которую применяла. Должна была… Кожа Сиобхан текла, сливаясь с рукой, мышцы и внутренние органы наплывали на ее лицо, будто ее затопила вода. Она была сидхе и не могла умереть из-за отсутствия воздуха. Это меня можно утопить. Это и было одним из доказательств, когда моя тетя называла ничего не стоящей. Но Сиобхан не умрет только потому, что ее вывернуло наизнанку.

Сидхе так легко не умирают.

Лунный свет блестел на крови и на других частях ее тела, которые никогда не должны были выйти на свет. От нее остался только шар плоти. Ее сердце пульсировало на поверхности шара, как в прошлый раз, когда я сделала это. Она была слишком далеко от меня, чтобы услышать ее крик, но я была уверена, что она кричала. Крик или проклинала меня.

— Что это такое сбоку? — Спросила Грегорио.

— Ее сердце, — сказала я.

— Она не мертва?

— Нет.

— Иисус!

— Вот именно.

Некоторые из фигур в броне упали на колени, но не все. Там был Конри в красной с золотом броне, он однажды пытался убить Галена. Я нацелила на него меч и он начал таять. Возможно, это был бы любой, кто остался стоять. Если бы они опустились на колени, они остались бы живы, но они бросили мне вызов, а значит должны пострадать. Все просто.

Конри кричал, выворачиваясь на изнанку, и последние стоявшие воины упали на колени. Те, кто уже был на коленях, прижали их лица к земле. Меня это беспокоило, когда мои стражи пытались спасти меня, но этой ночью, в этот момент, я была рада такому выбору. Они пришли, чтобы убить меня и всех, кого я люблю. И если нельзя их всех убить, то пусть бояться меня.

Капрал Ланс закричала, бросив свою винтовку Грегорио и закрыв окно:

— Закрывай окно, и уходим отсюда!

— Почему? — Спросила Грегорио.

— Волшебники. Вы не думаете, когда колдуете. — Она завела двигатель, и мы тронулись. — Поднимите это чертово окно!

— Если поднимете окно, то я не смогу продолжать колдовать, — сказала я.

— Граната все еще может взорваться.

— Вы сказали, что она не может повредить этот автомобиль, — сказала я.

— Вы — наш подопечный. Я не буду рисковать.

Она повела машину вперед, начав огибать грузовик, стоявший перед нами. По рации спрашивало, почему мы двигаемся. Слово «граната», казалось, всех оживило. Заработали двигатели других машин, и это привело к хаосу. Слишком многие поддались иллюзиям, было слишком много беспорядка, пока они разбиралась, кто заберет людей, кто пострадал, а кто мертв. Счет же шел на секунды.

Я не думала о том, что может случится. Я просто представила гранату в теле Сиобхан. Ведь ее плоти достаточно, чтобы сдержать взрыв? Я надеялась, но не была солдатом. Я не была даже воином. Я ошиблась, как ошибались многие, кто владел только магией. Я не думала о физике, а физика внезапно стала важна.

Взрывом качнуло хаммер, обрызгав его кусками плоти, костей и шрапнели. Мое окно было открыто. Что-то попало мне в правое плечо и в верхнюю часть груди, отбросив меня назад на сиденье, а меч упал куда-то в ноги.

Я потеряла власть над Абен-дул. Мне удалось крикнуть:

— Не касайтесь меча, что бы вы не делали! Никого не подпускайте к нему! — Я заставила себя приподняться и попытаться нащупать

рукоять меча. Если бы Грегорио или Ланс коснулись его, их вывернуло бы так же, как Конри и Сиобхан…

Лицо Грегорио появилось надо мной:

— Вы ранены! — Она повернулась к водителю. — Она ранена. Принцесса ранена!

Я продолжала пытаться добраться до меча. Как будто мир сузился до вернувшейся в мою руку рукоятке. Нельзя позволить еще кому-нибудь касаться его. Они этого не знали. Они этого не понимали.

Грегорио разорвала мне плащ. Я пыталась удержаться на месте, пока капрал Ланс везла нас по неровной дороге. Моя рука сомкнулась на рукояти, когда я почувствовала позади себя Грегорио.

— Я должна посмотреть раны, принцесса, пожалуйста.

Она потянулась за моей спиной. Ее руки были в крови, когда она добралась до меня. Я же отвернулась, собирая все силы, чтобы вложить Абен-дул в ножны и закрыть все замки.

Грегорио развернула меня лицом к себе, когда хаммер подпрыгнул по кочке.

— Черт! Нам нужен врач, срочно!

Я посмотрел вниз, куда смотрела она, и увидела осколки в теле, где кожаное пальто было продырявлено. Я смотрела на кровь и осколки, торчащие из моего тела, и думала: «Мне ведь должно быть больно?».

— Ее кожа холодеет. У нее шок. Дерьмо!

А я в это время думала: «Нет, у меня не шок. Меня могло убить. Разве нет?». Казалось, я плохо соображала. Но в этот момент боль добралась до меня, сметая шок. Так с маленькими порезами, они не болят, пока не увидишь кров. Но это ранение не было маленьким и боль была резкой и горячей. Почему было горячо? Это мое воображение или я действительно чувствовала осколки, которые впились в мою плоть?

Я схватила Грегорио левой рукой, потому что не смогла поднять правую. Что-то неправильное было с моим плечом.

— Мне нужен Дойл. Мне нужен Рис. Мне нужны мои мужчины.

— Мы доставим Вас в безопасное место, а потом будем волноваться за Ваших стражей, — крикнула назад водитель.

Капрал Ланс вела машину, и рядом с нами ехать другой хаммер. Мы проехали мимо автомобиля, в котором должны были быть Гален, Шолто и Мистраль. Но их там не было. Грегорио пыталась уложить меня. Я отталкивала ее. Где они?

Я послала свою магию, разыскивая их, и почувствовал ответный порыв магии. Кому-то, кто ответил на мою магию, было больно, очень больно. Его жизнь мерцала как пламя на сильном ветру. Приближалась смерть.

Больше ни о чем я не могла думать, как только добраться до него. Должна добраться до него. Должна… Я дотронулась до лица Грегорио, прошептав ей: «прости», я улыбнулась ей. Я призвала свое очарование и позволила ей увидеть не то, что она видела, а то что я хотела ей показать. Что-то, что помогло бы мне выбраться отсюда к этому мерцающему свету, пока я чувствовала его там в темного.

Ее лицо смягчилось, и она прошептала: «Кевин».

Я улыбнулась, когда она наклонилась поцеловать меня, я ответила на поцелуй очень мягко, и мягко положила ее, продолжающую счастливо улыбаться, на сидение. Она мечтала о человеке, который подарил ей такой поцелуй. Это был тип гламора, применение которого было незаконно, как изнасилование на свидании. Но мне нужно было уйти, у меня не было к ней другого интереса.