Чтение онлайн

Не так уж много радостей мне осталось в этой жизни, но одна всё же так и соблазняла. Очень хотелось посмотреть, как на лице моего оппонента треснет эта совершенная маска безразличия. Пусть бесится. Пусть заставляет меня говорить. Пусть угрожает. А я буду смотреть в его мерзкие буркалы и наслаждаться засевшей в них яростью. И тем это приятнее, что сам я уже не злюсь.

Но Грогган был терпелив.

— Варианта только два, — он будто давал урок в классе. — Либо это не эссенция, либо к ней просто нужен какой-то ключ. И так как в пользу первого варианта ничто не говорит, я склоняюсь ко второму. — Грогган подошёл ко мне вплотную и словно

попытался заглянуть в самую мою душу. — Я найду этот ключ, Энормис. Так или иначе. Знаешь, почему я в этом уверен? Потому что на твоём месте были уже сотни таких же ярых защитников людских мирков. Из них можно армию сколотить. У некоторых даже хватало смелости откусить себе язык. Но им это не помогло. Так что из тебя я тоже достану всё, что мне нужно. Вопрос только в том, как сильно ты хочешь страдать.

— Скажи ему, Эн, — тихо сказал пуэри. — Если знаешь, скажи.

Похоже, Рэн висел обездвиженный, как и я. И, по всей видимости, он устал бороться. Потому что таким голосом обычно просят добить.

Я не мог отказать самому преданному своему другу. И поэтому, всё так же глядя Гроггану в глаза, проговорил:

— Ты проиграл.

Не знаю, что меня выдало. Излишнее спокойствие, может быть. Я очень хотел, чтобы белоглазый засмеялся, захохотал, начал надо мной издеваться и говорить, насколько я жалок, или чтобы он хотя бы закатил глаза и назвал меня сумасшедшим. Отвесил бы мне оплеуху, на худой конец. Но вместо этого Грогган отступил на шаг и посмотрел на меня оценивающе. Я понял: он начал что-то подозревать.

Но, к счастью, правильных выводов он так и не сделал.

Белоглазый совладал с лицом и бросил:

— Это не я вишу перед тобой, закованный в самые надёжные магические кандалы. Всё как раз наоборот. Я победил. Так что начинай говорить.

В хранилище повисла тишина.

Я перевёл взгляд на Вернона.

Тот кивнул.

Я снова посмотрел на Гроггана, прямо в его зрачки, и в их глубине нашёл разгорающуюся искорку понимания.

— Нет, — сказал я, следя за расширяющимися от злости глазами. — Тебе конец.

Рэн совершенно перестал понимать происходящее.

«Нет. Тебе конец» — сказал Энормис, и Грогган с невероятной прытью метнулся к Вернону. В тот же миг магические путы, удерживающие пуэри и Эна, исчезли. Они оба упали, а потому охотник не понял, что зазвенело, но звук был такой, словно кто-то со всей силы ударил кувалдой в колокол.

Когда Рэн поднял голову, в кандалах бился уже Грогган. Его тело извивалось, точно змеиное, и в каждое движение, по всей видимости, вкладывалась огромная сила, но энергетические кольца не сдвинулись ни на волос.

— Вернон! — крикнул белоглазый. — Бестолочь недоразвитая! Когда ты успел переметнуться?!

Пуэри смотрел на архимага и не узнавал его. Это был совсем не тот человек, что стоял перед Рэном минуту назад. Поза и мимика так сильно изменили его облик, что охотник подумал, будто у Вернона есть брат-близнец. Острый, прямой взгляд. Прямая осанка. Спокойствие и уверенность.

Величие.

Архимаг не счёл нужным отвечать тому, кого называл хозяином. Только холодно наблюдал за его потугами освободиться.

— Он никогда не был на твоей стороне, — Энормис с трудом поднялся и подошёл к Рэну. — Не ранен?

Последний вопрос адресовался пуэри, но тот так и не смог его осмыслить. Чародей бегло осмотрел охотника и, удовлетворившись результатом, кивнул.

— И

что теперь, убьёшь меня, ты, недоносок?! — Грогган брызгал слюной и продолжал рваться. — Ты не сможешь, Вернон, не сможешь! Чтобы убить меня, тебе придётся пропустить энергию первоэлементов сквозь себя. — На лицо белоглазого вползла издевательская усмешка. — Если умру я, ты умрёшь вместе со мной!

На лице архимага не дрогнула ни одна мышца. Он подошёл к Гроггану вплотную, и кольцо вращающихся эссенций обернуло их обоих. Вернон положил руки на плечи бывшему хозяину и с особым удовольствием проговорил прямо ему в лицо:

— Я знаю.

Эссенции ускорили вращение, и воздух вокруг них затрещал от перенасыщения энергией.

Энормис, держась за бок, наблюдал за происходящим со стороны. В его глазах не было ни боли, ни грусти — только спокойствие.

— На моё место придёт другой! — орал Грогган, силясь перекричать нарастающий треск. — Хранитель уничтожит и вас, и ваш мир, и всё в этой вселенной! Слышите меня? Вам всё равно не жить!

Его слова после всего, что было, звучали жалко и никого не задели.

— И на него найдётся управа, — отозвался Энормис тем же уверенным тоном.

Воздух заискрил, и двух мужчин в центре зала окутало сверкающее облако. Слуга Хранителя всё ещё пытался вырваться, Вернон держал его стальной хваткой. Средоточие вспыхнуло изнутри, готовясь принять в себя поток чистейшей энергии, и по хранилищу разлетелись слепящие узоры разноцветных бликов. Рэн прикрыл глаза рукой, чтобы хоть что-то видеть.

Искры свивались в настоящие потоки, хаотично пляшущие вокруг Вернона и его жертвы. По лицу Гроггана было видно, что он выкрикивает ещё какие-то слова, но треск, переходящий в гул, полностью заглушил звук его голоса.

Пуэри начал думать, что сошёл с ума. Происходящее никакими концами не вязалось с тем, что он знал. Вернон — друг? Но что же тогда происходило весь последний год? К чему были все эти жертвы, кровь и смерть?

Вместо ответа на его плечо легла рука Энормиса. Чародей не произнёс ни слова, но на его лицо вернулось давно забытое Рэном выражение — простого человеческого участия.

Энергетические потоки уплотнились настолько, что хлестнули в стороны, и тут же натолкнулись на невидимые стены. Чья-то воля выровняла их, скрутила в тугой канат, заставила повиноваться, эссенции вращались уже с такой скоростью, что превратились в размытую полоску. Вернон отвёл одну руку назад, и через мгновение энергетический луч ударил ему между лопаток.

Одежда архимага мгновенно вспыхнула. Мужчину выгнуло дугой, оторвало от пола, затрясло, его кожа начала выгорать и испаряться. Но на последний удар сил Вернону ещё хватило.

Его кулак провалился в грудь Гроггана, как раскалённый нож в масло.

В тот же миг белоглазый запрокинул голову, и изо рта его хлынуло белое пламя. Глаза выжгло почти сразу, нос и уши продержались чуть дольше. Через несколько секунд из тела Гроггана било уже несколько пышущих жаром струй. Два пламенеющих силуэта озарили хранилище Средоточия неестественным золотым светом.

Вернон сгорел дотла первым. Его фигура просто погасла, не оставив после себя даже пепла. Вслед за этим потухло и Средоточие, а заклинание, которое по задумке должно было уничтожить Нирион, начало распадаться. Сферы эссенций замедлили свой бег и одна за другой упали на пол. Обожжённая телесная оболочка, оставшаяся от Гроггана, мешком повалилась туда же.