Чтение онлайн

Она не знала, что военным командирам можно отлучаться из части по таким пустякам. А может, свидетельство понадобилось именно по службе?

– Хочешь кушать? – спросила Аня, отгоняя от себя ненужные рассуждения.

– Не, спасибо. Я не голоден. У меня всего несколько минут, так что давай присядем и поговорим. Я же знаю, что ты не успокоишься, пока в твоей голове всё не встанет по полочкам. Пойдём в беседке посидим.

Аня быстро всунула ноги в сланцы и пошла следом за братом.

– Как давно ты знаешь, что отца убили? – спросила она, как только они уселись друг напротив друга.

****

…25

лет назад…

Влад был потерян. Он был будто в тумане и не совсем понимал, что происходит. Вернее, до него пока никак не доходило, что он теперь старший мужчина в семье, и чем всё это для него обернётся. Хоть ему всего семнадцать.

Он поднял голову и посмотрел на посеревшую от горя мать, которая качала на руках маленькую Анюту, но мыслями была где-то далеко.

Как они смогут выжить? Что делать дальше?

– Мам, она давно спит, - тихо шепнул он и подошёл, чтобы забрать у матери малышку.

Она даже не заметила, что осталась без ребёнка на руках, и тихо продолжала раскачиваться.

Влад только тяжело вздохнул, а потом положил маленькую сестрёнку в кроватку.

– Мам, тебе тоже нужно отдохнуть…

Но мама не ответила, только слёзы двумя тонкими дорожками потекли по щекам.

– Я так надеялась, что это всего лишь страшный сон, - всхлипнула она, давясь рыданиями.

А Влад почувствовал, как внутри всё сжалось и запекло. Он не знал, как ему утешить мать, как успокоить близнецов, которые закрылись в комнате Андрея, как ему самому пережить потерю самого важного человека и опору в жизни. И как не сдохнуть от чувства вины?

– Мааа, - послышался от двери шёпот Оли, - там дед Яшка пришёл, говорит, чтобы ты вышла срочно.

– Я сам схожу. Будь с Анютой.

И, вытерев кулаком выступившие на глазах слёзы, вышел из комнаты.

Дед Яшка был одиноким престарелым мужчиной неопределённого возраста с седой бородой и вечно растрёпанными волосами. Сколько Влад себя помнил, его все всегда называли Степанычем или просто дедом, хотя никто не знал, сколько ему лет.

– Здравствуйте, - поздоровался Влад, выходя из дома.

Дед поднялся с нижней ступеньки, на которую присел в ожидании хозяев, и протянул руку для приветствия.

Влад, спустившись вниз, крепко пожал протянутую мозолистую ладонь.

– Сынок, позови-ка мне Люду. Поговорить с ней нужно, - сказал Степаныч.

– Извините, не могу. Она отдыхает. Если что-то срочное, говорите мне, я передам, когда она придёт в себя.

Пожилой мужчина посмотрел на него долгим взглядом, а после покачал головой и тяжело вздохнул:

– Ты ещё слишком мал и резок. Можешь дров наломать. Нужно, чтобы решение принял взрослый и разумный человек…

– Если Вы считаете, что моя мать сейчас способна принимать взвешенные решения, то Вы ошибаетесь, - резко перебил его Влад. – Либо говорите, что хотели, либо приходите потом. Через полгода – не раньше.

– Ты со старшими не огрызайся, - пожурил его дед. – Не дорос ещё.

Может, в другое время Владу бы и стало стыдно за свой тон, но только не сегодня. Он просто вымотался и устал. Хотелось провалиться куда-нибудь в темноту, где не было боли, вины и страданий, а потом очнуться с готовым решением,

как дальше строить свою жизнь.

– Давайте без нотаций. Правда, не до этого. Хотите говорить с матерью, я Вам уже сказал, она пока не готова ни к каким разговорам.

– Я сначала вообще ничего не хотел говорить, а потом понял, что семья должна знать. И только вы должны принимать решение, что делать с тем, что я скажу.

Влад молчал, только сердце от чего-то забилось быстрее. Дед Яшка не был из тех, кто бы пришёл просто так языком почесать. Скорее всего, у него было действительно что-то важное. И от этого стало ещё тревожнее.

– В тот день я видел Мишку. Он промчался на мотоцикле мимо меня, когда я коров пас, - начал дед. – Я еще погрозил ему кулаком вслед, потому что он испугал несколько бурёнок. А потом следом за ним проехал голубой УАЗик.

Влад почувствовал, как пересохло в горле, а ладони вспотели от напряжения и страха.

– И что дальше? – спросил он, облизнув пересохшие губы.

А через несколько часов твоего отца нашли под мотоциклом посреди поля. Но и УАЗик назад не проезжал, видно, другой дорогой смотались.

– Но в милиции сказали, что папа на кочку наехал…

– Сынок, я ничего не утверждаю. Просто рассказал то, что видел. Но если хочешь знать моё мнение, то не просто так этот УАЗ там нарисовался. И ты знаешь, кто на таком ездит. У него давние счёты с Мишкой.

– Я ничего не понимаю, - растерянно прошептал Влад, опускаясь на ступеньки.
– Что у них за счёты были?

– Не ту юбку задрал Мишка по молодости, вот с тех пор и воюют они. Ты думаешь, кто пустил слухи, что именно Мишка изнасиловал соседскую девчонку? Зуб даю, что это Сёмка. Он ведь участковый и приезжал к Романчукам, чтобы разобраться с этим делом. А потом стал говорить всем, что Мишка не просто так у них ошивается. Вроде как он делает вид, что хочет помочь, а на самом деле следит за тем, чтобы девка не сболтнула лишнего, и запугивает её своим присутствием.

– Я до сих пор не понимаю, как люди, которые всю жизнь знали отца, поверили в эту чушь. И мать пытались настроить против него. Каждый второй тыкал её в это носом, - разозлился Влад, крепко сжимая руки в кулаки.

– Прости, сынок, что говорю тебе это, но Мишка любитель захаживать к чужим бабам.

Влада едва не стошнило. Он не хотел слышать всю эту хрень про своего покойного отца. Но встать и уйти не мог. Просто чувствовал, что должен дослушать деда до конца.

– Правда, все они постарше были. Никогда он не проявлял интереса к соплячкам. Но многие в посёлке были на него обижены, поэтому и подхватили Сёмкину брехню.

– Романчуки тоже верили в это?

– Никогда от них этого не слышал. Думаю, нет. Тимоха бы, не раздумывая, убил Мишку голыми руками. Но его убили другие. Я видел всех, кто сидел в том УАЗе.

****

…Наше время…

Слёзы градом катились по Аниному лицу, она даже не пыталась их стереть. Просто сидела и всматривалась в лицо брата, который продолжал рассказывать. Только она больше не слышала его слов. В голове пыталась уложиться информация, что папа был первым гулякой в посёлке, и кто-то обвинил его в изнасиловании. Этого просто не может быть!