Ее зовут Тень
Шрифт:
— Как и все высокородные, — не стал отпираться и скромничать герцог. — А позволено ли мне будет узнать ваш титул, очаровательнейшая Лайтэния?
— Почему бы вам самому не представиться, таинственный незнакомец? А то как-то неловко получается, вы обо мне уже что-то знаете, а ваши титулы и звания покрыты для меня мраком неизвестности…
— Райтмир, герцог Бельдерский, — честно признался аристократ.
— Ах! — игриво пропела я, как бы в смущении дотрагиваясь уголком веера до щеки. — Прошу простить мою неучтивость, герцог, при встрече со столь благороднорожденным мне полагалось бы встать!
Я бросила веер, придержала платье у колен и оперлась одонью о сиденье, демонстрируя явную готовность тут же вскочить, но галантный Райтмир мигом остудил мой учтивый порыв:
— Ну что вы, прекрасная Лайтэния! Даже не думайте выражать
Рука герцога высунулась из окошка по плечо и, как бы стараясь удержать меня от безрассудной попытки вскочить на ноги, накрыла мою ладонь, лежащую на дверце кареты. Да-а, на колечки и перстенечки Райтмир явно не поскупился — только за очаровательную печатку со среднего патьца можно купить небольшой домик вроде моего.
— Ах, насколько вы правы! Сразу видно умного и образованного человека, — вздохнула я, не убирая руки и прикидывая, как бы половчее избавиться от докучливого ухажера. Вовсе не обязательно ему знать, куда я держу путь и в каком качестве буду выступать. Впрочем, герцог своей настырностью сам помог мне избавиться от сомнительного счастья лицезреть его лучезарную особу:
— Не покажется ли обворожительной Лайтэнии некоторой назойливостью повторение моего вопроса о ее титулах?
Я мигом поняла, что следует ответить, и, скромно потупив глаза, смущенным полушепотом призналась:
— Прошу простить мое незнатное происхождение, милорд герцог, я дочь главы купеческой гильдии и титулов не имею…
— О, — пытаясь скрыть разочарование и некоторую брезгливость, многозначительно выдал Райтмир, отводя взгляд и тут же убирая руку. Благороднорожденному не пристало любезничать с какой-то мещанкой, пусть и дочерью самого главы гильдии. Торговка торговкой и останется, как ни ряди ее в пышные одежды.
— Прошу меня простить. — жалобно повторила я, на мгновение сверкнув слезинками в уголках глаз.
— Что вы, Лайтэния, вашей вины здесь нет, — равнодушно отозвался герцог, слегка кривя губы и рассматривая меня в упор, как редкую экзотическую зверушку. Я отметила, как упала моя оценка — теперь я была уже не прекрасной и обворожительной, а просто Лайтэнией, без всяких лестных добавлений и уточнений. Хорошо, хоть тыкать не начал. Впрочем, похоже, некоторую часть своего очарования в глазах герцога я все-таки не растеряла.
— Не желаете ли встретиться со мной сегодня вечером? — предложил он, видимо вполне удовлетворившись осмотром. — Где-нибудь в городе, скажем в «Винной реке» или «Влюбленной мухе». Вам случалось бывать в подобных заведениях? Там есть прелестные маленькие кабинетики для приватных бесед и ужинов наедине.
— Прошу простить меня, герцог, я честная девушка! — гордо выпрямилась я, резким движением захлопнув веер и алея румянцем на щеках.
— Жаль, — с сожалением уронил Райтмир и крикнул своему кучеру: — Быстрее, увалень! Нам нужно успеть к графине до трех часов!
Тот понятливо кивнул и щелкнул бичом. Лошадки из герцогских конюшен всегда славились быстротой и резвостью — они рванули так, словно за ними гнались хищные демоны. Хран, пролетая мимо, успел шепнуть:
— Удачи, сестра.
— Удачи, брат, — так же тихо и торопливо отозвалась я, махнув ему рукой. Потом откинулась на спинку сиденья и проводила вельможную карету задумчивым взглядом. В мире подлунном не бывает бессмысленных случайностей. Что боги хотели мне сказать этой встречей? Уж не предупреждение ли это?
Я рассеянно потерла лоб. Нервной становлюсь, мнительной, суеверной. Может, это сезонное обострение паранойи, которой в той или иной степени страдают все храны? Но вроде рано еще, до осени два с лишним месяца осталось. Уж не связан ли Райтмир Бельдерский с моим сомнительным заказом? Хотя с чего бы это?
Тьма фыркнула и начала забрасывать меня обрывками недоуменных мыслей. Я отвлеклась от своих дум и заметила что экипаж стоит. Кучер пялился на меня так старательно, словно хотел взглядом прожечь дырку.
— Поехали, поехали, — рассеянно махнула я веером в его сторону и, убедившись, что коляска тронулась с места, вновь нырнула в пучину мрачных раздумий.
В поместье графов Лорранских царила суета. Все куда-то торопились, кого-то разыскивали, что-то несли и обо что-то ударялись.
Прислуга собирала в далекий путь единственного сына своего господина. И добро бы только собирала! Многие, на правах воспитателей и учителей Торина, знающих его с пеленок, с удовольствием давали молодому графу советы и делились своим опытом в области путешествий и поездок. Повар велел беречь желудок и не есть в придорожных трактирах что ни попадя, учитель верховой езды несколько раз проверил рессоры кареты и порекомендовал на крутых подъемах выходить из экипажа, дабы не отягощать лошадей и не ломать колеса, а садовник, дряхлый, но еще бодрый и боевой дедок, доверительно посоветовал держаться подальше от продажных девок. Старая нянька Торина просто выла в голос, причитая и убиваясь, как по покойнику. Ну кто это выдумал — дитятко неразумное в такой далекий и опасный путь без ее защиты, опеки и заботы отправлять? Кто ж молодому графу сладости перед сном подсовывать будет да кудри по утрам расчесывать?!Торин, услыхав эти вопли, сам взвыл похлеще няньки и сломя голову побежал во двор, надеясь там укрыться от бабьих криков и сочувственного кудахтанья слуг. Выскочив на крыльцо, он прислонился к каменным перилам и бездумно уставился на стремительно несущиеся по небу облака, рассеянно притопывая ногой в ритме популярной в этом сезоне песенки о бароне, заставшем свою жену с любовником и вызвавшем его на дуэль. Созерцать пушистые белоснежные тучки, стремительными безрогими барашками пробегающие по небесному пастбищу, Торину вскоре надоело, и он откровенно заскучал. Вот бы произошло какое-то событие — хоть что-нибудь, чтобы развеять уныние! Не зря говорят, что если чего-то очень хочешь, то в конце концов боги милостиво ниспосылают желаемое. Вскоре внимание едва не засыпающего Торина было привлечено частым перестуком подков по подъездной дороге, и он заинтересованно вскинул голову, гадая, кому это приспичило наносить визиты в такое странное и неподобающее время — ведь все знакомые предупреждены о сборах в поход. Правда, конечная цель, разумеется, замалчивалась: общественности было сообщено, что Торин едет навестить и поздравить с новосельем двоюродного дядюшку, который недавно как раз обзавелся загородным имением недалеко от Меритауна. Родственник перебрался туда, намереваясь провести остаток жизни именно в этом уютном и скромном по аристократическим понятиям домике — всего-то три десятка комнат, два бальных зала, небольшой садик и конюшни на полусотню лошадей. Право слово, дядюшка, с его-то состоянием и титулами, мог бы уж так не скромничать! Самое интересное, что вышеупомянутый родственник действительно существовал и жил недалеко от Меритауна, так что на обратном пути Торин рассчитывал и впрямь завернуть к нему, повидаться с двоюродным братом давно почившей матери и послушать его длинные и путаные воспоминания о войне Ветров, навевающие сон не хуже магических снотворных средств. Торин сильно сомневался, что упитанный и слегка трусоватый дядюшка и впрямь прорывался вместе с кавалерией через отряды отборных эльфийских лучников, славящихся своим умением выпускать по тридцать стрел в минуту, но рассказы о последней межрасовой войне слушать любил — уж очень сладко после них спалось.
Во внутренний двор вкатился небольшой открытый экипаж, сделал полукруг и замер ровнехонько напротив ступеней крыльца, на котором стоял сгорающий от любопытства Торин. Кучер соскочил с козел и поспешил распахнуть дверцу, не дожидаясь помощи тут же выскочившего из служебных помещений лакея. Молодая дама, сидевшая в экипаже, подобрала подол стильного шелкового платья с кружевной отделкой, оперлась на протянутую с готовностью руку кучера и грациозно спустилась на землю, на мгновение продемонстрировав закругленные носки туфель, идеально подобранных в тон платью.
Лорранский-младший замер. Незнакомка показалась ему очень красивой. Да нет, какое там показалась! Торин мог под присягой подтвердить, что ни одна из признанных красавиц королевского двора и в подметки не годилась девушке, вышедшей из небольшой простенькой кареты. У леди Леолы изящные, маленькие ручки, но ее водянисто-серые глазки навыкате ни в какое сравнение не идут с мягким взглядом больших, каких-то невероятно спокойных и лучистых темных глаз незнакомки; у леди Дэйдры похожие карие очи, но ей не хватает стройности, гибкости и легкой кошачьей грации движений; у леди Теллорны изумительная фигура, но зато физиономия как у унылой крестьянской клячи, заморенной непосильной работой на благо сельского хозяйства.