Фабрика волшебства
Шрифт:
Ивор закрывал глаза и слышал слова их школьного учителя:
– За всю историю существования магических слов известен один единственный случай, когда Слово Исторического Слепка не дало результата! И этот случай произошел в нашем городе!
– Теперь уже не один, а два раза!
– сказал себе Ивор в тысячный раз.
Сон пришел под самое утро. Юноша спрятался в него, словно в ватное одеяло, но облегчения не получил. Утром встал разбитый, и с больной головой.
Неужели Морок - это след? Неужели он что-то знает о маме? Или о тех, кто ее похитил? Может быть, подойти к нему и спросить напрямую? Нет! Ивор вспомнил невозмутимое лицо, на
Ивор настолько упорно размышлял, что не заметил, как позавтракал и пришел в учебный корпус на очередные занятия. Прошла неделя с тех пор, как они впервые ступили на фабрику волшебства. Сегодня им должны были объявить расписание на следующую неделю.
День явно только начинал запас пакостей. Когда они зашли в класс, где их должна была ждать Изида, неожиданно увидели Кондратия и других начальников направлений.
– Что они здесь делают?.. Странно!.. Не понятно!..
– заволновались новички. Один лишь Мефодий обрадовался и воскликнул: - Неужели будет экзамен!? Внезапная проверка знаний!
Рудольф шарахнулся от него, как от чумного.
– Чур меня! И тебя вместе со мной! Говоришь такие гадости! К чему для контрольной собирать такую толпу людей. Изида бы и одна справилась.
Когда ученики расселись, Кондратий шагнул вперед и откашлялся.
– Внимание! Я должен довести до вашего сведения одно объявление.
От его сухого голоса Ивору захотелось пить.
– Устав фабрики волшебства гласит, что всем работникам фабрики волшебства прошедшим открытый набор положена неделя комфорта, - продолжал Кондратий, всем видом показывая, что его бы воля - никакого бы комфорта новички не дождались.
– Неделя комфорта?! Кто слышал о неделе комфорта?!
– пошло гулять по рядам.
Под раздраженным взглядом Кондратия новички умолкли.
– Неделя комфорта - это период времени, на протяжении которого должна произойти адаптация новобранцев к условиям фабрики и приобретение ими необходимых и достаточных навыков для дальнейшей жизнедеятельности на фабрике.
– Он специально говорит так, чтобы никто не понял?
– пробормотал Ивор. Сидящая рядом Алина нервно хихикнула.
– Другими словами, - возвысил голос Кондратий, - неделя комфорта - это время когда к новичкам относятся максимально лояльно, и даже за серьезные проступки следуют несерьезные наказания.
Кондратий многозначительно поглядел на Ивора, отчего тому показалось, что за шиворот вывалили ведерко льда.
– Отныне такого не будет!
– Кондратий снова надел маску высокомерного равнодушия.
– Более того, с сегодняшнего дня вы предоставляетесь самим себе. При каждом из отделов будут проходить плановые занятия, и вы вольны посещать или не посещать любые из них. Никто вас проверять не станет.
– Ого! Круто!
– обрадовался кто-то с задней парты. Там сидело несколько парней и девушек, которые не отличались прилежностью в учебе. Они всегда были рады возможности откосить от занятий.
Но остальные новички не поддержали их восторга. Ивор оглянулся и увидел десятки встревоженных лиц.
– В чем подвох? Что-то вы слишком добренький!
– высказал общее недоумение Рудольф.
Кондратий улыбнулся. Впервые с того времени, как они его увидели.
– Никаких подвохов, - сказал начальник по кадрам, и прозвучало это более зловеще, чем все угрозы мира.
– В конце месяца пройдет окончательное распределение новобранцев по отделам.
–
Как в конце месяца?!– даже спокойный Раздвачет, вывести из равновесия которого мог лишь Мефодий, почти кричал.
– Я думал, нас будут долго учить, а потом проведут экзамен, по результатам которого...
– Не будет никаких экзаменов. У вас есть ровно три недели, чтобы выбрать себе отдел и убедить его начальника взять вас. Тот, кто этого сделать не сумеет - будет зачислен в хозяйственный отдел под руководство Георгины.
Ивор вздрогнул. Еще свежи воспоминания о наказании в столовой.
– Это садизм!
– сказал Рудольф громко.
– Даже симпатичные столовские девчонки не могут перевесить их начальницу.
– Ты прав. Еще не один новобранец добровольно не пожелал работать под руководством нашей уважаемой Георгины.
Голос Кондратия потеплел. "Похоже, ему по душе порядки, установленные этой суровой бабищей", - подумал Ивор.
– Почему? Ведь там работают славные люди. Я так сдружилась с Дашей, Светой и Леной. Очень веселые девчонки!
– сказала одна девочка, которая обычно сидела тихо, как мышка.
– Хозяйственный отдел - это вспомогательный отдел, который занимается обслуживанием фабрики. Его сотрудники трудолюбивые и дисциплинированные, тут надо отдать должное Георгине. А главное, у них нет никаких амбиций. Они делают свое дело и ни на что не претендуют. Не было еще ни одного случая, чтобы у работника хозотдела зажегся хотя бы один луч звезды. Все серые звезды рано или поздно оказываются в хозяйственном отделе. И остаются там на всю жизнь!
Новички ошалело хлопали глазами. Почти с мольбой они поглядели на других преподавателей. Ветер хмыкнул и гулко бухнул:
– Помните Бота, который скидывал вас на мосту? Это была последняя возможность бойца, показать себя. Он провалил ее, и теперь таскает чаны в столовой Георгины.
Известие произвело эффект разорвавшейся бомбы. Все заговорили разом, спеша выплеснуть свое беспокойство. Кто-то, как Рудольф, пытался шутить, но выходило это натужно.
Это был удар ниже пояса. В мечтах Ивора Фабрика волшебства была чем-то возвышенным, недосягаемым, совершенным и стоило на нее попасть - сразу же исполнятся все мечты.
И вдруг оказывается, что здесь есть болото, завязнуть в котором еще страшнее, чем остаться за бортом.
Ивор впал в ступор. Неужели все его мечты могут разом закончиться уже через три недели в каком-нибудь подсобном помещении, за чисткой нужника.
Тут поднялась Изида, прямая, как строго поднятый указательный палец.
– Я думаю, не стоит преувеличивать недостатки хозяйственного отдела. Он делает нужную работу, без которой фабрика волшебства не смогла бы полноценно функционировать и даже существовать. К тому же, серые звезды сохраняют все привилегии, которые положены работникам фабрики волшебства. Не забывайте, всех вас выбрало Незримое Око. Вы лучшие!
– Ага. Лучшие из худших!
– брякнул Козя.
– Кругом вон какие таланты... А я? Как я стану убеждать начальников взять меня?
Он едва не плакал. Кондратий брезгливо поджал губы и отступил на шаг, словно боялся запачкаться. Зато Изида улыбнулась:
– Скажу по секрету, тобой заинтересовался один из руководителей моего аналитического отдела. Он изучает небесные светила и то, как они влияют на магию. Когда он узнал о твоих линзах - пришел в полный восторг. Все теребит меня - познакомь, да познакомь. Я устрою вам встречу, и у тебя будет возможность показать себя...