Чтение онлайн

Что ж, раз я осталась без браслета, который могла продать в Серосе, то, по крайней мере, я могла бы заняться добычей камней.

Я выглянула в окно, пытаясь разглядеть в темноте силуэт Уэста. Я не видела его, но чувствовала, что он наблюдает за происходящим.

Он совершил ту же ошибку, что и я, показав мне, что ему дорог этот кинжал. И Уэст не просто хотел его заполучить. Ему он был по какой-то причине нужен. Если бы я знала, какова эта причина, то у меня появился бы рычаг давления на него.

– Вы что-нибудь знаете о том торговце, у которого купили

кинжал?

Мужчина бросил медяки в банку позади себя и указал на написанную от руки табличку у окна.

НИКАКИХ ВОПРОСОВ

Я бросила на него взгляд исподлобья. Что ж, действительно, никто бы не захотел вести дела со скупщиком, который треплется о том, откуда берутся вещи в его лавке. Я была не первым нечестным клиентом, одним из многих пришедших за день, и я не была последним.

Скупщик выпроводил меня, указывая рукой на выход.

Когда Уэст увидел, что я иду, он вышел из-за повозки, стоящей в переулке, и остановился в ожидании, засунув руки в карманы. Я вытащила кинжал, протягивая его ему, и на его лице тут же появилось явное облегчение.

Уэст взял кинжал, кивнув мне.

– Спасибо.

– Это было не за спасибо, – напомнила я ему. Он заплатил мне тридцать пять медяков и пообещал проезд до Сероса за возвращение клинка. И я выполнила свою часть сделки. Даже если у меня осталось всего несколько медяков, все равно это было больше, чем было до того, как мы добрались до Дерна.

Я последовала за Уэстом по деревенским улицам. Мы возвращались к трем наклонным трубам таверны. Тепло очага вырвалось на улицу, когда мы вошли, и я огляделась в поисках команды, но внутри были лишь незнакомые мне люди, сидевшие вокруг столов с рюмками ржаного виски. Уэст протиснулся между ними и прислонился к барной стойке у камина, пока перед нами не появилась тощая женщина с копной волос, повязанных на макушке красной косынкой.

– Уэст.

– Ужин. И комнату, – он бросил три медяка на стойку, и женщина засунула монеты в свой фартук, улыбаясь мне знающей улыбкой.

Я покраснела, когда поняла, о чем она подумала.

– Нет, – сказала я, поднимая руку, – мы не…

Женщина подмигнула мне, а Уэст даже не потрудился поправить ее. Вероятно, я была не первой девушкой, с которой он пришел в таверну, а затем повел вверх по лестнице. То же самое беспокойство, которое я испытала, наблюдая за Уэстом и Уиллой в переулке, проснулось у меня в животе. Уэст положил руку на стойку, облокотившись на нее, и я посмотрела на бледную полоску, опоясывающую его палец.

– То кольцо. Оно было важно для тебя?

Рука Уэста сжалась в кулак, и он засунул ее обратно в карман, когда повернулся к лестнице, игнорируя мой вопрос.

– Спокойной ночи.

Я наблюдала, как он поднимается по ступенькам. Луч света пролился в коридор, когда он открыл и закрыл дверь.

– Что ж, пойдем, – женщина за стойкой выглядела разочарованной, проходя мимо меня с кольцом ключей, свисающим с ее руки. Она отперла дверь рядом с комнатой Уэста, где уже были потушены свечи. – Вот мы и пришли.

Вдоль одной стены крошечной комнатушки

располагались маленькая кровать и таз с водой, а у другой – стул. Я переступила через порог.

– Я вернусь и принесу тебе что-нибудь поесть, – улыбнулась женщина, пятясь из комнаты и тихо закрывая дверь.

Я подошла к окну и посмотрела поверх крыш на гавань, где в темноте едва можно было различить корабли. Когда шаги женщины стихли в коридоре, я оглянулась через плечо на деревянную дощатую стену, разделявшую мою комнату и комнату Уэста. Свет не проникал сквозь щели, и я сделала шаг ближе, скрестив руки на груди и прижавшись лбом к стене.

За одну ночь я едва не лишилась своей возможности пересечь Узкий пролив, потеряла кучу денег, на которые могла бы на первых порах жить на Серосе, а еще я раздобыла самое мощное оружие, которого у меня не было с тех пор, как я оставила Джевал, – правду о «Мэриголд».

Если Уэст управлял теневым кораблем, то, вероятно, его судно было самым опасным местом для меня в Узком проливе. Я сделала неправильный выбор, когда бежала по барьерным островам с Коем, следовавшим за мной по пятам. Любой торговец взял бы мои деньги, но я побежала к «Мэриголд».

Утро началось с резкого стука в дверь, и я вскочила на ноги, чтобы поспешить распахнуть ее, моргая единственным проснувшимся глазом.

На пороге стояла Уилла. Она откинула с лица свои скрученные локоны, на ее полных губах играла веселая ухмылка.

– И как это тебе удалось? – она оглядела комнату.

Я плеснула водой из таза себе в лицо, прижимая ладони к разгоряченной коже. Началась лихорадка, от которой у меня кружилась голова.

Уилла наблюдала, как я натягиваю ботинки один за другим.

– Думаю, Уэст просто передумал.

– Ну-ну.

Она бросила взгляд на куртку, висящую на спинке стула.

Я последовала за Уиллой вниз по ступенькам в таверну, где все, кроме Хэмиша, уже заканчивали завтракать. Посреди стола стояли два чайника с чаем и щербатые глиняные тарелки, наполненные ломтями сыра и маленькими буханками свежего хлеба. Уэст не смотрел на меня, его глаза были прикованы к бухгалтерским книгам Хэмиша, которые лежали раскрытыми между ними.

Уэст не просил меня молчать о событиях прошлой ночи, но я не думала, что он рассказал об этом Уилле. Я понимала, что она не обрадовалась бы, узнав обо всем, что мы сделали, и мне не нужно было выглядеть врагом в ее глазах.

Я заняла свободное место рядом с Паджем и наполнила пустую чашку чаем, краем глаза изучая страницы бухгалтерской книги.

Но мне не удалось провести Паджа. Он закрыл книгу, облокотился на стол и пристально посмотрел на меня.

– Я думал, мы решили, что ныряльщица останется на корабле.

– Так и было, – сказал Уэст, поднимая свою чашку. Его лицо было осунувшимся и усталым, волнистые волосы заправлены за уши. Он поставил локти на стол и отпил чая, встретившись со мной взглядом. – Мы также договорились, что она пересечет Узкий пролив целой и невредимой.