Фабрика волшебства
Шрифт:
– Разговорчики!
– раздался гулкий, словно удар в колокол, голос Георгины.
– Поспешайте, не то наколдую вам по раку в каждые штаны и еще пять пиявок за шиворот.
Друзья прибавили шагу, чего доброго Георгина осуществит угрозы. К началу завтрака они едва передвигали ноги и были сырыми, словно только что искупались в реке.
– Перекусите, мальчики, а потом снова за работу. Вы должны будете прибрать зал, вымыть полы, составить стулья на столы, и это все за час, который дается кандидатам между завтраком и первым занятием. Потом вы идете на занятия.
Рудольф простонал сквозь зубы.
–
– Вы уже поспали, - ответила Георгина.
– Наказанные мальчики не могут спать дольше.
Не удивительно, что когда Ивор наконец попал в зал лекций и опустился за письменный стол, он ощутил непередаваемое блаженство. Тело расслабилось, веки медленно поползли вниз. И только сидящая совсем близко Алина сумела на несколько минут отсрочить сползание в сон.
– Привет, - жизнерадостно сказала девушка.
– Вы чего такие сонные? Учились всю ночь?
– Учились, - страдальчески протянул Ивор.
– Учились ...
Сладко зевнув, он опустил голову на кулаки и мгновенно заснул.
Свободное время появилось у Ивора только после ужина. Боб и Бик по обыкновению отправились работать в ночную смену, Рудольф вышел, по его словам, налаживать контакты с Бондарем. Ивор наслаждался тишиной. Никто не кричал на него, никто не шуршал и не тараторил под ухо - он наконец-то мог спокойно посидеть и подумать.
Ивор вспомнил о ночном происшествии. Морок представил им убедительные доказательства. Но все равно его поведение никак не вязалось с тем, как должен вести себя гость фабрики.
– Скверно то, что у него есть звезда!
– сказал юноша.
– Как такое может быть, если ее нельзя ни украсть, ни позаимствовать? Загадка!
Ивор бы совсем успокоился, но из головы не шел мусорный монстр, напавший на него на свалке.
– Теперь ясно, почему Ветер бросил расследование. Он узнал о звезде Морока и решил, что я фантазер.
Так и не придя ни к какому решению, решил навести порядок в своем углу. Расположившись на постели, он открыл шкафчик и принялся выкладывать личные вещи на подушку. Изида объявила, что в субботу их впервые отпустят домой, поэтому нужно заранее решить, чего ему не хватает, а что лишнее. На выходных можно будет заглянуть на рынок и докупить все необходимое.
Но Ивор недолго думал о вещах. Мысли очень быстро перешли на недавний урок, а с него на Алину. Сегодня девушка была очень хороша. Как и всегда впрочем. Простая юбка до колен, полосатая кофточка из-под которой то и дело мелькала полоска белой кожи. Волосы девушка попыталась уложить в прическу, но они непокорно игнорировали заколку, выплескиваясь из-под нее, словно родник из-под камня. Ивор мог часами любоваться ее золотистыми кудряшками.
Юноша замер, держа в руках свернутые носки, и представил, как было бы здорово погулять с Алиной при свете звезд. Они бы держались за руки и говорили о всякой всячине.
Может быть, я был с ней груб сегодня? Вот неотесанный болван - спать он, видите ли, захотел. А ведь девушка так приветливо с ним поздоровалась.
И вот уже не возвышенное настроение, а едкая злость на себя обуревали им. А ведь Рудольф не спал. Он трудился всю ночь рядом с ним, но даже не подумал уснуть на уроке.
Воображение
живо изобразило сегодняшний урок. Вот он кладет голову на руки и засыпает, а Рудольф в это время завязывает с девушкой разговор. Он шутит, она улыбается ему...Ивор вскочил в ярости. В тот момент им безраздельно владела ревность. Слепая безумная ревность.
Дверь открылась, и вошел Рудольф. Не обращая на друга никакого внимания, он подошел к своему шкафчику и принялся рыться в нем, выкидывая лишние вещи прямо на пол. Рыжепрядого сопровождало яркое эмоциональное пятно, переливающееся всеми цветами радуги.
– Ты чего такой бука?
– спросил Рудольф, поглядев под ноги Ивору. Тот опустил взгляд и увидел под собой темную грозовую тучу.
– Ты куда это собрался?
– вместо ответа бросил Ивор.
– Я?
– поднял брови Рудольф. Посмотрев на юношу, потом еще раз на его пятно, рыжепрядый улыбнулся и сказал: - Я собираюсь предпринять еще одну попытку пробраться в женские общежития. Пойдешь со мной?
Ивор вздрогнул. Сегодня ночью, когда тер бесконечные горшки и кастрюли, навсегда зарекся нарушать правила фабрики волшебства.
– Нет. Уволь меня, друг.
Он сел обратно на кровать, грозовая туча под ногами превратилась в хмурое облако. Под Рудольфом сияла радуга.
– Как хочешь, - задумчиво отозвался рыжепрядый.
– Только не говори потом, что я тебя не звал...
И он вышел, беззаботно хлопнув дверью. Ивор тут же вскочил и принялся мерить комнату шагами.
К Алине! Рыжий дурак пойдет к Алине! Иначе он не был бы таким счастливым! Что-то вселяет в него уверенность, что он доберется! Быть может, девушка назначила ему свидание.
Он встал посреди комнаты, словно набежал на стенку. Точно! Они договорились встретиться у школы. Рудольф дойдет туда по фиксированной дороге и Алина сделает то же. А там!..
Ревность разлилась по жилам едкой кислотой, переполнила разум. Ивор выбежал из комнаты, оставив дверь приоткрытой. В коридоре едва не сбил одного из сынов кузнеца. Ну как почти не сбил? Налетел с разбегу, отскочил, будто мячик от стенки, и побежал дальше, обогнув по широкой дуге.
Вниз слетел, как лавина с гор, по крайне мере шума наделал столько же. Мыслями был уже в школьном дворе, выглядывая из-за кустов на целующуюся парочку, а руки выдирали из земли ближайший ствол дерева чтобы...
Едва не проскочил стойку Бондаря, глянул туда мимолетно, побежал дальше и резко затормозил. На вахте расположился смотритель, перед ним на столе стояли нарды, напротив сидел Рудольф и тряс стакан с костями.
– Ха, шесть и пять!
– воскликнул он, кинув кости.
– Мы еще посмотрим, кто кого!
– азартно заявил Бондарь и почти вырвал стакан из рук рыжепрядого.
Рудольф увидел Ивора, улыбнулся и подмигнул. Лицо юноши задрожало, он хотел кинуться на бывшего друга и крикнуть в его наглое лицо все, что он о нем думает. Но глаза вдруг защипало, губы задрожали. Юноша понял, что еще чуть-чуть и расплачется, как последняя девчонка. Если Рудольф увидит - потом всю жизнь поминать будет. Да еще и расскажет всем.
"И тогда Ивка расплакался горючими слезами!
– как наяву раздался голос Рудольфа.
– Нет, я сначала сам не поверил, но потом пригляделся - точно, ревет как женщина".