Фатум
Шрифт:
— Знаешь, я тоже сделал татуировку ради неё.
Рутенис был приятно удивлен — казалось, для него были в новинку такие доверительные и тесные отношения между двумя существами вроде нас. И всё же мне показалось, что с Медом у него была связь, довольно похожая на нашу.
Гибридка улыбнулась. — Правда?
Он задрал футболку точно так же, как я, с гордостью демонстрируя татуировку в районе печени.
Это было перо — рыжее и оранжевое, цвета идеально перетекали друг в друга и уходили вверх парой языков пламени тех же оттенков. Перо феникса.
Химена уперлась
— Это просто фантастика. — Она выпрямилась с нежной улыбкой на губах. — Вы очень близки, как я погляжу.
Мы посмотрели друг на друга с той любовью и преданностью, которую невозможно объяснить и о которой редко доводится даже слышать. Чистая любовь, свободная от цепей, но соединенная неразрывно.
Он пожал плечами и улыбнулся. — Она моя сестра, тут и говорить нечего.
— Он мой брат, тут и говорить нечего, — произнесли мы одновременно.
Непроизвольная и нежная улыбка тронула и мои губы.
Пусть наша кровь не была одинаковой, пусть у нас были разные родители — для меня он был тем братом, которого у меня никогда не было.
Пусть мы встретились спустя годы после рождения, по чистой воле случая — мы действительно были семьей. Пожалуй, единственной, кто мог быть рядом.
Нас связало нечто глубокое с первой же секунды — глубже, чем связь между родственными душами, глубже, чем просто лучшая дружба.
С его присутствием подле меня груз боли, что я носила внутри, разделился пополам.
Я была уверена: если с кем-то из нас двоих что-то случится, у другого не останется причин жить дальше; он принесет себя в жертву, сопротивляясь желанию сдаться лишь для того, чтобы другой вечно жил в его сердце.
Это тоже был сорт любви, которая никогда не гаснет.
Глава 3
Ночь тянулась медленнее, чем я в глубине души надеялась.
Попытка уснуть стала непосильным трудом из-за моих обострившихся чувств. Я боялась, что в виллу кто-то ворвется, опасалась, что меня разбудят полные страданий крики гибридки, и прокручивала в голове еще тысячу столь же ужасных сценариев.
Несмотря на то что мы распределили дежурства по охране дома, и несмотря на присутствие волка у моих ног — он свернулся рядом и мирно отдыхал, — сон избегал меня всю ночь.
К счастью, у нас не было в нем физической потребности, по крайней мере такой, как у людей.
Время от времени я чувствовала нужду в паре часов отдыха, чтобы восполнить потраченную энергию, — этого требовала моя божественная часть. Однако за годы я приучила себя не поддаваться привычке, борясь с естественной потребностью спать в самые темные и изолированные часы. Так я научилась держаться максимум пять дней без особых проблем.
Я привыкла к тому, что демоны высшего ранга или приближенные к триаде вызывали меня на задания, где сон не должен был мешать работе, и я днями и ночами бродила по городам в поисках того или той, кого нужно покарать.
Мне пришлось научиться выживать в любой ситуации.
Моя работа
не была честной, и уж тем более этичной, но это было единственное, чем я могла себе позволить заниматься. Я была более чем уверена: у меня никогда не будет шанса на нормальное будущее в шкуре обычной с виду женщины. И мне не было дозволено лгать.Демоны были обречены всегда говорить людям правду.
Потому что союз между людьми и демонами был единственным, чего никогда не должно было случиться.
Всё остальное было дозволено.
Сонный голос вырвал меня из этих мыслей. — Доброе утро, Арья.
Я повернулась к гибридке и вежливо ей улыбнулась.
— Я еще не привыкла просыпаться так рано. Уже около пятнадцати дней Мед и Рут будят меня в шесть утра, но я всё никак не втянусь, наверное, потому, что обычно просыпалась в десять, — она зевнула.
Я весело хмыкнула. — Вполне понимаю, что для людей, привыкших к человеческой жизни, всё это может быть травматично.
В этот момент в кухню вошел Мед; на нем были темные рваные джинсы, красное поло без воротника и пара черных сапог. Я представила, что под майкой, вероятно, на узкой талии, он, как и я, носит перевязь с клинками и оружием, которое может пригодиться в бою.
Во время обучения нас учили, что настоятельно рекомендуется постоянно носить их на себе, по крайней мере, если тебе дорога жизнь. Было бы не очень умно полагаться только на врожденные силы, так как в большинстве случаев схватка переходила в поспешный рукопашный бой. Силы были полезны, да, но не незаменимы.
Использовать свои способности было непросто, они требовали мощи, которая поглощала большую часть энергии, и лучше было ими не злоупотреблять. В противном случае мы становились настолько слабыми, что не могли выстоять даже в физическом столкновении, и это означало бы наш конец.
Демон улыбнулся, вежливо бросив нам «Доброе утро», и протянул два стакана с обжигающим напитком. Он поставил на стол пакеты из кондитерской, чем сразу заинтересовал гибридку.
— Я принес вам завтрак. Не благодарите.
В дверях с улыбкой в тридцать два зуба появился Эразм.
Вероятно, он учуял запах еды еще на подходе к дому и не раздумывая бросил свою утреннюю пробежку. Его грудь блестела от пота, на нем были трикотажные шорты, и он гордо демонстрировал свои татуировки. Его рисунки, разумеется, не были мераки. Он подмигнул демону. — А для меня что-нибудь найдется?
Тот одарил его таким же томным взглядом. — Если вел себя хорошо, то тоже получишь завтрак, но кофе — только для этих двух прекрасных синьорин.
Гибридка скривилась от отвращения. — Большое спасибо, но я такое не люблю, отдаю свой Эразму.
Она отодвинула стакан, словно это была жидкая чума, и он поспешно его схватил, не теряя ни доли секунды.
— Моё! — победно выкрикнул он, крепко сжимая стакан руками.
Я покачала головой с усмешкой на лице.
Он показал мне язык, а я в ответ в шутку назвала его сопляком.
Мед мило нахмурился и обратился ко мне. — Тебе-то хоть нравится мой подарок, или тоже уступишь его Данталиану?