Эринкаль
Шрифт:
— Что? Ты серьезно?
— Угу, — Рон понуро схватился за кувшин с квасом, оставшийся от завтрака парочки, — не все так просто.
— А что еще то? И так весело! Надо же, папаша помер!
— В общем, — как ни в чем не бывало, продолжил я, — помер он не совсем естественно… вернее, слухи ходят разные. И в частности говорят, что он был отравлен собственным сыном, сбежавшим с перепугу.
— А вот это уже не нам на руку, — Исса задумчиво прожевала крекер. — Что думаешь? — Повернулась она к брату. — Это они о нас?
— Не знаю. Тебе же не хуже моего известно, детей у нашего батюшки не пересчитать, какого конкретно сына имеют в виду еще не известно. Но, честно говоря, не слишком приятна эта неизвестность…
— С другой стороны, — я потянулся
— И какой из этого вывод? — Рон, наконец, отпустил кувшин и принялся за еду.
— Пока не уверен… Рон, помнишь, ты мне рассказывал про отношение бастардов к трону? Ты тогда еще сказал, что самые настырные из твоих братцев вовсю делят власть?
— Ну, помню.
— А кто вообще наследует Императору? Насколько я знаю, официальных детей у него нет.
— А вот тут ты ошибаешься, — с улыбкой вставила Исса, а брат, молча, уступил ей роль рассказчицы, продолжая поглощать все, до чего мог дотянуться. — Дело в том, что наш папаша не был таким уж дураком и когда понял, что от брака детей не дождется, просто признал всех приблудных. То есть мы являемся его детьми вполне официально, а значит, можем претендовать на престол.
— Тут вообще довольно хитрая ситуация, — решил пояснить для меня Рон. — Дело в том, что Империя, как таковая, существует не так уж и давно, всего три века. Сам понимаешь, что это за срок? Но до этого, на этой же территории располагалось другое государство — Зария. Оно не являлось чем-то примечательным, за исключением своих очень странных и зачастую не рациональных законов. К примеру, один из законов гласил: «Наследником престола стать может лишь тот, в чьих жилах течет голубая кровь почившего родителя его». Не считая того, что подобная формулировка сама по себе двояка, так ее еще и исказили жрецы, добавив: «Личность наследника определяется полюбовно самими отпрысками». Думаю, объяснять как именно переходила в этом случае власть и сколько было пролито при этом крови не нужно? Судьба же, видимо в насмешку, примерно через поколение преподносила подобный сюрприз. В итоге, как таковой династии в Зарии не было никогда, собственно, как и власти. Империя образовалась благодаря заслугам какого-то там моего предка, как раз являвшегося подобным наследничком. Перерезав собственных родственников, если не ошибаюсь, начиная с папаши, он принялся за укрепление собственных позиций, постепенно наращивая темп. В итоге, когда после захвата очередного соседа, встал вопрос с переименованием, наш прадед в энном поколении почесал макушку, да и выдал нечто вроде: «А почему бы не назвать получившееся Империей? В конце концов, великие свершения требуют долгой памяти». Вот тебе и вся история. — Рон сделал еще один большой глоток и добавил. — Ах, да, забыл сказать, что с законами предок особо мудрить не стал, просто перенес их, дополнив необходимыми.
— М-да, — протянул я, — с одной стороны это интересно. Выходит вы оба, в принципе, можете претендовать на престол. Но если посмотреть внимательнее, на него же могут претендовать и другие ваши родственники, при этом им придется перебить остальных… хм, перспективка…
— Скажем так, — парень поморщился, — они точно попытаются до нас добраться. Думаю, нам обоим стоит позаботиться о том, чтобы зарыться как можно глубже.
— А ты не слышал поговорку: «Удача любит смелых»?
— Нет, к тому же, там говорится о «смелых», а не о «глупых».
— Ха, ладно, я с тобой по большому счету согласен, а потому, предлагаю поскорее выметаться из города, не стоит нам долго мозолить глаза.
— Поддерживаю, — поднялся друг, вежливо подав руку Иссе.
Распрощавшись у лестницы, мы направились по своим делам. Рон пошел досыпать, ласково поглаживая набитый живот. Исса собирать вещи, по привычке раскиданные
по всей комнате. А я на рынок за лошадьми, которых купить все же необходимо.Глава 25
Дорога привычно стелилась впереди. Мы ехали уже пару часов, в основном молча. Вокруг кипела обычная дневная жизнь, весело щебетали птицы, стрекотали кузнечики, мычали коровы, бредя вдоль наезженной трассы, и как-то все эти звуки казались настолько желанными, что прерывать их пустой болтовней было не с руки. Я изо всех сил старался не задумываться о предстоящем, зачем зря портить настроение, с таким трудом устоявшееся? Но, тем не менее, постоянно возвращался к нашим баранам.
После того, как утром мы разбежались каждый в свою сторону, почти ничего интересного не произошло. Город оказался торговым, о чем раньше я, естественно, не подумал, лошадей в продаже не было, поскольку расходились в тот же миг или, вообще, доставлялись на заказ. Вернувшись ни с чем, я посетовал на судьбу и получил удивленный взгляд Натана, заявившего, что если мы не забыли, он является хозяином конезавода, и такого вопроса возникнуть не должно было в принципе. Поразившись нашей тупизне и молчанию, наш подопечный тут же послал посыльного с запиской к управляющему и уже через час мы стали обладателями трех прекрасных лошадок мужеского полу.
И вот теперь мы медленно скакали в сторону Брияра, города, куда стремилась моя душа, поскольку лишнее чувство вины только отягощало и так неспокойную совесть. За прошедшее с побега из замка время, я много раз возвращался туда мысленно, раздумывая, что именно сделал не так, и мог ли поступить иначе. Выходило, что мог. Например, стоило положиться на судьбу и ждать у моря погоды, просто напросто сидя в четырех стенах. Но за все время плена, а это без малого двадцать лет, я настолько устал подчиняться, ведь это претило природе, что даже не дал себе возможности убедить разум в осторожности.
Хотя, честно говоря, я ни о чем не жалею, напротив, получив очередной урок от жизни, стоит радоваться, что остался жив и свободен. Причем на этот раз действительно свободен, ощущаю это всем естеством. Повертев головой, обозревая окрестности, я вновь поразился небывалой тишине и покою здешних мест, и вернулся к прерванным размышлениям.
А подумать было о чем, кто бы сомневался? Например, что стоит предпринять, чтобы обезопасить Иссу и Рона, а уж то, что их я не позволю обидеть, это не вызывает сомнений. Кроме того, что эти двое банально спасли мне жизнь, так они еще и стали друзьями, как я того ни опасался, когда это дроу бросали своих в беде? Ну, — я сосредоточенно почесал затылок, разгоняя мысли, — что бы такого… Можно, конечно, спрятаться, затаиться где-нибудь в провинции. Сменить имена, например, или вообще найти мага и кардинально изменить внешность. Особых проблем с этим возникнуть не должно, но… что-то останавливает, не дает поступить столь правильным на первый взгляд способом. А вот что? Не сказать, что меня беспокоит личность будущего Императора. Хотя, честно говоря, я был бы совсем не против видеть на этом месте Рона, а не какого-то там охотника за властью, преспокойно вырезающего собственных братьев и сестер…
О, а вот эту мысль стоит развить получше! Хм, судя по вчерашнему рассказу друга, тот кто пытается добиться власти сначала должен обезопасить себе тылы, то есть убрать всех остальных претендентов, то есть мимо нас точно не пройдет. Но начнет он скорее всего с тех, кто под рукой, постепенно расширяя поиск, значит время еще есть. А что если мне просто подождать до той поры, когда очередь дойдет до Рона? То есть дать развиваться ситуации так, как получится? А потом… и что потом? Посадить на престол самого парня? То есть сделать примерно то, что предлагал мне Лионэль… О! А вот это мысль! Что если подключить к этой афере самого эльфа? Насколько я успел его узнать, Лионэль далеко не рядовой эльф, значит, может принимать самостоятельные решения. У них там, в их лесах, вообще демократия! А ведь это не плохой вариант, стоит обмозговать получше!