Чтение онлайн

"...он говорит, что это была 'разархивация'," — с трудом произнес Алекс.

Киана на мгновение прекратила возиться с кофеваркой и посмотрела на него. В ее глазах блеснул огонек. Не страх. Профессиональный азарт. Тот самый, который заставлял ее вскрывать непробиваемые системы просто ради интереса.

"Он говорит с тобой прямо сейчас?"

"Постоянно. Комментирует, поправляет. Думаю, сейчас он анализирует состав твоего кофе и считает его недостаточно сбалансированным".

Анализ подтверждает: повышенная кислотность зерен может негативно сказаться на когнитивных функциях в долгосрочной перспективе, — услужливо

подсказала мысль.

Киана хмыкнула и разлила дымящийся напиток в две потертые керамические кружки. Одну она протянула Алексу.

"Пусть анализирует. Итак, у нас есть бестелесная сущность, возможно, программа или ИИ невообразимого уровня, которая использует твою нейронную сеть как процессор. Она умеет локально редактировать пространство, но это требует колоссальной энергии. Она обманом заставила тебя довести ее до некой 'Двери', но ты отказался играть по ее правилам. В результате за тобой охотятся хранители этой 'Двери', которые считают тебя угрозой. А сама сущность держит тебя в заложниках, потому что ты — ее единственный шанс выжить и, возможно, найти нового носителя. Я ничего не упустила?"

Алекс сделал глоток. Кофе был отличным. "Ты упустила новую угрозу из другой галактики, которую я, кажется, разбудил. А в остальном — все верно".

"Прекрасно," — Киана улыбнулась, но глаза ее оставались серьезными. — "Это самая невероятная задача, которую я когда-либо видела".

Она отставила свою кружку и подошла к стеллажу. Ее пальцы забегали по панелям, активируя диагностическое оборудование.

"Я не могу просто 'вырезать' его. Он не вирус, не имплант. Это... как пытаться отделить мелодию от звуковой волны. Но я могу попробовать его изолировать. Построить вокруг него 'клетку' в твоем же сознании. Нейронный файрвол, который отрежет ему доступ к системам твоего тела и, что важнее, к системам корабля. Но для этого мне нужно понять, как он работает. Какова его 'сигнатура'".

Она вернулась с легким металлическим обручем, утыканным микросенсорами.

"Надень. Это неинвазивный нейросканер. Он просто считает общую картину активности твоего мозга. Не бойся, он даже пароли от твоих счетов не узнает".

Алекс надел обруч. Тот был чуть холодным.

Киана склонилась над монитором, на котором побежали сложные графики. Она хмурилась, что-то бормотала себе под нос, переключая режимы. Прошла минута, потом другая.

"Странно," — наконец произнесла она.

"Нашла что-то?"

"Нет. В том-то и дело. Я не нашла... тебя".

Она повернула к нему экран. Один из графиков, показывающий общую нейронную активность, выглядел неправильно. Вместо хаотичного, рваного рисунка, свойственного живому мыслящему мозгу, на экране была почти идеальная, плавная синусоида. Упорядоченная. Спокойная. Мертвая.

"Тут слишком тихо," — пояснила Киана, указывая на график. — "Весь 'шум', вся случайная активность, которая и делает тебя... тобой, — она подавлена. Он не просто сидит у тебя в голове. Он 'оптимизирует' твой мозг по своему образу и подобию. Превращает живой хаос в идеальный, холодный сигнал". Она подняла на него взгляд. "Сколько ты уже с ним?"

"Пара дней..." — неуверенно ответил Алекс.

"Если так пойдет и дальше, через пару недель 'вырезать' будет уже нечего. От Алекса-курьера останется только идеально работающая биологическая оболочка для 'Ключа'".

Она задумчиво постучала пальцем по столу.

"Этот

сканер бесполезен. Это как пытаться измерить температуру звезды обычным термометром. Мне нужен доступ к более мощной системе. Диагностическому комплексу, который сможет проанализировать твою сигнатуру на квантовом уровне. И такое оборудование есть только в одном месте на этой станции".

"Где?" — спросил Алекс, чувствуя, как холод расползается по его спине, и это был не холод от обруча на голове.

"В медицинском отсеке Службы Безопасности Порт-Оазиса," — ответила Киана. — "Самом охраняемом месте на этой дырявой жестянке". Она усмехнулась. "Так что наш первый шаг — не операция. Наш первый шаг — ограбление".

"Ограбление? Ты серьезно?" — Алекс снял с головы бесполезный обруч. — "Нас двое. Ты — техник, я — курьер. А нам нужно вломиться в главное осиное гнездо на этой станции?"

"Именно поэтому мы не пойдем туда вдвоем," — спокойно ответила Киана, одним движением убирая свое оборудование. — "И не сейчас. Сначала — разведка. Но нам нужно найти мускулы. А лучшие мускулы в 'Трюме' нужно не покупать, а убеждать".

Она накинула потертую куртку с капюшоном поверх своего рабочего комбинезона. "Пойдем. Я покажу тебе свой город. И держись поближе. Здесь не любят чужаков. Особенно тех, у кого на счету состояние целой планеты. Информация здесь расходится быстрее вируса".

Они вышли из мастерской. Мир "Трюма" тут же обрушился на Алекса. Коридор был забит существами всех форм и размеров. Четырехрукий торговец жарил на открытом огне каких-то инопланетных моллюсков, наполняя воздух пряным, дымным ароматом. Мимо проплыл, лениво шевеля щупальцами, медузоподобный посол с газовых колоний Юстинго, окруженный свитой из суетливых дроидов-переводчиков. В темном углу двое киборгов с одинаковыми аугментированными глазами играли в кости на деньги, используя в качестве стакана собственную съемную кисть. Неоновые иероглифы на вывесках сменялись бегущими строками на галактическом стандарте, рекламируя все — от ремонта звездолетов до вечной жизни (с очень туманной гарантией).

"Ты к этому привыкла?" — спросил Алекс, стараясь никого не задеть.

"К этому не привыкаешь. Ты просто учишься быть незаметнее, чем пятно на стене," — ответила Киана, легко лавируя в толпе. Она вела его по лабиринту переходов, лестниц и грузовых лифтов все глубже, на нижние уровни. Воздух становился тяжелее, свет — тусклее.

Они вышли на "Ржавый рынок" — огромную пещеру, где продавали и покупали все, что можно отвинтить от корабля. Горы искореженного металла, ряды разобранных дроидов с пустыми глазницами, двигатели, из которых капало масло. Здесь пахло ржавчиной, старьем и безнадегой.

"Нам сюда," — Киана кивнула в сторону самого шумного места на рынке — импровизированной арены.

В центре круга, окруженного ревущей толпой, стоял силовой стенд — испытательная машина для промышленных сервоприводов. Двое противников садились друг напротив друга, упирались руками в специальные площадки, а машина создавала между ними мощнейшее силовое поле, которое пыталось оттолкнуть их руки. Цель была проста: пересилить поле и заставить руку противника коснуться своей конечной пластины. Это был поединок не столько мышц, сколько воли и выносливости.