Чтение онлайн

– Кадаврос не глупый человек. Он обеспечил себе безнаказанность, связав себя и нашего принца Дорджана кровью со смертельной чумой. Такой, какой не видели более двух тысячелетий.
– Он указал на символ гниющего дерева.
– Черная чума. Принесенная богом Пестилиосом.

Казимир замер.
– Дорджан? Ты знаешь, что Дорджан был взят в плен королем Джеретом?

Долион зажмурил глаза, и вся энергия, питавшая его судорожные движения, как будто испарилась, и он обмяк в ближайшем кресле.
– Если Джерет убьет принца, то мы, как говорится, действительно в заднице.

Казимир снова пробежал глазами

по беспорядочным каракулям и изображениям на стене. Хотя Долион имел репутацию сумасшедшего и немного фанатичного в своих видениях, он пользовался уважением Аллоры, что, по мнению Казимира, придавало ему некоторую достоверность.
– Может ли этот бог, Пестелиос, пройти через умбравале?

– Я не знаю. Пестелиос — бог низшего ранга. Возможно, умбравале достаточно силен. Пока он не обратил Зевандера в свою веру.

Торрин покачал головой.
– Видишь ли, я никогда не понимал богов. Если убить всех, то останется править ничем.

Долион насмешливо фыркнул.
– Он не собирается ничего убивать. В конце концов, смерть — это милосердие. Он хочет создать армию и поработить всех, кто ему противостоит. В анналах Пестилиоса всегда описывают как жаждущего огромной власти. И я полагаю, что он выбрал Кадавроса в качестве своего материального носителя.

Торрин вздохнул и скрестил руки.
– Говори простым языком, старик.

– Боги не могут принимать физическую форму. Поэтому они выбирают сосуд. Или, как в случае с Кадавросом, сосуд выбирает их.

Казимир фыркнул, положив руки на бедра.
– Если Зевандер завладеет этим глифом, он сможет уничтожить магию крови Кадавроса, верно? Ему не нужно убивать его и развязывать чуму, он может просто уничтожить его род?

Долион пролистал книгу в своих руках, проведя пальцем по странице, пока не остановился.
– Нет.
– Он повернул книгу к Казимиру, указывая на имя на странице.

Аластор Кальзарет — спиндинг.

– Кто это?

– Имя, данное Кадавросу при рождении. Мне пришлось немного покопаться. Маг явно не облегчил его поиск.

– Спиндинг? — насмешливо спросил Казимир.
– Черт возьми, как ему удалось стать Магическим Лордом?

– Боюсь, на этот вопрос я не могу ответить.

Казимир перевел взгляд на следующую строку, отведенную для братьев и сестер, и увидел Мелисара Кальзарет — неизвестно. Он знал это имя. Оно было редким, и он задался вопросом, если это та изуродованная женщина, которая наняла его, чтобы отыскать мортукрукс много лет назад.
– Это его сестра?

– Похоже на то. Жива она или нет — это другой вопрос.

Казимир перевел внимание на огромный рисунок на стене, гадая, как кто-то мог освоить все эти детали. Казалось, ум никогда не сможет понять его сложности.
– Такой мощный глиф, похоже, требует немало вивикантема.

— Да. Долион подошел к своим вычислениям, которые представляли собой не более чем беспорядочные каракули, которые Казимир не мог разобрать. — Это приблизительные вычисления, но энергия, необходимая для уничтожения защиты размером с умбравале, превышает возможности наших тел. Зевандер имеет преимущество в виде пламени, но даже если я учту температуру, силу и все коэффициенты, результат останется прежним. Количество вивикантема, которое ему

потребуется поглотить, будет чрезвычайно большим. Это потребует тонкого баланса с энергией, которую он расходует. Слишком много — и он пострадает от токсичности.

— И станет карнификаном?

— Или хуже. Слишком мало, и сила этого пламени полностью поглотит его.

— Смерть?

— Уничтожение. Я полагаю, чем дольше он остается в Мортасии, тем больше его вивикантем истощается. Долион вздохнул, захлопнул книгу и положил ее на стол рядом с собой. — Возможно, он вернется сам, но без Мэйвит он не уйдет. Я еще ничего не сказал Рикайе и Аллоре, но утром отправляюсь в земли смертных. Я чувствую необходимость искупить свою тяжелую ошибку.

– Я пойду с тобой.
– Рикайя вошла в комнату, темные круги под ее глазами были не такими заметными, как у Долиона.

– С уважением, но нет. Я пообещал твоему брату, что буду защищать тебя. Если он получит этот глиф, подозреваю, что я буду его первой жертвой, если он узнает, что я подверг тебя опасности.

– Мне все равно. Он мой брат.

– Ты никуда не пойдешь, — парировал Казимир.
– Как и Долион.

Вы оба поедете в Каликсар, как и планировалось. Равецио и я пойдем за Зевандером. Он — причина, по которой мы здесь, а не гнием в шахтах Солассиона.

На лице Долиона отразилось противоречие.
– Состояние Мортасии неизвестно. Путешествие может быть невероятно опасным.

Казимир вздохнул.
– Такова суть каждой минуты моей жизни.

– Я не слабая, — нахмурилась Рикайя, и в ее голосе прозвучала стальная нотка непокорности.
– Я могу помочь.

Торрин пожал плечами.
– Я тоже не слабый, но ни за какие деньги не ступлю ногой на земли смертных.

Долион резко кивнул.
– Хорошо. Тогда решено. Вы двое отправитесь в Мортасию.

Торрин и я будем сопровождать Рикайю и Аллору в Каликсар. Я надеюсь, что он нашел Мэйвис. Она играет важную роль во всем этом.

– Почему?

Он, казалось, на мгновение засомневался, а затем сказал: - Я верю, что она единственная, кто может удержать его от погружения в безумие.

Зевандер снял плащ и накинул его на плечи мне и Алейсии.
– Нам нужно вернуться в коттедж.

– Мы не можем. Он захвачен этими монстрами. Сейчас у нас есть только один вариант — деревня.

– Мэйвис, я не выдержу, — сказала Алейсея, дрожа рядом со мной. — Мне так холодно, что я едва могу дышать.

Зевандер потеребил руки и протянул к нам обе ладони. Нас обдало лучистое тепло, напоминающее мне лето на лужайке, и Алейсея тихо застонала, покачиваясь в сторону.
– Это должно помочь вам добраться до деревни, если мы пойдем сейчас.

Несмотря на тепло, в голове было тяжело, мышцы болели, словно я простудилась.
– Ты вернулся слишком быстро. Ты нашел вивикантем?

– Нет. Я почувствовал, что что-то не так, и вернулся.