Эхо разрушенных судеб...
Шрифт:
– Вы отвратительны! – воскликнула Яна, вскакивая со скамейки.
Братья в ответ только громче заржали. Хорошее настроение вернулось к Егору, а все тревоги отошли на задний план.
– Я сразу понял, что у тебя был хороший секс, когда ты вышел на крыльцо, озаряя всех своей улыбкой, - хлопнул Романчук по плечу Илью.
– Ну не всем же ходить с кислой рожей, как тебе. Может, Котова не удовлетворила?
– Да пошёл ты!
Яна ушла в дом, а Егор с Ильёй остались на улице. Старший брат решил покурить и немного побесить младшего, выпытывая у него подробности прошедшей ночи. Но Хитрюк не вёлся на его провокации, только довольно улыбался и загадочно молчал, изредка прикасаясь пальцами к засосам на шее.
– Мальчики,
Егор выбросил недокуренную сигарету и улыбнулся. Такие простые слова, а на сердце будто стало теплее. Его уже лет сто никто так не звал завтракать.
Бабушка с тётей Зиной напекли целую гору пирожков с разными начинками, от которых исходил просто нереальный аромат.
– Егор, чай с мятой и лимоном будешь? – спросила Яна, разливая по чашкам ароматный светло-зелёный напиток.
– С удовольствием.
Пространство небольшой кухни заполнилось типичными звуками завтрака и шутливыми перепалками. Важный разговор может подождать, а вот время, проведенное вместе с родными людьми, быстротечно.
****
Аня как раз сделала себе кофе и разогрела остатки пиццы, когда услышала скрежет ключа в замочной скважине. Сердце испуганно трепыхнулось. Вряд ли это воры решили обнести квартиру, дождавшись её приезда. Однако встреча с родственниками пугала её не меньше. Если это Таня, то придётся как-то объяснить, почему она приехала ещё вчера и не позвонила, а потом на несколько часов «пропасть» за душевными разговорами, пропустив из-за этого время, когда Влад будет дома один. А если это пришёл старший брат, то это просто катастрофа — ведь она морально пока не готова к разговору.
Она вышла в коридор, на ходу запахивая халат. Уровень адреналина зашкаливал, заставляя сердце разгоняться всё быстрее. Дверь начала открываться, и девушка задержала дыхание.
– В который раз повторяю, какая разница: днём позже, днём раньше, — послышался голос из-за двери. — У меня все процедуры закончились ещё вчера, какой смысл оставаться там ещё на несколько дней?
Мама?!
– Мы тебя отправили в санаторий не только на лечение, но и чтобы ты отдохнула немного, — ответил ей мужчина.
И Влад. Ну конечно, кто же ещё мог поехать встречать маму.
Аня едва не взвыла от досады. Ну надо же быть такой невезучей! Почему она не поговорила с братом ещё вчера? Почему до последнего оттягивала разговор? Теперь всё точно покатится псу под хвост. Влад не станет говорить с ней при маме.
Родственники уже зашли в коридор, избавляясь от громоздких сумок, но Аню, стоявшую за дверью, пока не заметили.
– Я могу отдыхать не только в санатории, но и дома. Мы как раз собирались с Таней и детьми поехать в Вишнёвое на пару недель…
Влад хмыкнул:
– Ну конечно, там ты точно отдохнёшь. С утра и до вечера будешь свои клумбы тяпать, не разгибая спины.
– Почему только на клумбах? Я уже заказала куме пару десятков кустиков томатов и столько же перчиков.
– Знаю я твои пару десятков…
Мама, что-то доказывая Владу, начала закрывать дверь. Аня даже не успела набрать воздуха в грудь, чтобы как-то поприветствовать маму и брата, как дверь захлопнулась, и две пары удивлённых глаз уставились на неё.
– Сюрприз, — глупо улыбнулась Аня.
Мама отмерла первая:
– Анюта! — воскликнула она и шагнула к дочери. — Ты давно приехала? Тебе Влад сказал, что я возвращаюсь раньше?
Аня крепко обняла маму и вдохнула такой родной и ни с чем несравнимый запах маминых любимых сладких духов, знакомый с самого детства.
– Вы с ним, как два партизана. Всегда молчите до последнего. Я по делам приехала. И оказалось, что очень удачно, — ответила девушка.
Влад тоже подошёл к Ане и поцеловал её
в щёку, ласково потрепав по непричёсанным волосам. В сердце неприятно кольнуло, а от стыда загорелось лицо. Что она вообще собиралась сделать? Обвинить в том, что он был свидетелем изнасилования и не помог девушке? Это же её родной и любимый старший брат, надёжный, как каменная стена, на которого всегда можно положиться. Он ведь не мог так поступить. Или всё-таки мог? Сомнения просто рвали душу на куски. Всё настолько запуталось и усложнилось, что казалось, будто из этого мрака старых тайн нет никакого выхода. Проще жить так, не ведая, что таится в этом самом мраке, чтобы не разрушить свою веру в любимых людей. Она ведь вчера всё решила и разложила по полочкам все аргументы, почему ей нужно знать правду, а сегодня всё по новой. Нет, так нельзя! Нужно хоть раз в жизни найти в себе смелость и довести задуманное до конца.– Пойдёмте пить чай, я столько вкусностей накупила! — обрадовано защебетала мама и поспешила на кухню.
Влад не сводил пристального взгляда с Ани. Ей казалось, будто он все её мысли и сомнения читает по лицу.
– Пойду переоденусь, — тихо сказала она и сбежала в свою комнату.
Аня заметалась по небольшой спальне, не зная, как действовать дальше и как всё-таки вывести Влада куда-нибудь за пределы квартиры и поговорить с ним. Так, ладно, главное, одеться в подходящую одежду, чтобы выскочить сразу за братом, когда он соберётся домой, и попытаться поговорить с ним в машине. План отстой, в принципе, как и предыдущий. Стратег из неё плохой, поэтому она решила, что будет действовать по ситуации.
Девушка натянула на себя вчерашнее белое лёгкое платье в красный цветочек, быстро причесала волосы, наплевав на нормальную укладку, и потопала на кухню.
Её кофе был ещё тёплый, поэтому она отказалась от маминого предложения сделать другой.
Они расселись за небольшим круглым столом. Мама принялась рассказывать о том, как провела время в санатории, о своих новых подружках, о процедурах, на которые ходила ежедневно, и о том, как скучала по дому и по ним всем.
Аня смотрела на посвежевшую весёлую маму и улыбалась; было так радостно видеть её такой. За последние пару лет мама сильно сдала, гипертония и ежедневный уход за маленькими внуками отнимали у неё много сил, ведь она уже была не молода. Они ведь поэтому и решили отправить её в санаторий, который находился не так близко к дому, как, например, то же Вишнёвое, из которого мама приехала бы через два дня, соскучившись по внукам. А так хоть немного отдохнула.
Влад всё это время молчал, только периодически бросал задумчивые взгляды на Аню, которая в свою очередь уже извелась от тревожного ожидания и мечтала, чтобы он поскорее засобирался домой. Только он, как назло, медленно прихлёбывал чай и смаковал пирожные.
– Мам, — подал, наконец, он голос.
Аня встрепенулась. Кажется, дождалась.
– Тебе Анюта не рассказывала, что она у нас сыщицей заделалась?
У девушки от возмущения и неверия заложило уши. Вот же Влад козлина! Он точно догадался, что она приехала к нему за разъяснениями, и чтобы не отвечать, он решил надавить на неё через маму. Прекрасно же понимает, что Аня прекратит задавать вопросы, если мама расстроится и запретит поднимать эту тему. А сам ведь пел ей о том, что маму расстраивать нельзя, у неё сердце слабое. Манипулятор хренов!
– Это как? — не прекращая улыбаться, спросила мама.
А Ане стало почти физически плохо от того, что следующие слова сотрут мамину улыбку и те лёгкость и счастье, с которыми она приехала домой.
– Я… — начала было девушка, но уверенный и чуть насмешливый голос Влада перебил её:
– Она решила расследовать убийство папы.
Ложка, которую мама держала в руках, с громким стуком упала на стол. Аня зажмурилась. Захотелось заорать на Влада, чтобы закрыл рот и не усугублял ситуацию. Но мама ещё сильнее расстроится, если они начнут ссориться.