Элегии и малые поэмы
Шрифт:
635 В чем тут правда, поведай мне, Тибр: ты ведь города старше,
Можешь ты знать, как возник этот обычай у нас!
Тут главу свою Тибр, тростником осененную, поднял
И таковые слова голосом хриплым изрек:
«Видел я эти места без стен, лишь с одною травою:
640 Берег мой тот и другой пастбищем был для коров.
Я же, тот Тибр, кто теперь всем народам и ведом и страшен,
Был презираем тогда даже рогатым скотом.
Часто, конечно, слыхал ты имя аркадца Эвандра:
Он мои
645 Следом за ним пришел и Алкид с толпою ахейцев
(Альбулой, помнится мне, я назывался тогда).
Гостеприимно герой паллантский [479] юношу принял,
И дождался наконец кары заслуженной Как.
Победоносно Алкид с эрифейской уходит добычей,
650 Но его спутники с ним дальше идти не хотят.
479
паллантский герой — Эвандр, чья родина — Паллантий в Аркадии.
Многие здесь и остались, родимый покинувши Аргос,
Ларов надеясь своих в этих холмах поселить.
Но сохранили они привязанность к милой отчизне,
И, помирая, один в кратких словах завещал:
655 «В Тибр опустите меня: увлекаемый волнами Тибра,
К брегу Инахову я, в прах обращенный, пойду!»
Не захотел наследник его соблюсти завещанье,
И после смерти пришлец лег в Авзонийской земле.
Вместо него погрузили в меня тростниковую куклу,
660 Чтобы до Греции вдаль морем она доплыла».
Тибр замолчал и ушел в глубину под росистые камни,
И задержались, кружась, легкие струи воды.
Славный внук Атланта, явись! На высях Аркадских
Ты от Юпитера встарь и от Плеяды рожден.
665 Ты разбираешь войны и мира дела у всевышних
И в преисподней, летишь ты на крылатых ногах,
Любы и лира тебе, и блестящая маслом палестра,
Ты научаешь людей ловким и умным речам.
Храм для тебя освятили отцы, на Цирк обращенный,
670 В иды, и с этой поры твой это праздничный день.
Все, кто торгуют, свои предлагая к продаже товары,
Ладаном курят, чтоб ты прибыль торговцу послал.
Возле Кайенских ворот струятся Меркурия воды,
Силе божественной их, если угодно, поверь.
675 К ним приходят купцы, подоткнувши рубахи, и урной,
Чинно ее окурив, черпают воду себе.
Ветку лавровую здесь омочив, окропляют товары
Все, что должны перейти после продажи к другим;
Волосы также свои кропят они с этой же ветки,
680 Так возвышая в мольбе голос, привычный к лганью:
«Смой вероломство мое былое и прежнее, смой ты
Лживые речи мои, что говорил я вчера!
Если я ложно божился тобой или всуе, надеясь,
Что не услышат меня, если Юпитера звал,
685
Или других богов иль богинь обманывал ловко, —Быстрые ветры пускай ложь всю развеют мою!
Но широко да отворится дверь моим плутням сегодня
И не заботятся пусть боги о клятвах моих.
Ты только прибыль мне дай, меня порадуй прибытком
690 И покупателя дай мне хорошенько надуть!»
Громко смеется Меркурий, с небес услыхав эти просьбы,
Вспомнив, как сам он украл у Аполлона коров.
Я же к тебе обращусь с гораздо достойнейшей просьбой:
Ты укажи мне, когда Феб перейдет к Близнецам.
695 «Это настанет, когда, — сказал он, — останется столько ж
В этом месяце дней, сколько Геракла трудов».
«Но объясни, — я спросил, — откуда такое созвездье?»
Красноречивый сказал бог мне на это в ответ:
«Фебу и Фебы сестру увлекли с собою, похитив,
700 Два Тиндарида, один — конник, другой же — боец.
Ид и брат его с ним за невест бросаются биться.
Ибо Левкипп обещал взять их обоих в зятья.
Бьются одни за невест, а другие за взятых любовниц,
И одинаково их всех побуждает любовь.
705 Быстро могли б убежать от преследованья Эбалиды,
Но показалося им стыдно спасаться бегом.
Было безлесное там, удобное место для боя:
Остановились на нем. Это Афидна была.
Кастора в сердце Линкей мечом поражает, и Кастор,
710 Раной внезапной сражен, тяжко на землю упал.
Мстит за брата Поллукс: копьем он пронзает Линкея
В шею, где голова крепко сидит на плечах.
Ид устремился на бой, но с трудом был Юпитером свергнут:
Молнией даже из рук Ида не выбило меч.
715 Вышнее небо, Поллукс, тебе уже было отверсто,
Как ты воскликнул: «Моим внемли, отец мой, словам:
Небо не мне одному, но обоим нам удели ты:
Дар половинный ценней будет, чем целое мне». [480]
Так он сказал и в черед меняется участью с братом.
720 Обе звезды подают в бурю спасенье ладьям.
К Янусу вспять обратись, об Агонах прочтешь все, что нужно;
В фастах, однако, они числятся также и здесь.
480
Феба и Гилаира, дочери Левкиппа, просватанные за Ида и Линкея, были похищены конником-Кастором и кулачным бойцом Поллуксом, сыновьями Леды и Тиндара, сына Эбала. Поллукс, бессмертный, поделился своим бессмертием со своим смертным братом.