Два вестника
Шрифт:
– В цирк хотели устроиться, - снова встрял дыква.
– Надоел!
– Одноногий дохромал до дыквы, размахнулся от души аркебузой и промазал.
Толстяк оказался проворным малым. Легко - Карла не уследил как уклонившись от удара пирата, проскочил между Одноглазым и Одноруким, и только дверь хлопнула.
Тут же в комнате закряхтела кровать и зашевелилась бабушка. То есть наоборот. Карла услышал, как бабушка села в кровати. Спустила ноги на пол.
– Атас!
– прошептал Карла.
– Взрослые?!- испугался Одноглазый.
– Бандитов куда? Бандитов куда?!
–
– Бандитов в шкаф, в шкаф!
– распорядился Карла и ногой открыл дверцы, одновременно завязывая рюкзак и последней рукой подбирая белорусскую сгущенку...
– Толстый-то проворный малый, - тихо сказал Карла Александру Александровичу, когда уже все набились в шкаф, а бабушка ходила в коридоре.
– Да я его три раза мог застрелить, - оправдывался Одноглазый, - Просто шуметь не хотел. Надо было его тебе саблей порубить.
– Да я стоял справа от тебя, если бы я его из третьей позиции достал, а я доставал его, точно говорю, башку бы тебе скочерыжил наверняка, - не давал себя в обиду Однорукий.
– Я его спецом на вас погнал, - удачно выдумал Одноногий, которому в два раза легче было сидеть скрючившись в шкафу, - Думал вы его заломаете. Да...
– Ладно, ладно, - не поверил Одноглазый, - когда тогда ты с двух метров в небеса засандалил, тоже говорил: поле скользкое, мяч подскочил, резинка на трусах слабая.
– Сам резинка!
– возмутился Одноногий.
– А я ведь эвфемизмы подбираю.
А чем он в футбол-то играет, хотел спросить Карла.
Александр Александрович подергал Карлу за рукав и зашептал в ухо:
– Знаешь, знаешь, что означают все эти события?
Никто не узнал, из-за того, что один из бандюг зашевелился там внизу под всеми, и Одноногий с силой опустил приклад аркебузы. Однорукий шепотом взвыл:
– Море, море!!! Великое и необъятное, ты не отомстишь за меня, потому что дерево не тонет. Своему товарищу по всем пальцам ноги со всей дури. Я сейчас тебе твою пищаль всю в тебя через твой рот засуну, а потом буду думать, через что ее вытаскивать.
Впрочем, удар был хорош, и бандит даже через ногу Однорукого получил достаточно.
Когда бабушка улеглась, бандитов строго по канону связали спина к спине и спустили в унитаз, где они и захлебнулись в канализации. Шутка. Просто спустили по лестнице: наши пленных не берут, потому что их кормить надо.
Все хорошо сидели в кухне, пили чай со сгущенкой, открыли третью банку, беседовали. Ночь клонилась к рассвету. Александр Александрович, притулившись у мойки, умиротворенно посматривал на всех. Он решил, что доволен, а в путешествие можно и завтра, ведь пока неплохо все начинается. Открылась дверь квартиры - выходит, забыли запереть, и в кухню вошел пират, тот, в резиновых сапогах, но сейчас в обычной одежде.
– Разведчики есть?
– устало спросил он и шмыгнул носом.
Глава пятая
Вскоре в окно влез индеец, через минуту разведчик, отжав язычок замка куском пластмассовой линейки, присоединился к компании.
– Дом у вас окружен, ребята, - сказал индеец и сел поближе к плите на пол рядом с батареей.
– Не затопили пока еще, - заботливо сказал
Карла.Индеец кивнул.
– Здравствуйте, - сказал разведчик, и присев на корточки у двери, стал с удовольствием смотреть, как Карла делает специальные выемки в толстом куске булки, затем осторожно наливает туда сгущенку.
– Гомельская?
– не выдержал разведчик.
– Глубоковская, - кивнул Карла, - Хотите?
– Не откажусь.
Кажется, Одноглазый, не выдержав, закхекал со значением.
– Точно!
– поддержал его пират в резиновых сапогах, - Чего надо, парни?
– Плохие дела на озерах, решил помочь, - спокойно ответил индеец.
Никто не сообразил, что за озера, но все повернулись к разведчику, ожидая, что этот скажет. Он немедленно поперхнулся и покраснел.
– На озерах?
– нервно спросил разведчик. Выкашлял из другого горла сгущенку, - Я - разведчик просто. Помочь хотел.
– Ясное дело, - развеселился пират в резиновых сапогах, - Монготимо Ястребиный Коготь.
– Мне вспоминается, что правильней - Монтигомо Ястребиный Коготь, вмешался Однорукий деревянный пират.
– Тот был индейским вождем, а этот бледнолицый, - сказал Одноглазый.
– Меня зовут Саша, я вправду, скорее всего, разведчик.
– Мое имя Собака Легкие Ноги, - сообщил от плиты и батареи индеец.
Пират посмотрел на одного, на второго.
– Коля Бизухин, - представился пират.
– Карла, - сказал Карла.
– Александр Александрович к вашим услугам.
– Наши имена....
– завел Одноглазый...
– После, коллега, - перебил его пират Коля Бизухин, - Чем докажешь, что разведчик?
– спросил он Сашу.
– Я могу вывести всех отсюда.
– Ха!
– Коля пренебрежительно сощурился, - Нам известно, где выход.
– Там, где и вошли, - себе под нос пробурчал Карла.
– Дом окружен, внизу на лестнице трое вооруженных, во дворе пятеро...
– Шестеро, - поправил Сашу индеец.
– На улице десять или одиннадцать. Они дождутся дня и приступят к действиям. Это будет - почтальон, милиционер или тараканов травить, не важно. Но они возьмут нас в легкой непринужденной манере.
– Если ты такой умный, чего тогда полез в эту ловушку?
– А ты, - мягко поинтересовался Собака Легкие Ноги.
– Ну да, конечно, - сказал пират Коля, - Озера-мозера... Ночевать здесь будем?
Карлу всего внутри перепортачило. Они свихнулись - решил Карла, то есть, это мы недоумки, что дверь открыли! Надо было не канителиться, а выходить прошлой ночью. Промокли бы, продрогли, утомились ноги бить. Вернулись через пару деньков, а здесь уже все и рассосалось.
Неожиданно в правильном направлении стал мыслить Александр Александрович.
– Тут вам нельзя оставаться - это опасно.
– А вам, - спросил индеец.
– Это наш дом, - сказал Карла, - конечно, здесь не много места, даже для двоих, но нам пока хватало. Если что, сможем защититься.
– Никто никогда не защитил свой дом, сидя у себя в типи, - покачал головой индеец.
– Откуда знаешь?
Индеец печально посмотрел на Карлу:
– В книжках написано. Книжки читать надо.